Николай Стариков

Свобода, равенство и фильтрация

23.07.2012 (23.07.2012) 189

Совокупность взглядов человека на жизнь называется  убеждениями. Совокупность  взглядов политической партии называется программой. Через свои убеждения человек вырабатывает свое отношение к происходящему. Группа людей, объединившихся в политическую силу, «смотрит на мир» через призму своей программы.

Как относиться к принятому Госдумой закону о реестре запрещенных сайтов?

7-й пункт программы партии Новая Великая Россия говорит: «...Запрет пропаганды разрушения семьи, нравственности и религиозности, пропаганды получения прибыли любой ценой.»

А теперь слово сопредседателю партии Новая Великая Россия Игорю Ашманову, одному из ведущих специалистой IT-индустрии России.

Источник: http://roem.ru/2012/07/19/ashmanov51481/

«В четверг 12 июля «Ведомости» опубликовали колонку Сэма Грина «Беззащитный Рунет» про новый закон о реестре запрещённых сайтов, принятый Госдумой. В статье зачем-то вбрасывались как бы слухи, «сведения СМИ», про меня и мою компанию (что я как раз делаю Ужасную Фильтрацию Свободы по заказу «Ростелекома»), поэтому я тоже попросил слова у «Ведомостей» – не только для опровержения «слухов», но и для того, чтобы донести до той же аудитории альтернативную точку зрения на этот закон и проблему фильтрации.

Я написал длинный злой текст с непарламентскими выражениями и наездами на Грина и либералов, у которого не было шанса попасть в «Ведомости», а потом ужал его в спокойную колонку на пару тысяч знаков. Её опубликовали в газете во вторник, 17 июля. Там я опроверг «сведения из СМИ» об АиП и сказал пару слов о законе. Дальше на сайте под статьёй, конечно же, начался ад в комментах, из которых я от интеллигентной аудитории форума «Ведомостей» узнал, как я омерзителен и оплачен кровавой гэбнёй. Мне писали «вот вы с Путиным думаете что…», «вот вы там принимаете этот закон…». Я посмеивался и пояснял собравшимся, что государство – это не я, но втуне.

Но в любом случае места в газете было объективно мало, требования по академичности языка жёсткие. Сейчас «Ведомости» колонку и комменты уже закрыли (только для подписчиков).

А мысли-то, мысли куда девать? Их жалко же. Поэтому длинный вариант той же статьи я послал Юре. Для Роем.ру длина и язык – в самый раз. Вот этот текст ниже. Осторожно: много буков, а также шершавых смыслов.

Для начала про статью г-на Грина (а потом уже про закон). Статья представляет собой просто классическое собрание (или источник) мемов, идеологических штампов и мифов, широко распространившихся в Рунете в последние пару недель.

Мифология вокруг закона о фильтрации

Миф №1, от которого всё пляшет. Интернет – это зона полной свободы. И так должно быть всегда и должно быть закреплено в специальных российских законах, по мнению Грина. Да с чего бы это вдруг? Что это за новая элементарная, базовая ценность, наряду с нашим любимым бозоном Хиггса – абсолютная свобода Интернета?

Представим себе, что кто-то скажет вам, что с завтрашнего дня Лефортово или Тропарёво, а лучше Ростовская область – «зона свободы», и там можно хулиганить, красть, продавать наркотики, клеветать, насиловать и растлевать без наказания? Согласитесь ли вы создать такую «свободную» карнавальную зону, воспалённую язву на теле страны? Нет, конечно, закон должен действовать везде, иначе он не действует нигде. Все мерзавцы сразу ломанутся в пространство безнаказанности для прятания награбленного, укрывательства от долгов и правосудия.

Ну и почему же в Интернете не должны действовать такие же законы, как везде?

На самом деле эпоха невесомости и безнаказанности в Интернете заканчивается, а в развитых странах (включая США, Англию и т.п. ) – уже закончилась. Фактически наступает эпоха равномерного распределения законов. Пузырь Интернета постепенно заполняется правовым газом.

Мы здесь с Рунетом слегка отстаём, как обычно.

Миф 2. В других странах уважают свободу Интернета. «Мало где в мире принимаются такие законы», пишет г-н Грин. Увы, здесь мы наблюдаем типичный случай так называемого вранья, как говорил г-н Воланд. Везде в «мире демократии» в Интернете уже закрутили гайки, в отличие от нас.

В Англии, колыбели современной демократии, провайдеры и мобильные операторы (British Telecom, Orange etc.) уже фильтруют доступ к сайтам и блогам по чёрным спискам, причём что там в этих списках – никто толком не знает, блокируют вполне невинные сайты целиком. Почитайте английские СМИ и блоги про фильтрацию – просто стон стоит.

British Telecommunications применяет для блокирования сайтов с детской порнографией систему Cleanfeed, позволяющую блокировать все запросы к запрещенным сайтам, интернет-провайдер ведёт учет количества таких попыток соединения, однако личная информация о таких подписчиках не регистрируется. Система Cleanfeed ежедневно блокирует 10000 попыток доступа к запрещённым сайтам.

С целью пресечения оборота непристойной информации (включая порнографию) среди детей в Великобритании действует правило, согласно которому все операторы мобильной связи ответственны за предустановку на мобильных телефонах фильтрационного программного обеспечения, блокирующего доступ к потенциально опасным для детей материалам, предназначенным для совершеннолетним (18+), а также полную модерацию (персональную или технологическую) онлайн-игр и общения несовершеннолетних в чатах и сетях, обслуживаемых оператором[1]. Большинство операторов мобильной связи Великобритании активирует фильтрацию и модерацию по заявлению от владельца, зарегистрированного после подтверждения возраста как несовершеннолетний, не достигший 18 лет – ребёнок (child) или подросток (adult).

За записи в Твиттере и ФБ в Британии дают реальные сроки, последний случай – 4 года тюрьмы двум подросткам за призывы в ФБ грабить во время беспорядков. Только что на два месяца посадили студента за расистские оскорбления в Твиттере чернокожего футболиста. Правильно? Правильно. За правонарушения надо отвечать, где бы они ни совершались. А как же базовая ценность – свобода Интернета в Англии?

Германия. В Германии большинство поисковых систем и других крупных интернет-проектов, включая Google, Lycos Europe, MSN Deutschland, AOL Deutschland, Yahoo!, T-Online и T-info, присоединились к соглашению «Добровольный самоконтроль для мультимедийных сервис-провайдеров» («Voluntary Self-Control for Multimedia Service Providers»)[2] . Эти организации фильтруют интернет-сайты на основе списка, который генерируется (внимание!) Федеральным департаментом по медиаресурсам, вредным для молодежи ( Federal Department for Media Harmful to Young Persons).

Вчитайтесь ещё раз: «контент, вредный для молодёжи». Не только ДП. И списки определяет госорганизация.

Добровольный самоконтроль! Без принуждения государства, как пишет г-н Грин. Ага. А как же «зона свободы»? Где праведный гнев г-на Грина?

Не, ну это ж немцы. Ordnung muss zein, всё понятно.
Франция: принят закон о фильтрации по чёрным спискам, блокирование педофильских сайтов без суда, уголовная ответственность за скрытие своего IP в Интернете (привет, TOR!), установка полицейской шпионской программы на компьютеры подозреваемых:

15 февраля 2011 Конституционным Советом Франции был принят Закон LOPSI-2 «Закон, направленный на обеспечение внутренней безопасности страны» (опубликован в OJ № 62 от 15.03.2011). Закон, в частности, предусматривает введение следующих мер регулирования и контроля сети:

— осуществление обязательной фильтрации Интернета, для пресечения распространения детской порнографии, на основании составляемых МВД Франции совместно с общественными организациями «черных списков», а также незамедлительного блокирования ресурсов, содержащих детскую порнографию по представлению МВД Франции (без необходимости представления судебного решения).

— введение уголовной ответственности за использование поддельного IP-адреса при доступе в Интернет (санкция: лишение свободы на срок до 1 года и денежный штраф в размере до 15 тысяч евро);

— введение уголовной ответственности за использование Интернета для совершения действия от имени третьих лиц, если это повлекло нарушение их (третьих лиц) спокойствия или посягнуло на их честь и достоинство (санкция: лишение свободы на срок до 1 года и денежный штраф в размере до 15 тысяч евро);

— запрет на создание и распространение любыми средствами, в том числе через СМИ, сообщений и других призывов, нацеленных на несовершеннолетнюю аудиторию к участию их в играх, несущих угрозу их физической безопасности;

— легализацию дистанционной инсталляции полицейскими подразделениями на компьютеры лиц, подозреваемых в совершении преступлений специальных программ, позволяющих регистрировать и передавать в полицию данные о действиях, совершаемых пользователями персональных компьютеров (только по решению суда).

Как вам свободная Франция, автор «Декларации прав человека»?

Ну и в других странах Европы почти везде есть фильтрация по чёрным спискам, слежение за пользователями, наказания за клевету в блогах и т.п. 

Но наверно, в США всё не так? Это же страна истинной, бескомпромиссной свободы? Родина вечно свободного Интернета? А вот и нет: когда касается порядка на своей территории, американцы решительны и никакие философские абстракции типа «зоны свободы» им не мешают.

Американцы уже делают то, что у нас только собираются сделать.

В Соединённых Штатах Америки согласно «Акту о защите детей от Интернета», принятому в 2001 году, (Children’s Internet Protection Act, CIPA)[3] ограничен доступ к ряду Интернет-ресурсов, содержащих информацию непристойного характера в общественных местах, таких как школы и публичные библиотеки. Для фильтрации используются коммерческие фильтрующие программные пакеты, однако в ряде штатов, например, в Пенсильвании применяется блокирование IP-адресов на уровне провайдера. Некоторые программы-фильтры были замечены в избыточной фильтрации. «Акт о защите частной жизни несовершеннолетних» от 1998 года устанавливает правило, в соответствии с которым распространение частных сведений о детях моложе 16 лет разрешается только с согласия их родителей. Несовершеннолетние не могут иметь своего интернет-адреса и персонального канала.

Вообще за базар в американской сети можно ответить судьбой. Только что в США:

— дали бывшему мужу несколько месяцев тюрьмы за запрос бывшей жене на добавление в друзья в Фейсбуке; нажал кнопку «запрос на добавление» — пожалуйте в тюрьму;

— присудили блоггерше выплатить 2,5 миллиона долларов за клевету в блоге;

— не впустили двух англичан-туристов за шутливую запись в Твиттере (сутки продержали в КПЗ в наручниках и выслали),

— в Аризоне заксобранием одобрен закон, по которому за клевету в Интернете положен тюремный срок, и т.п. 

За угрозы убить президента, за поддержку джихада и Аль-Каиды (на словах, на форуме, в блоге) – в США арестовывают, сажают на оглушительные срока. Погуглите последние случаи – испытаете когнитивный шок.

Абстракции насчёт свободы слова здесь не мешают. Зона свободы в Интернете – это для стран третьего мира, в том числе для России. Потому что им (то есть нам) не положен информационный суверенитет.

Миф 3. Этим законом прямо сейчас вводится цензура. Из какого абзаца закона сделан такой вывод – неясно. Закон прямо говорит, какие категории контента будут блокироваться (наркотики, суицид, ДП, политики среди них нет) – но их-то г-н Грин как раз и не обсуждает. Просто профессиональный интерес автора – «рост протестных настроений», вот он и переводит разговор на цензуру. Которая, возможно, появится потом. Кто о чём, как говорится.

Есть ли в реальности в законе такая опасность – об этом ниже.

Миф 4. Фильтрация не нужна, надо лечить причину: интернет-преступников должна ловить обычная полиция. Это очень хорошо звучит, этак по-мужски, однако это лукавство: мы не можем традиционными полицейскими мерами пресечь деятельность преступников (педофилов, пособников суицида, продавцов наркотиков), чьи сайты – на Западе. И Интерпол нам тут не помощник, потому что часто это преступники по нашим законам, а не по мировым. Побуждение русских подростков к суициду в США – не признают преступлением. «Вредный для юношества контент» вреден только в Германии, но не у нас. Поэтому такие сайты мы там закрыть не можем, владельцев экстрадировать не можем – можем только блокировать у себя, на подлёте.

Миф 5. Фильтрация сайтов разрушит интернет-бизнес и вызовет понижение ВВП страны до 2%. Вот эта выдумка особенно замечательна своей незамутнённой, кристальной чушью. Интересно, что думал г-н Грин, когда писал это? Ведь 2% от ВВП России – это несколько десятков миллиардов долларов. Что именно должно обрушиться в Рунете, чтобы вызвать такие убытки? Таких денег не зарабатывают все интернет-компании Рунета, вместе взятые и долго ещё не будут зарабатывать. Разве что это убытки провайдеров и мобильных операторов, равные объёму всего их бизнеса? Значит, пользователи перестанут платить им, они закроют свои каналы, выйдут из бизнеса и у нас не будет Интернета совсем? И это всё из-за блокирования педофильских сайтов? Какой кошмар.

А вот г-н Грин пишет, что фильтрация плохих сайтов, ВНЕЗАПНО, окажет влияние на весь бизнес и экономику в целом! То есть экспорт газа, нефти, дерева, оружия, весь транспорт, космос, производство молока, зерна, мяса, станков и автомобилей, сфера обслуживания серьёзно пострадают от блокирования педофильских сайтов? Вот настоящий полёт креатива.

Миф 6 о замедлении всего Интернета от фильтрации на 20% даже обсуждать не хочется, это такая чепушиная чепуха, что автору её должно бы быть стыдно, на что я, впрочем, не очень надеюсь. Ваня Засурский её тоже приводил на Часкоре. Впрочем, это не удивительно, он же коллега Грина в «Центре изучения общественного мнения и Интернет» при РЭШ. Впрочем, как говорили в Зазеркалье, мы от наших либералов слышали такую чепуху, по сравнению с которой эта – толковый словарь.

Ну ладно, достаточно о мифах и штампах, хотя их там ещё полно. Пару слов об авторе и других противниках закона.

О противниках закона 

Автор статьи подписался, как сотрудник Центра изучения Интернета при Российской Экономической Школе. Это несколько вуалирует реальное положение дел, по-моему. «По слухам» и по «сведениям СМИ» в РЭШ г-н Грин изучает «влияние Интернета на рост протестного движения в РФ» и близко общается с послом США Макфолом, специалистом по оранжевым революциям. Грин в России с 1999 года, журналистом, аналитиком, политологом, специалистом по «поддержке независимых СМИ» и т.п. Мне лично очевидно (оценочное мнение), что г-н Грин – кадровый разведчик, специалист по организации этого самого протестного движения, и что мотивы его серьёзной озабоченности о «свободе» нашего Рунета – вполне ясны.

Параллельно и синхронно сильную озабоченность новым законом официально высказали в Госдепартаменте США, а также американские Википедия, Гугл и др. В общем, вся Америка очень озабочена нашим законом.

Вот очень показательная цитата из статьи Грина:

Попытка администрации президента России и Государственной думы во имя защиты детей от онлайн-угроз установить контроль над Интернетом в России вызвала шквал праведного гнева. Но гнева недостаточно, чтобы эту попытку пресечь».

Смотрите: мы имеем дело с гневными праведниками, которые хотят «пресечь» гнусную «попытку» наших жалких законодателей! Для нашего же с вами блага, очевидно.

Вам нравится, что иностранный подданный хочет «праведно пресекать попытки» нашей Госдумы принимать законы? Мне лично – нет. Собственно, это хамская лексика и подвигла меня на написание этих многабуков.

Заметим, что закон – не «попытка», а принятый закон – был выдвинут всеми четырьмя фракциями Госдумы. И принят единогласно, без единого воздержавшегося!

Это о чём говорит?

Можно, конечно, «включить дурака», и как бы наивно и рукопожатно предположить, что американские и европейские чиновники и коммерсанты больше всего в своей жизни желают добра и счастья нашей стране, а наши законодатели – поголовно неграмотные и злобные зомби, никого не представляют, нелегитимны, на 100% идиоты, всегда всё делают не так, на 100% марионетки кровавого режима, душители свобод и т.п. Ну почему нет? Всякое ведь бывает.

Но принцип старины нашего Оккама говорит нам, что сначала всё же надо рассмотреть более простое и лежащее на поверхности объяснение – что американцы, как обычно, преследуют здесь свои интересы, а депутаты всё же как-то представляют наше общество и его интересы.

У наших либералов по сути есть претензии к 5% или 10% из 50% голосов, набранных Едром при выборах в Думу. Вряд ли кто-то из самой безумной демшизы скажет, что 100% голосов в Думу были подтасованы, не так ли?

Ну и что ж там остальные фракции? Почему пламенные революционеры и уличные бойцы Гудковы и Пономарёв проголосовали «за»? Предлагаю, кстати, почитать объяснение Пономарёва в его блоге, познавательно.

В этой ситуации американская поддержка борьбы с законом – плохо пахнет и оказывает медвежью услугу тем, кто хочет что-то сделать с этим законом, исправить его и т.п. 

В общем, если эти люди против, то я – «за» ©.

Обсуждать неприятие закона интернет-отраслью здесь уже нет места, да уже и обсуждали не раз. Интернет-отрасль уже несколько раз высказывалась в том духе, что сами интернет-проекты что-либо модерировать в своём контенте отказываются, просто потому, что это дорого.

Почему же в Германии Гугл, Микрософт, Яху и остальные считают возможным добровольно присоединиться к соглашению о фильтрации «контента, вредного для молодёжи», а у нас – нет? Ну почему?

Ну вот отрасль и дождалась: теми, кто не может управлять собой сам, начинают управлять другие.

Теперь про сам закон.

О законе и его недостатках 

1. Поезд уже уехал. Закон принят. Почему защитники свободы так поздно спохватились? Закон представляет собой набор поправок к давно принятому закону о защите детей от вредной информации (аналога западных законов, кстати говоря). Сам законопроект поправок известен уже несколько месяцев. Я лично участвовал в его обсуждениях с апреля, сейчас июль.

Почему крик в СМИ и блогах поднялся только в последнюю неделю, после принятия в первом чтении? Неясно. Если бы «отрасль» и защитники свободы хотели его принятие остановить или исправить сам закон, шуметь и работать над исправлением надо было раньше, не после принятия в первом чтении. Выглядит так, что либеральным СМИ и блоггерам нужен просто инфоповод, а не реальное исправление закона.

2. Закон имеет явные процедурные недостатки. В первую очередь это его бланкетность. То есть отсутствие многих деталей, законченного описания процедур его работы, в том числе по регламенту работы «уполномоченной организации», ведущей чёрные списки, по составлению списков, по регламенту «вывода из-под фильтра» и т.п. Это значит, что нужны ещё поправки или подзаконные акты и разъяснения.

3. Закон технически не очень грамотен. Предлагаемые технические способы фильтрации, скорее всего, не заработают. Так считают практически все специалисты по интернет-трафику. Как видим, к третьему чтению эти замечания во многом учли – закон заметно доработали, выбросили упоминание IP-адресов, слова «вредоносная информация» и т.п. Переложили на провайдера решение, как именно технически «ограничить доступ к незаконной информации». Регламент работы провайдеров, чёрных списков, конкретные технические механизмы исполнения – надо продолжать обсуждать и исправлять.

4. Есть ли в законе возможность цензуры? Очевидно, в законе – нет. В этом заключается лукавство противников закона: сам закон никакой цензуры не вводит, однако при желании можно предположить, что при техническом исполнении требований закона может быть создан технический механизм, могущий быть использован также для блокирования «протестных настроений», столь любезных г-дам Грину и Макфолу.

А он может быть создан таковым? Ну что же, предположим и мы.

Да, очевидно, такой механизм «военного времени» поверх «фильтрации мирного времени» может быть создан. Своего рода «кнопка выключения Интернета». Причём, что характерно, выключение такого рода даже не будет незаконным: в случае необходимости «выключить Твиттер/Фейсбук/Интернет» сначала, скорее всего, будет принят, условно говоря, закон о Чрезвычайном положении в Рунете, за полчаса до самого выключения.

Это ужасно и недопустимо? По-моему, нет.

Я лично считаю, что:

А) такая кнопка должна быть сейчас у всякого государства. Иначе оно, по сути, не имеет цифрового суверенитета – права самостоятельно решать, что происходит в его информационном пространстве. А без цифрового суверенитета сейчас никак нельзя. Эта кнопка и цифровой суверенитет, безусловно, есть у США, Англии, Германии, Франции и других развитых стран.

Б) Эта «кнопка» у нас сейчас отсутствует, и надо понимать, что она будет создана государством в любом случае и без особой связи с этим конкретным законом. Г-н Грин об этом, собственно, и пишет – фильтровать-то можно и безо всякого закона.

В) В «мирное время» никакой цензуры не будет. Никто ничего фильтровать по политическим мотивам не будет – дурных нема, никому из пиарщиков власти не хочется расхлёбывать бешеный крик защитников свобод, который поднимется при первом же доказанном прецеденте цензурирования под зонтиком этого закона.

А вот при организации массовых беспорядков, попытках переворота и т.п. – очевидно, такая кнопка может и должна быть использована.

5. Цель закона иная, она закамуфлирована. Можно ли сказать, что власть лицемерно протаскивает закон для борьбы с педофилами и наркоторговцами, а сама хочет построить эту самую кнопку выключения? Ну, может быть, у правительства и есть такая задняя мысль. Она довольно естественна для правительства любой страны. Я не знаю, у правительства не спрашивал. Да вы сами у него спросите.

Ну, а лицемерие наших правозащитников, рукопожатных либералов и их американских-английских советников, которые кричат о «зоне свободы», об ущербе для простых пользователей и убытках для бизнеса, а сами просто хотят отсутствия препятствий для своей борьбы с действующей властью – лучше, что ли? Ну да, кончается масленица, когда можно было подходить и с размаху давать власти пощёчины в медийном пространстве, а она только хлопала глазами.

Что делать интернет-отрасли с законом? 

Интернет-отрасли нужно перестать биться на полу в истерике «дайте мне развидеть это, уберите этот ужасный закон!!!». Бизнесу нужно перестать играть в политические игры. Иначе законодатели и правительство через ваше бьющееся тело просто переступят и пойдут дальше. Что, собственно, они уже и сделали.

Крайняя жёсткая позиция «вы там все сволочи, ну-ка быстро верните всё обратно» – недоговоропригодна.

Закон принят. Да, принят второпях. Если он вам (игрокам и профессионалам отрасли) кажется технически неграмотным, невыгодным и полным рисков – нужно включиться в процесс исправления закона.

Нужно проработать технические аспекты его исполнения, чтобы сделать его реально работающим и без вредных побочных эффектов. Разобраться с тем, как там будут работать эти списки: будут ли замедлять, будут ли закрывать соцсети и большие сайты целиком.

Выяснить, каково будет финансовое участие государства, какова ответственность участников процесса, каждого из них (провайдера, пользователя, оператора реестра).

Перейти от крика, фантазий о страшном будущем в духе сказки о глупой Эльзе и огульного отрицания к конкретике. Так и рождаются нормальные законы.

Нужно выработать регламент работы оператора реестра (как в реестр попадают сайты, как вытащить сайт оттуда, кто отвечает за ущерб для бизнеса при ложной тревоге и т.п. ) и выбрать этого оператора.

Вот Андрей Колесников, директор Координационного Центра РФ уже высказался, что его организация может быть этой уполномоченной организацией по ведению реестра. Отлично, уже есть выбор между КЦ и Лигой БИ. А может, кто-то ещё заявится в этом «тендере»? Нужно создать надзорный совет над держателем реестра и ввести туда своих представителей.

В общем, нужен конструктив.

Советов правозащитникам, либеральной общественности и нашим американским доброжелателям не даю – они и без меня отлично знают, что им делать, и делают уже.»

 

image_pdfimage_print
Система Orphus

Поделитесь

Комментарии