Николай Стариков

Полезная нарезка от Познавательного ТВ

15.12.2014 (15.12.2014) 206

Долговая кабала, Газовая дубинка и хроника попыток США не допустить прихода на очередной срок нашего президента – вот темы беседы на Познавательном ТВ, из которого «нарезаны» несколько роликов.

Стариков Долговая кабала Украины 1280х720

  1. Долговая кабала Украины

Европа и США «помогают» деньгами Украине — но в долг и под большие проценты. Это не безвозмездная помощь, а финансовое рабство.

Украина загоняется в глубокую долговую яму. Давая деньги на оружие и армию, Запад усиливает войну на Украине, что разрушает украинскую экономику и уничтожает людей.

Скачать:

«Николай Стариков: Евросоюз и МВФ – они же обещали Украине деньги, поддержка. Часть денег они перечислили, а третий транш они задерживают, причём говорят, что: „Мы вам его перечислять не будем, пока вы у себя правительство не сформируете после выборов“.

Николай Стариков: Согласитесь — красивая отговорка. Давайте такую аналогию возьмём: кто-то хочет кому-то помочь, именно искренне помочь.
Говорит: „Я тебе помогу“.
А потом говорит: „Ты знаешь, я тебе помогать не буду, пока ты у себя в квартире стены не побелишь“.
— „Почему?“
— „Вдруг ты не побелишь стены, штукатурка упадёт на мою помощь и помощь прекратится. Или на голову тебе упадёт и тогда, получается, что уже помогать кому-то не надо“.

То есть, если человек помогает, эта помощь не должна быть чем-то обусловлена. Если сердобольный человек идёт мимо нуждающегося на улице, который просит помощи, он же не скажет ему: „Знаешь, я тебе помогу, но станцуй-ка мне тарантеллу или гопака спляши. Вот тогда тебе помогу“.

Поэтому давайте, во-первых, разберёмся с терминами.
Европа Украине не помогает. Даются какие-то подачки: сорок миллионов на закупку бронежилетов, ещё — ну, мелочи. Это Порошенко на обед. Это отдаётся большому государству, где десятки миллионов людей, где нужны не миллионы, а мил-ли-ар-ды, и десятки миллиардов.

То есть, опять же, обычному человеку, что миллион, что миллиард — это много, а триллион — это вообще что-то непонятное, и теряется разница. Но на самом деле разница колоссальная. Они дают мелочь на проезд — вот, что они дают. Эти деньги они могут и дать бесплатно. Япония дала Украине, если я не ошибаюсь, 150 тысяч евро. Ну, что это такое?

Артём Войтенков: Нет, это смешно даже.

Николай Стариков: Какие-то такие цифры...

Артём Войтенков: Это даже на проезд, если по государственным масштабам, не хватит.

Николай Стариков: Это Япония. Ей самой ехать уже некуда — там 200% ВВП долг. Другие государства реально миллионы какие-то дают, а нужны миллиарды. Эти миллиарды дают, но уже это не помощь — это кредит. Поэтому давайте вот эти лукавые слова „помощь“... Какая это помощь? Идите сейчас в банк и возьмите там миллиард в кредит. Это что — помощь что ли? Это кабала, вам ещё проценты на этот миллиард надо. Ведь никто же не говорит, на каких условиях, под какие проценты Украине дают деньги. Вы где-нибудь читали об этом?

Артём Войтенков: Я только слышал от Валентина Юрьевича Катасонова, что это 20%.

Николай Стариков: Почему не публикуются цифры? Потому что вся бы картинка разрушилась. Представляете: США оказала Украине помощь под 10% годовых.

Артём Войтенков: 20%

Николай Стариков: Ну, допустим. Сразу человек бы: „Слушай, какие проценты? Помощь, проценты...“ Поэтому о процентах убирается информация. Нет никакой помощи. Украине дают деньги в кредит.

Теперь следующий вопрос. Государство, которое постоянно берёт в кредит, напоминает человека, который оказался в долговой кабале. Он берёт кредит, чтобы выплатить проценты по предыдущему кредиту. На выплату, как говорят, тела кредита (самой суммы взятой) у него уже не хватает денег. Долго ли такой человек может в этом режиме прожить? Нет. У него этих кредитов очень быстро станет столько, что придут и заберут у него всё имущество, которое у него есть. Его семья окажется на улице.

Артём Войтенков: Приватизация.

Николай Стариков: Это не только приватизация. Украина — это государство-банкрот, государство, которое живёт на деньги, взятые в долг, потому что само уже не может зарабатывать. Почему не может? И раньше-то было сложно свести концы с концами, а теперь само украинское правительство уничтожило промышленный регион, который был основным производителем средств для бюджета. Там же все предприятия — на Донбассе. То есть своими руками зарезали курочку, которая несла золотые яйца для украинского бюджета.

Перспектив улучшения экономической ситуации нет. Откуда? „Запад нам поможет“ — говорят украинские политики. Но мы только что разобрались: в кредит под проценты поможет. И то вопрос: в каком количестве и когда? Это мы с вами видим. Но реально-то как отдавать кредиты? Как жить на постоянные кредиты, которые должны выплачивать процент? Огромное государство – банкрот. Это значит — добром не кончится. Но при этом Запад делает вид, что всё хорошо, всё нормально. „Всё хорошо, прекрасная маркиза“ — они поют. Вот сейчас, ещё немного реформ...

Какие реформы? Реформы чего? Из пушек реформировать заводы и шахты? Слово „реформы“ в русском языке уже несёт категорически негативный оттенок. Что ещё нужно реформировать на Украине?
— Заводы частично закрыли, частично разрушили на Донбассе.
— Сейчас откроется свой рынок для иностранных производителей, чтобы уж совсем все разорились.
— В социальной сфере подняли всевозможные тарифы, снизили всевозможные выплаты.

Что ещё реформировать? Что ещё? Армию создать сильную? А деньги откуда? То есть ещё что-то закрыть, ещё меньше выплатить и за счёт пенсионеров создать армию. Прекрасно. Создали армию. Для чего? Кто-то реально думает, что Россия может напасть на Украину, поэтому Украине нужна сильная армия и Китайская стена вдоль границы, на которую денег нет? Что будет делать эта мощная, сильная, не понятно, откуда взявшая деньги украинская армия. Что?

Артём Войтенков: Убивать украинцев.

Николай Стариков: Воевать. Потому что весь бюджет грохнули в армию. Теперь эта армия сидит за стеной и защищает от несуществующей российской опасности. Воевать начнёт. А от войны экономическое состояние Украины улучшится или ухудшится?

Артём Войтенков: Ухудшится.

Николай Стариков: Ухудшится. Они ещё разрушат, они ещё убьют, понесут сами потери. Ведь война — это ежедневные расходы, большие расходы и колоссальные расходы на послевоенное восстановление — и не только промышленности. Убиты кормильцы семей, инвалиды, увечья — это всё выплаты. Или что, после войны, как сейчас, скажут: „Вы не участвовали в войне. У вас какой-то бумажки нет“? То есть опять обманут тех, кого они призвали под красивыми знамёнами патриотизма защищать что-то.

Перспектив нет — вот это нужно понять. Уважаемые граждане Украины, вас обманывают. Обманывали долго, но сейчас вы очень быстро убедитесь, что те же самые люди, которые вас привели на Майдан разрушать ваше государство, они начинают этот процесс ускорять, разрушения.

Объясните хоть одну причину — почему экономика Украины должна улучшиться? А без улучшения экономической ситуации не может быть хорошей жизни. Мы же все взрослые люди. Даже если создадут эту сильную армию, это всё равно приведёт к ухудшению экономики, а деньги дадут в кредит, в долг. То есть Украину такими сетями опутывает Запад, чтобы она вообще не могла дёрнуться. Ничего.

Политики украинские с каждым днём, если у них была хоть доля совести (в чём я сильно сомневаюсь, конечно) и доля суверенитета (в чём я тоже сильно сомневаюсь), они эти доли теряют каждый день. Потому что государство должно всё больше денег, и политики, которые стоят во главе этого государства, ещё больше зависят от тех институтов, которые эти деньги могут дать.

Теперь вопрос: может ли Запад действительно выдать даже в виде кредитов те деньги, которые необходимы на восстановление всей Украины? Давайте гипотетически, скажем: „Может“. Почему не выдаёт?

Артём Войтенков: У них у самих сложности.

Николай Стариков: Подождите. Значит, не может? У них у самих сложности — значит, не может. Но Запад должен тогда заявить: „Вы знаете, дорогие друзья, у нас сложности, поэтому мы вам денег не дадим. Идите, ищите, где хотите“. Согласитесь, был бы холодный душ для всех сторонников украинской демократии.

— Поэтому Запад говорит: „Мы дадим, дадим. Зайдите завтра“.
— Завтра приходят — говорят: „Вы знаете, у вас ещё реформы не все до конца сделаны. Зайдите послезавтра“
— Приходят послезавтра. „Как вы смели? У вас же правительство ещё не сформировано. Что же вы пришли-то?“
И вот так уже месяцев восемь.

Артём Войтенков: Они что-то перечисляют. Конечно, копейки.

Николай Стариков: Даже разговор о том, что на территории Украины идёт гражданская война, это не объяснение, почему они не дают денег. Готов объяснить.

Если Запад готов, может и хочет помогать Украине, значит, он должен устранить ту причину, которая Украине помогать мешает. Если не умное, не талантливое, ещё какое-нибудь украинское властное сообщество не понимает, что нужно прекратить боевые действия, значит, Запад должен подсказать:
— „Ребята, вы что делаете? Вы уничтожаете экономику. Поэтому давайте, быстро сели за стол переговоров, договорились о прекращении огня, отвели войска и всё. А мы — Запад — жёстко за этим следим. Мы будем смотреть, чтобы ваши партнёры по переговорам из Донецка, Луганска не двигались вперёд. То есть мы вам гарантируем, что отвод войск не означает каких-то дальнейших боевых действий. Всё, замороженный конфликт, закончили. Мы начинаем восстанавливать (мы — Запад) всю экономику Украины. Вылижем её, отстроим — будет просто не экономика, а конфетка. Жители Луганска и Донецка убедятся, какую колоссальную они ошибку совершили, уйдя из этого прекрасного экономического украинского рая“.

Что же они этого не делают?
— „Дальше мы вот эту красивую украинскую витрину нашу, сделанную нами, брюссельцами и вашингтонцами, покажем жителям Крыма. И жители Крыма будут рыдать, понимая, куда они пришли и откуда они ушли“.

Артём Войтенков: Бросаться в воду и плыть на Украину.

Николай Стариков: Да, и плыть. А злые российские пограничники их сетями будут вылавливать, как Ихтиандра когда-то в известном советском фильме и романе. Что же они этого не делают? Так выделяйте деньги. Чем скорее вы построите вот эту прекрасную картину под названием „Процветающая Украина за исключением Донецка, и Луганска, и Крыма“, тем скорее всё восстановится. Они этого не делают. Денег нет, и не дадут — вот это надо понять. Будут опять по-да-чки под красивыми предлогами: боевые действия, правительство не то, кризис не то.

Поэтому сегодня мы видим, что те, кто были единомышленниками, придя в парламент, начали ссориться, дробиться и опять объединяться. Это не потому, что они такие крысы. Они, конечно, крысы, но есть кукловод, который их между собой конфигурирует так, чтобы не было жёсткой власти. Потому что тогда украинские избиратели бы сказали: „Подожди, Порошенко, у тебя 65% голосов, у тебя блок, у тебя это. Ну, так делай! Делай те самые реформы, о которых ты говоришь“. И что будет Порошенко говорить?

Что реформировать? Ну, что? Уволить миллион человек, принять других миллион человек — и будет хорошо? Поменять одного главнокомандующего на другого главнокомандующего? Нечего там реформировать. Нужно изменять вектор вообще всего государства. Пока оно движется в проамериканском русле, американцы там всё дробят, разрушают, уничтожают. Вот почему.

Американцам нужна слабая украинская власть. Но и самим украинским политикам выгоднее быть слабыми. Тогда Порошенко на вопрос: „Знаете, я только собрался реформы сделать, так вот этот же Яценюк-то! Мы все думали, что приличный человек. С нами, понимаете, на Майдане сказал, России грозил, выглядел приличным человеком. Как дошло до работы — вы смотрите: поставил интересы своей партии выше интересов страны. Но ничего, ничего, перемога идёт. Подождите, сейчас следующие выборы. Уж мы этого Яценюка-то уберем, и придёт настоящий Яценюк-2. Вот этот патриот, я вам говорю“.

Сколько так ещё можно говорить? Ещё два, три, четыре года. Потом украинцы скажут: „Пошли вы все: яценюки, порошенки — просто пошли“.

Поэтому я скажу так: в сегодняшней ситуации на Украине победа заключена в сфере экономики. Кто сможет создать украинскому народу хорошую жизнь, тот и получит симпатии украинского народа. Вот о чём идёт речь. В украинском конфликте нет военного решения проблемы.»

  1. Газовая дубинка США


Ранее США почти не добывали у себя нефть и газ. Но сейчас они начали добычу, применяя «грязные» технологии. Газ из Америки стоит дороже, чем русский, но Европу заставляют его покупать.

Основная задача США — уменьшить доходы России от продажи нефти и газа.

Скачать:

«Николай Стариков: Россия должна договориться с Украиной о поставках газа по нескольким причинам. Первая причина — гуманитарного характера. Мы не хотим, чтобы украинцы, даже которые, может быть, частично сейчас обижены на Россию. Но мы-то их воспринимаем, как своих братьев. Никто в здравом уме в России не хочет, чтобы на Украине люди замёрзли. Все эти разговоры о том, что сейчас там будут холода и Украина опомнится – это ерунда. За несколько месяцев никто, ничего не опомнится. Поэтому Россия не хочет, чтобы Украина замёрзла – это первое.

Второе. Россия должна снабжать газом Донецк и Луганск, потому что понятно, что в сложных отношениях украинских властей и ДНР, ЛНР сейчас этот вопрос может как-то ускользнуть. Поэтому России сложно снабжать газом исключительно Донецкую и Луганскую области, не продавая газ всей остальной Украине. Это странно было бы и мне кажется, что это технически сложно.

Далее. Целью американцев является поссорить Россию с Европой и заменить поставки российского газа более дорогим сланцевым американским газом. Сейчас в Прибалтике радуются: пришёл большой танкер со сжиженным газом, пока не из США, но тем не менее. Они там все не пляшут, но почти скачут: „Всё, мы от России больше не зависимы“. Прекрасно, только этот газ в полтора раза дороже. То есть, логика где?

Если логика экономикой диктуется, тогда надо выбирать надёжный и менее дорогой источник поставок. Как хозяйка разумная идёт в хороший магазин, где качественные продукты, но берёт магазин, который недорогой. А вот неразумная хозяйка или у которой денег просто очень много, ей всё равно, она идёт в магазин дорогой, где те же самые продукты лежат.

Газ не пахнет — в смысле экономики и политики. Так-то газ имеет, конечно, запах. Вот о чём идёт речь. Зачем покупать дорогой газ, если есть такой же газ, но дешевле? Чистая политика, к экономике никакого отношения. Это хорошо для экономики Прибалтики? Нет. Может ли прибалтийская вот эта коллективная хозяйка сказать: „Да мне всё равно, сколько ваш газ стоит“.

Артём Войтенков: У них, по-моему, денег вообще нет.

Николай Стариков: „Я села в свой Rolls-Royce, приехала и мне главное, чтобы у дверей универсама швейцар открыл дверь — вот это для меня главное. А сколько там что стоит внутри — мне вообще всё равно. Я так, не глядя, положила, и опять мне открыли дверь и я уехала“.
Конечно, нет. Бедные страны на дотации Запада живут. Что это они себя ведут, как нувориши какие-то, не считающие деньги? Потому что экономики ноль в этом решении. Есть политика — наступить России на мозоль.

Ведь есть обратная сторона. Если Россия не продаёт свои энергоресурсы — валюта не поступает в Россию. Это создаёт сложности для российской экономики и позволяет давить на курс рубля, а в итоге давить на российскую власть. Поэтому пусть Прибалтика покупает дорогой газ откуда-то, главное, чтобы „Газпром“, российский бюджет, социальные выплаты, Путин не получили денег — и мы будем на них давить. Вот их цель.

Мы сейчас взяли маленькую Прибалтику. Один там танкер пришел — вся Прибалтика уже радуется. Теперь Европа. Там танкеров надо много из США, и в перспективе какой-то, и надо же объяснить европейским потребителям, что „ребята, знаете, газ подорожал“.
— „Почему?“
— „Мы решили купить более дорогой“.
Скажут: „Что это вы совсем, что ли с ума спятили? Покупайте дешёвый“.

Артём Войтенков: Так они и объяснят, скажут: „Путин не хочет вам продавать“. Придумают что-нибудь.

Николай Стариков: Так вот им нужно объяснение, но это объяснение должно быть такое: „Вы знаете, на Украине нестабильность. Злая Россия никак не может договориться, требует какие-то неимоверные деньги с украинских товарищей. В результате поставки постоянно прерываются. Мы в Брюсселе, мы, конечно же, за ваши кошельки. Вы же нас выбрали, сердечные, мы за вас печёмся. Но в этой ситуации мы, как ответственные руководители Европы, не можем же дальше сидеть и ждать: договорятся там или не договорятся. Мы должны получать газ из источников, которые будут бесперебойные. Норвегия уже истощается, Алжира не хватит, Катар далеко. А вот есть американские партнёры и газ-то демократический, понимаете? Поэтому давайте дорогой, демократический газ против злой тоталитарной России“.

Им нужен повод, им нужна ссора между Россией и Украиной, итогом чего стали бы прерывания поставок газа.

В некотором смысле нас пытаются загнать в такую вилку: „Вы либо бесплатно давайте газ на Украину, либо, если вы прервёте поставки, то мы через некоторое время заменим вас на рынке Европы“. А это реальные проблемы для нашей экономики. Конечно, мы все хотим, чтобы у нас не было зависимости от нефти и газа, конечно, это понятно. Но эта зависимость существует, и мы должны жить в сегодняшних реалия. Потому что когда-то, проведя индустриализацию, мы, может быть, я надеюсь, обязательно с этой иглы соскочим. Но пенсии и зарплаты нам надо будет завтра платить, а эти деньги, соответственно, должны поступать. Вот одна из причин того, что они пытаются Россию с Европой поссорить. И Россия из этой ситуации старается выйти так, чтобы у них не было этого информационного козыря для своего обывателя.

Артём Войтенков: Смотрите, как интересно. Ведь добыча сланцевого газа в США, она же началась не десятилетия назад, а они начали делать где-то 5, 4, 3 года назад, стали разрабатывать. Сейчас мы видим результаты этого — танкеры, которые поплывут в Европу. Они уже давно говорят, что „у нас газ“. То есть они, не смотря ни на что у себя: на дороговизну, на вред природе, людям — выкачивали этот газ разными нехорошими способами, достаточно дорогими, чтобы России было хуже, чтобы избавить её от этого козыря.

Николай Стариков: Конечно, вы правильно сказали. Четыре, пять... Мы с вами, наверное, точную дату не назовём, когда это началось. Так всё же пошагово. Отмотаем шесть лет назад: 2008-й год, кризис. Отмотаем три года назад: 2011-й год, попытка помайданить в России, убрать Путина от власти, точнее — не допустить его на новый президентский срок. Если чуть раньше, то США сланцевые технологии не использовали. Вообще эти технологии очень старые, ничего нового нет, это не то, что там изобрели. Когда-то открыли технологию, отложили её в сторону, потому что дорогая, потому что портит природу, и самое главное — зачем? Мы — Соединённые Штаты Америки, при помощи коллег из ФРС создаём нолики. Эти нолики раздаём по миру — и нам дают нефть и газ. Зачем нам их добывать?

Помните, у них была совершенно другая тема? Они заморозили, законсервировали все скважины на территории США. Логика в этом была. Зачем тратить свою нефть, которая когда-либо пригодится, если можно за бесплатно (вот это надо понимать) получать чужую. Прекрасно.

Проходит некоторое время и почему-то они меняют этот прекрасный концепт. Они решают, что лучше добывать свою, нежели бесплатно получать чужую. Почему? Потому что меняется геополитическая обстановка. Они понимают, что Владимир Путин не даст им действовать на мировой арене так, как они хотят. Значит, они уже начинают смотреть, как его можно ущемить, создать сложности в его стране в экономике для того, чтобы его потом от власти отстранить.

Они начинают добывать сланцевый газ, сланцевую нефть. Начинается эта реклама везде сланцевой нефти. Европейцы прыгают, прибалты радуются. Сейчас счета получат — посмотрим, как они порадуются.

Следующий шаг. Попытки внутри России помайданить и всё это дело малой финансовой кровью с их стороны решить — не получается. Но процесс-то уже запущен. Они это уже начали делать. Даже если бы им удалось устроить государственный переворот в России, они бы не свернули сланцевые проекты. Они бы их не свернули. Потому что в конечном итоге они бы всё равно начали поставлять свой газ в Европу, чтобы создать ещё больший рычаг давления на новую власть России. Любая власть, мы уже говорили (как большевики), приходя во власть, какая бы она ни была зависимая, она всё равно старается действовать хотя бы частично в интересах страны, понимая, что если она будет полностью вот такой, прозападной, она провалится и потеряет власть. То есть логика власти начинает работать.

Поэтому американцы всё равно бы создали такой мощный рычаг, дубинку — бить по голове: „Если вы с Китаем сейчас войну не начнёте, мы сейчас навезём этого сланцевого газа. Террористы неизвестные взорвут все ваши газопроводы и всё: вы останетесь без денег. Так что выбирайте: либо вы воюете с Китаем, мы вам деньги даём, поддержку и у вас есть какие-то шансы выскочить из этого. Либо вы не воюете с Китаем. Но тогда, извините, мы перерезаем все поставки, террористы, инициируем бунты у вас внутри страны, и вы и так загнётесь“.

Правильно сказали: игра идёт на несколько ходов вперёд. Если нам говорят, что Россия — газовый шантажист. А США что — газовый не шантажист что ли? США — финансовый не шантажист? США — военный совсем не шантажист? Каждая страна использует те рычаги, которые у неё есть: экономика — экономика, финансы — финансы, правозащитники — правозащитники, СМИ — СМИ. Всё это является элементами борьбы.»

  1. Как пытались свергнуть Путина

Задача США — отстранить от власти Владимира Путина. Умышленно создаются трудности и опасные положения для России, чтобы отстранить от власти нашего президента. А в 2012 году Запад хотел видеть президентом России Дмитрия Медведева, потому что на него проще оказывать давление…

Скачать:

«Николай Стариков: Для них очевидна конечная цель — свержение Владимира Владимировича Путина. На него оказывается давление всевозможное. Мы сейчас всё это пропустим. Для них самый удобный момент был, когда Владимир Владимирович решил не менять Конституцию и после двух сроков передать власть преемнику, чтобы потом его не пустить.

Дальше началась борьба за преемника. Здесь один из важнейших элементов (вспомните 2008-й год): как только Медведев стал президентом, они развязали войну в Закавказье. Напали на наших миротворцев — на Южную Осетию. То есть это ради Медведева делалось. Вот это нужно понимать. Чтобы он дрогнул, чтобы его перетащить на свою сторону, чтобы создать России большие проблемы.

Ведь если бы Россия не ответила, полыхнул бы весь Кавказ. Кавказ не любит, когда своих бросает — это раз. Русские не любят, когда своих бросают. Но Кавказ не любит слабых. Если ты позволяешь убивать своих граждан, своих солдат — ты больше не авторитет, о тебя ноги можно вытирать. В 2008-м году Россия поступила, как она должна была поступить.

Дальше началась атака именно на Путина.
Помните, все восхищаться Медведевым начали? Все, начиная от Макаревича, заканчивая Дмитрием Быковым: „Ну, душка просто, умничка. Путин — плохой, этот — хороший“. Помните, подписи собирали: „Отправь в отставку премьер-министра, Дмитрий Анатольевич. Отправь премьера Путина в отставку“. Посыл шёл к Медведеву. Они хотели решить все свои геополитические вопросы, включая перспективную войну с Китаем (я это хочу подчёркнуть) путём устранения Путина.

Дальше — сложная борьба, сложный период. Появляются всевозможные совестливые блогеры, информационная накачка, коррупция, призывы к беспорядкам, выборы 2011-го года, сложная ситуация в Росси.
Им казалось: „Вот сейчас всё: ненавистного Путина уберём — получим Россию“.
В этой ситуации война на Украине им была бы не нужна. Им вообще до Украины дела нет. Что там было бы на Украине?
— „Да ради Бога, сиди, Янукович, что хочешь: на золотом унитазе, хоть мимо унитаза ходи — твоё личное дело. Нам Россия нужна. Что там будет — нам совершенно не интересно“.
Не получается. Беспорядки не получаются вот эти майские 2012-го года, когда они пытались пролить кровь под инаугурацию президента. Смотрите, всё же логично. Не получается.

Тогда что? Сели за стол. Не получилось не допустить Путина на новый срок — начинаем план „Б“, возвращаемся к меньшему формату. Где у нас формат? В России не получилась — начинаем опять на Украине. Но начинаем теперь уже так, чтобы повлиять на события в России. Если раньше мы мирно помайданили и пытались, то теперь начинаем государственный переворот, жёсткое военное противостояние, постараемся забрать Крым и выставить Путина человеком, который не отстоял интересы русского народа.

Будем апеллировать уже теперь к патриотизму русских: „Эта власть отдала вашу базу в Крыму. Екатерина взяла, а вы потеряли. Вам что — не стыдно при такой власти-то жить, граждане России?“
Вот какой был посыл. Почему Крым ни в коем случае нельзя было отдавать. Следующий шаг — беспорядки в Москве под лозунгом „Всё продали, всё проиграли“. Поэтому они сознательно провели государственный переворот на Украине.

Дальше уже (Крым забрали) — следующий этап. Если Крым воссоединился с Россией, этот вариант не проходит. Наоборот, взрыв патриотизма. Политика — это всегда использование того, что есть. Хорошо, мы проиграли в Крыму, мы — Запад. В России патриотизм. Рейтинг Путина до небес. Прекрасно. Используем популярность Путина и взрыв патриотизма. Если вы такие теперь патриоты, мы начнём убивать ваших сограждан в Донбассе и посмотрим. Если Путин вводит войска, начинается война — мы получили то, что нам нужно (нам — Западу). Если он не вводит войска, мы опять начинаем тему: „Путин слил русский народ“. Всё.

Запад всегда использует то, что на сегодняшний момент даст с его точки зрения ему результаты. Вот откуда. Сейчас тема самая главная: под патриотическим соусом сделать всё то же самое, что они хотели раньше. Им всё равно, как, кто отодвинет человека и группу людей, которые не дают им дышать на планете, действовать, беспредельничать, как они хотят. Вот суть момента.

Под либеральными лозунгами не получилось, Дмитрий Анатольевич в итоге не сделал то, чего от него так хотели. Помните, Кудрин же заявил: „Я не буду работать в правительстве премьера Медведева“. Просто давайте вспомним. Это же была чёрная метка Медведеву от международного вот этого банкирского сообщества.

Был съезд „Единой России“. Путин вышел на трибуну не с машинописным текстом. У него была бумага, написанная его рукой. Может быть, не текст, конечно. Почему? Потому что до последнего момента никто не должен был знать, что они будут с Медведевым там говорить. Никто не знал этого. Он сел, сам написал, чтобы никто не видел. Может, ещё так рукой прикрывал.
Вышел, заявил: „Я иду на пост президента“.
Выходит Медведев: „Да, Владимир Владимирович идёт на пост президента. Я буду премьером“.
Дворкович сразу в Твиттере — „разочарование“ у него. Значит, ближайший соратник Медведева что-то ждал другого от Медведева? Значит, он не знал. Потому что какое разочарование, если ты знаешь? Он бы уже разочаровался несколько дней назад. Никто не знал, что будет.

И тут, смотрите — в Медведеве сразу все разочаровываются. Разочаровывается либеральное сообщество – фи. И Кудрин говорит: „Я не буду работать в правительстве премьера Медведева“.

Артём Войтенков: Ой, большая шишка.

Николай Стариков: Но посыл-то какой? То есть тогда он работал министром финансов, когда Медведев был президентом. Логика где? То есть у президента Медведева ты работать министром финансов можешь, а у того же Медведева, но премьера ты в том же самом правительство почему-то работать не можешь. А что меняется-то? Ты министр финансов, все типа единомышленники. Главный посыл: „Если ты не президент — ты нам не нужен. Ты нам нужен только на месте, которое бы не пустило Путина на это место“. То есть на место президента России.

Артём Войтенков: То есть нам не нужен Путин президент. Нам даже не ты Медведев, играешь роль.

Николай Стариков: Так можно обидеть человека, конечно. Но если уж совсем банковская откровенность — „чтобы не Путин президент. А если президент — Путин, то ты нам не нужен в роли любой“. Иначе логики нет. Да, его в отставку отправили за это. Правильно поступили, потому что уже переход всех каких-то границ и норм.

Поймите, что самое главное — вся политика вокруг России крутится вокруг одного, что нужно Западу: ему нужно утранить Путина от власти. Вот это нужно понимать. Хорошо это или плохо – это другой вопрос, но сегодня это именно так. Поэтому все действия на российской политической сцене разных игроков, которые в той или иной степени связаны или не связаны с Западом, нужно понимать под этим углом зрения.
— Это либо поддержка Путина, а значит, поддержка сегодняшнего курса на восстановление независимости, поддержка России.
— Либо попытки его свалить, а значит, попытки остановить восстановление России и опять передать её в руки Запада.
Ничего другого нет. Всё остальное — только тени и отблески этого противостояния.»

image_pdfimage_print
Система Orphus

Поделитесь

Комментарии