Блокада — для ленинградцев это очень личное

07.02.2019

На эту тему очень сложно говорить. Сложно писать. Комок подкатывает к горлу. Великая Отечественная война — это очень личная тема для всех граждан нашей страны и для десятков миллионов тех, кто сегодня носит в кармане паспорта других стран.

Но есть темы, которые можно назвать не просто личными, а сверхличными и сверхчувствительными для миллионов людей.

Для ленинградцев такой темой является блокада и все, что с ней связано. Чем взрослее я становлюсь, тем больше понимаю, что пришлось пережить жителям города. Что перенесли мои родственники, которые вопреки всему выжили, чтобы ниточка жизни не прервалась.

Блокада — для ленинградцев это очень личное

Блокада не может быть темой для внешнеполитического торга. Нельзя сглаживать углы, чтобы кому-то понравиться или кого-то не обидеть. Немецкая и финская военные машины старались уморить голодом ленинградцев, не забывая о бомбежках и артиллерийских обстрелах. И они многих уморили. Миллион с лишним женщин, стариков, детей, подростков. Мальчиков и девочек.

Хотели всех, но не получилось. Не удалось финнам и немцам добиться тотальной смерти всех жителей окруженного города. Был приказ Гитлера в Ленинград не входить, никого из города не выпускать. Ждать, когда все умрут, после чего сравнять имперскую столицу и колыбель революции с землей и превратить в большой водоем. А территорию передать будущей Великой Финляндии Маннергейма.

Как после этого могло прийти в голову кому-то повесить в Ленинграде памятную доску этому финскому военачальнику? Был он когда-то русским офицером, но после сотрудничества с Третьим Рейхом ему в историю России путь заказан.

Не надо стесняться. Немцы и финны — вот главные убийцы Ленинграда. Не Гитлер один держал кольцо блокады, а солдаты и офицеры этих двух армий. Потому, блокада не гитлеровская, она — немецко-финская.

Блокада — для ленинградцев это очень личное

Так надо говорить. Пусть помнят, пусть каются. Ужасаются своим преступлениям — и величию духа ленинградцев. Для финнов полезно будет — а то их все тянут в НАТО. Тянут-потянут, глядишь — и затянут. И наши ракеты на них будут нацелены. Помня блокаду и величие русского духа, может, и не решатся идти в сторону «гарантированного уничтожения».

Для немцев тоже урок. Забывать стали Вторую мировую, свои зверства забывать стали. Потому, что кроме Холокоста, им ни о чем почти и не напоминают. О том, что это именно Россия — СССР, пусть и зря, пусть и предательски для самой себя, но дала добро на воссоединение немецкого народа. Все были против: США, Великобритания, Франция.

«За» был один Горбачев. Потом Ельцин вывел наши войска из Германии и тем самым потерял последний рычаг воздействия на европейскую политику. Рычаг мощный и кровью наших солдат оплаченный. И сегодня Берлин мешает объединяться русскому народу, поддерживает сепаратистов в Киеве.

Меркель фактически продолжает политику Гитлера на «освоение» ресурсов богатейшей Украины. Так вот надо напомнить, чем в прошлый раз такая политика закончилась и к чему привела.

Блокада — для ленинградцев это очень личное

Для меня блокада — это очень семейная и личная тема. Почти в каждой семье ленинградцев кто-то погиб в страшную пору блокады. Рассказы об этом времени остались в памяти и передаются из поколения в поколение.

Мой отец блокады не помнил. Ему о ней рассказывал его отец, мой дед — в Ленинграде он командовал истребительным отрядом. Мой отец 1940 года рождения. Когда ему исполнился годик, умерла его мать, моя бабушка. Которую он так и не увидел. Она умерла в эвакуации, от эпидемии. Но её организм ослабила именно блокада. Отец это хорошо помнил, теперь это не забываю я.

Моя бабушка по материнской линии, к тому времени уже взрослая 30-летняя женщина, потеряла в блокаду годовалую дочь. Ее дочь Рина тоже родилась в предвоенный 1940 год. Она умерла в самую страшную зиму 1941 года. Бабушка же осталась жива и, проведя половину блокады в Ленинграде, была эвакуирована. Ее муж, мой дед провел в городе все 900 дней и ночей. В 1945 году родилась моя мама, так и оставшаяся единственным ребёнком в семье. И для меня моя мама — это, если хотите, не только мама, но и символ Победы. Победы жизни над смертью.

У моей бабушки было две старшие сестры — у каждой на момент блокады были дети. К счастью, все выжили, пережили, спаслись. Но у двух сестер два мужа пошли в народное ополчение и были убиты на Пулковских высотах.

У них нет могилы. Они спасли город, и их дети остались живы.

… Мы должны понять: каждый раз, когда мы забываем нашу историю, наших героев и наших врагов, всё это вновь повторяется.

Николай Стариков,
колонка наРИА ФАН

P.S. О Блокаде и подвиге Ленинграда недавно высказался в программе Владимира Соловьева.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Закон, который никого не защитит. 80 лет Зимней войнеНиколай Стариков: Закон «о насилии над семьей» никого не защищаетСталин, Хрущев, антисемейный закон — эмоции и фактыНиколай Стариков: Кому нужен закон «о нacилии над семьей»

Instagram Николая Старикова

Комментарии