Николай Стариков

Герой Сталинградской битвы – генерал Родимцев А.И.

20.03.2017 (20.03.2017) 1

«И без кожуха
Из сталинградских квартир
Бил «максим»,
И Родимцев ощупывал лёд…»

А. Межиров

Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник Родимцев А.И. – легендарный военачальник Великой Отечественный, герой Сталинградской битвы… «Родимцев был обыкновенный, как все, и чуточку необыкновенный. Добрый к друзьям, но непримиримый к врагам своего народа. Как все русские люди. Бесхитростный и смекалистый, вокруг пальца не обведешь. Простодушный, сердечный, кремень, хоть огонь высекай. Покладистый и гордый, обидишь зря – не простит. Это был самородок народный! И не удивительно, что многогранье таланта комдива засверкало в окружении таких же стойких, волевых, непреклонных ратников, как и он сам. Ведь правильно говорят, что в Сталинграде негероев не было», – вспоминал о комдиве генерал Чуйков В.И.

Родимцев Александр Ильич родился 23 февраля (8 марта) 1905 г. в оренбургском селе Шарлык, в семье сапожника-бедняка. Рано остался без отца, школу пришлось бросить и батрачить у соседа-кулака. Служил в армии, получил направление в кремлёвское военное училище. По конному делу и военным дисциплинам Александр получил «отлично», а экзамены по общеобразовательным предметам сдал на низкие оценки. Но всё-таки его приняли курсантом Объединённой военной школы имени ВЦИКа, это было в 1929 г.

Курсант Родимцев, занимаясь дополнительно с преподавателями, ликвидировал в короткий срок свои пробелы по общеобразовательным дисциплинам, и стал на «отлично» успевать по математике, русскому языку и другим предметам. Попав в пулеметный взвод, он показал отличную меткость стрельбы из «максима», выходил победителем на соревнованиях пулеметчиков. Вскоре его имя появилось на доске Почета школы… Как отличник учёбы Александр Родимцев удостоился награды – нёс пост у Мавзолея Ленина В.И.

В 1932 г. военная школа была окончена, Родимцев получил назначение командиром пулемётного взвода в один из лучших кавалерийских полков, который дислоцировался в Москве. Четыре года службы в кавалерийском полку пролетели как один день. Александр написал рапорт с просьбой послать его добровольцем в Испанию. Старший лейтенант Родимцев А.И. стал участником гражданской войны в Испании. Почти целый год Родимцев мужественно сражался в далёкой стране, а дома его ждали жена и маленькая дочка… Под псевдонимом «капитан Павлито» Родимцев помогал бойца республиканской армии осваивать оружие, он занимался формированием и обучением пулемётных команд для действующей армии, а потом активно участвовал в обороне Мадрида, в Гвадалахарской операции и др. За умелые боевые действия был награждён орденом Красного Знамени. Родимцев отличился в Брунетской операции и под Теруэлем. За образцовое выполнение интернационального долга майор Родимцев Александр Ильич был представлен к званию Героя Советского Союза.

После возвращения из Испании Александр вместе с другими бойцами интербригады поступил в Военную академию РККА имени М.В. Фрунзе. После окончания академии в 1939 г. Александра Ильича направили в воздушно-десантные войска. Участвовал Родимцев и в финской войне, и в освобождении Западной Белоруссии… Начало Великой Отечественной войны он встретил командиром 5-й воздушно-десантной бригады в Киевском Особом военном округе.

В начале июля 1941 г. бригада полковника Родимцева А.И. получила приказ в составе 3-го воздушно-десантного корпуса занять боевые позиции под Киевом. Бригада прикрывала подступы к столице Украины со стороны Иванкова и Остера. Десантники Родимцева наступали в августе сорок первого! По пятьсот, шестьсот метров в день, но шли, шли вперёд! Эти контратаки десантников в августе 1941 г. сыграли не последнюю роль в успешном контрударе наших войск под Киевом, когда враг был отброшен от столицы Украины на 15 километров и отказался от плана штурма города. В начале сентября 1941 г. бригада вела оборонительный бой на рубеже реки Сейм, прикрывая отход советских частей. Враг рвался к Конотопу.

Сохранив бригаду, Родимцев отступил на новый рубеж. В оперативном окружении восточнее Киева оказалась киевская группировка войск Юго-Западного фронта. В Лизогубовском лесу фашисты заперли многие наши части. Фашистское командование хорошо понимало, что вырваться из этой ловушки почти невозможно. В окружение попали и 700 десантников Родимцева. Почти через месяц сильно поредевшие части бригады во главе со своим командиром прорвались из вражеского котла.

В ноябре 1941 г. Родимцев А.И. был назначен командиром 87-й стрелковой дивизии 40-й армии. За успешные боевые действия в январе 1942 года его дивизия одной из первых получила гвардейское знамя, став 13-й гвардейской стрелковой дивизией. Вскоре она была награждена орденом Ленина. Дивизия Родимцева участвовала в Харьковской операции. Десять дней оборонялась дивизия в районе Комиссарово – Рубленное – Озерное. Затем гвардейцы Родимцева в составе 38-й и 28-й армий вели упорные оборонительные бои на воронежском, валуйском направлении и в большой излучине Дона, вновь выходили из окружения.

В июле 1942 части дивизии гвардии генерал-майора Родимцева были выведены на пополнение под Сталинград. 13-я гвардейская сд Родимцева А.И. была передана в состав 62-й армии Чуйкова В.И. В середине сентября 1942 г., после трёхмесячного пребывания в тылу, дивизия Родимцева под огнём противника переправлялась через Волгу на правый берег, в растерзанный Сталинград. Немцы осветили реку ракетами так, что многие забыли, что это ночь. Адская круговерть смерти плясала вокруг десантных барж, катеров, рыбацких лодок. Трудно было поверить, что человек может выжить в этом свинцовом водовороте. Но трусов среди гвардейцев не оказалось. Боевой порыв был настолько велик, что многие бойцы, не дожидаясь, когда катер или баржа зашуршат о прибрежный песок, прыгали в воду, добирались вплавь и, выйдя из Волги, бросались в рукопашную.

«Я познакомился с Александром Родимцевым 14 сентября 1942 года в Сталинграде, в тот день, когда решалась судьба города. Он пробыл в Сталинграде до 2 февраля 1943 года. На левый берег не уходил и все время находился в ста – ста пятидесяти метрах от переднего края… А на волжской стене, где проходила линия обороны, появилась надпись: «Здесь стояли насмерть гвардейцы Родимцева, выстояв, победили смерть», – так написал о Родимцеве генерал Чуйков В.И.

«Командный пункт дивизии был оборудован в километре от центральной переправы. Он представлял собой вырытую в песчаном откосе длинную нишу. У входа саперы соорудили бревенчатую пристройку, вроде деревенских сеней, прикрыв её кое-как нетесаными досками да поржавевшими листами железа. Внутри: и потолок, и стены были наспех обшиты досками, через щели между которыми то и дело шуршал песчаный дождь. Посреди штольни врыли длинный, узкий деревянный стол, для «заседаний», в углу широкий обрубок доски – рабочее место начальника штаба. У самого входа, по обе стороны этой полуниши-полупещеры громоздились трехъярусные нары для работников штаба…» (С. 153).

По распоряжению командарма Чуйкова десантники передового отряда, едва успев войти в город, стали наступать на железнодорожный вокзал, и к исходу дня выбили фашистов из привокзальной части города. Гитлеровцы бросили против защитников танковый десант. Гвардейцы Родимцева не дрогнули и точными залпами орудий остановили врага. До последнего бойца десантники Федосеева продолжали удерживать вокзал, батальон сражался в окружении. Здесь погибли все сражавшиеся и, пока были живы, вокзал не сдали. Для них призыв «За Родину» не был пафосом. Они так понимали свой долг, когда Отчизна оказалась в смертельной опасности.

Высота 102,0, которую местные жители окрестили Мамаевым курганом, являлась ключом всей обороны Сталинграда. На огромной линии переднего края дивизии, протянувшейся от Мамаева кургана на севере до устья реки Царицы на юге, гремели бои, гвардейцы полков Панихина и Елина «отодвигали» врага от Волги.

Родимцев А.И. получил приказ командарма взять высоту 102,0. Полк Долгова начал штурм Мамаева кургана, хотя не было за спиной артиллерии, и танковая бригада, которая должна была поддержать атаку, не подошла. Два батальона 39-го полка пошли вперёд. Шквал огня обрушился на гвардейцев – на их пути был огромный бетонированный дот, из которого огонь крупнокалиберных пулемётов косил наших бойцов. Батальоны залегли, а в это время орудия капитана Быкова, расположенные у подножия высоты, получили команду поддержать атакующих, и смогли меткими залпами уничтожить немецкий дот. Батальоны поднялись в атаку, на этот раз их ничто не могло остановить. К середине дня Мамаев курган был в наших руках. Но полк Долгова понёс большие потери, удержать высоту оставшимися силами было практически невозможно. Комдив Родимцев прислал подкрепление.

Конечно, немецкое командование прекрасно понимало – сбрось они в Волгу дивизию Родимцева, и город будет в их руках, выход к мощной водной артерии станет открыт. Впрочем, положение дивизии, только-только зацепившейся за волжский кусочек берега, оставалось чрезвычайно тяжёлым – в окружении оказался полк Елина. Однако гвардейцы не только защищались, но и, где возможно, переходили в контратаки. Тяжело пришлось защитникам Мамаева кургана. Здесь фрицы сосредоточили несколько батальонов пехоты и более двадцати танков. Шесть раз в течение только одного дня фашисты пытались сбить подразделения гвардейцев с высоты, и каждый раз убирались восвояси, устилая склоны кургана трупами своих солдат и офицеров.

В конце сентября в дивизию Родимцева прибыло первое пополнение – почти тысяча бойцов. Гвардейцам стало полегче, а по инициативе сталинградского горкома комсомола был сформирован добровольческий отряд численностью около пятисот бойцов, которым предстояло пополнить ряды 13-й дивизии. Это были парнишки – семнадцати, – восемнадцати лет… Развернулись ожесточённые бои за мельницу, здание Госбанка, Дом железнодорожника и другие здания. Для боёв в городе дивизии нужен был опорный пункт. Внимание генерала Родимцева привлёк небольшой четырехэтажный дом, выходивший торцом на площадь Девятого января. Эта площадь давно стала эпицентром борьбы двух противоборствующих сторон. Здания, окружавшие ее, служили мощными опорными пунктами, настоящими дотами. А сейчас, когда дивизия перешла к активной обороне, борьба за центр города превратилась в борьбу за каждый дом. Сержант Павлов получил приказ провести разведку этого дома.

Павлов с тремя бойцами сумел закрепиться в этом здании и принял оборону. В подвале здания прятались мирные жители. Каждый из разведчиков получил боевую позицию, да не одну – оборону приходилось держать с трёх сторон. Бойцы Павлова двое суток отбивали атаку за атакой, а затем подошло пополнение во главе с лейтенантом Афанасьевым. Для обороны нужны были боеприпасы, в боях появились раненые – нужна была постоянная связь с полком. Гвардейцы начали рыть ход сообщения к мельнице, им помогали жители дома. Через пять дней ход, по которому можно было пройти до мельницы в полный рост, был готов. К этому времени из штаба батальона протянули телефонную связь. В подвале установили койки для отдыха бойцов и командиров, все было предусмотрено для длительной и успешной обороны. Дом держал под огнем своих пулеметов все прилегающие улицы, откуда фашисты пытались контратаковать. Более того, рядом находилась мельница, где расположился наблюдательный пункт дивизии.

В одну из ночей в дом Павлова поддержать гвардейцев пришёл генерал Родимцев. Они конечно знали, что комдив не робкого десятка, по блиндажам не прячется, но чтобы вот так, на передовую, в дом, судьба которого ещё по-настоящему и не определена, – это был очень большой риск. «За полтора года войны многие повидали «своего генерала» в деле. «Мужик что надо, – поговаривали ветераны, – нашенский». И тут же добавляли, что генерал добрый-добрый, а если кто врать сподобится, – пощады не жди. Кричать не будет, ногами топать не станет и уж, упаси бог, чтобы трибуналом или расстрелом пугать. Но если провинишься, накажет строго, без лишних слов.

Рассказывали, как однажды, в первые месяцы войны застал он на посту спящего молодого бойца. То ли устал тот от многодневной бессонницы, то ли «прохладно» отнесся к караульной службе, а только заснул на посту. А генерал схитрил. Вытащил из рук бойца винтовку, позвал разводящего и только после этого разбудил часового. Выяснилось, что солдат действительно не спал несколько дней. Причина вроде бы уважительная, но устав есть устав. Кое-кто предлагал передать даже дело в трибунал. Но комдив рассудил по-своему. Он приказал солдата кормить, поить, но к делу не допускать. Ни в караул, ни по хозяйству, ни тем более к боевым действиям. Проходит день, второй. Солдата исправно кормят, а до дела не допускают. Парень извелся. «Не могу я так, – взмолился он, – вроде как нахлебник какой, трутень». Лишь на третий день генерал отдал команду допустить бойца до службы. На всю жизнь запомнил молодой боец наказание». (С. 197).

Почти два месяца гвардейцы вели непрерывные бои, не покидая Дом Павлова. Да, велика сила духа русского солдата! А враг перед ними – не простачок. Обут, одет, накормлен, напоен. А об опыте и говорить не приходится. Шестой армии Паулюса потребовалось три дня для взятия Парижа. И этой же армии не хватило двух месяцев, чтобы сокрушить гарнизон одного обыкновенного четырехэтажного Дома сержанта Павлова… Оборванные, голодные, обовшивевшие, уныло брели под конвоем советских гвардейцев недавние завоеватели Франции, Норвегии, Бельгии, Дании, Чехословакии, Польши. Комдив Родимцев после митинга, состоявшегося возле здания, где был пленен фельдмаршал Паулюс, командующий бесславной шестой армией, ехал на трофейном «опель-адмирале» к месту нового назначения. Сталинградская битва завершилась…

За бои в Сталинграде Герой Советского Союза генерал Родимцев был награжден орденом Красной Звезды… А в дивизии появилось 28 Героев Советского Союза. После шестимесячного кромешного ада, который Родимцеву пришлось пережить в Сталинграде, комдив был вызван в Москву, где получил назначение командиром 32-го гвардейского стрелкового корпуса 66 армии. Корпус Родимцева попал в резерв Ставки Верховного Главнокомандования. С июля 1943 г. корпус Родимцева А.И. вошёл в состав 5-й гвардейской армии, которая участвовала в Курской битве. Немецкие танковые части шли на Обоянь.

Подразделения Александра Ильича заняли оборону вдоль дороги Обоянь – Курск. Их задачей было не допустить прорыва танков и пехоты. Однако противник начал отводить свои главные силы, Родимцев отдал приказ о наступлении. Две дивизии его корпуса освободили Томаровку. Взятие Томаровки означало не только освобождение ещё одного населенного пункта. Успешные бои позволили окружить огромную группировку врага, отсечь ей пути отхода. Более того, наши войска изолировали другую не менее грозную фашистскую группировку, окопавшуюся в Борисовке. Советское командование понимало, что единственное спасение окруженных – объединение. Не дать им этого сделать, расколотить по частям и уничтожить было приказано двум гвардейским стрелковым корпусам, которыми командовали генералы Родимцев и Чистяков. Гвардейцы с честью завершили эту операцию.

В составе Степного фронта 32-й гвардейский ск под командованием генерала Родимцева А.И. в конце лета 1943 г. участвовал в освобождении Полтавы, Харькова. После битвы за Днепр измотанный, понесший значительные потери корпус отходил для короткого отдыха и пополнения. Но отдых получился коротким, через два дня части Родимцева форсировали Днепр южнее Кременчуга и начали наступление. Наступление было трудным. Проливные осенние дожди превратили дороги в сплошное месиво. По ним невозможно было передвигаться не только на машинах и тягачах, но даже на лошадях и коровах, которых войска тоже использовали.

Фашисты не ожидали, что в условиях непогоды советские войска осмелятся вести наступательные операции. Весь ноябрь 1943 г. корпус провёл в тяжёлых, изнурительных боях, освобождая украинские сёла. Дивизии корпуса получили наименование Полтавских и Кременчугских… Были освобождены крупные населённые пункты: Ново-Александровка, Знаменка, а затем город Кировоград

Части гвардейского корпуса, которым командовал Родимцев, натолкнулись на яростное сопротивление гитлеровцев в районе Сандомира. Это было уже летом 1944 г. в Польше. На Сандомирском плацдарме фашисты бросили против корпуса Родимцева четыре танковые дивизии, одну механизированную, и две пехотные. Корпус участвовал в Висло-Одерской, Нижне-Силезской, Берлинской, Пражской операциях. Бои за Висленский плацдарм оказались продолжительными и носили исключительно ожесточенный характер. Начиная с середины января сорок пятого года корпус генерал-лейтенанта Родимцева А.И. вел непрерывные наступательные бои на пространстве от Висленского плацдарма до реки Одер. Не давая противнику возможности закрепиться на промежуточных рубежах, вынуждая его к поспешному отходу, наши части к исходу месяца вышли к Одеру, где завязали упорные бои за предмостные укрепления на восточном берегу. Особенно яростное сопротивление гвардейцам в районе Тиргартена оказали отборные войска «СС».

В ночь на 25 января гвардейцы Родимцева с ходу форсировали реку Одер и за несколько дней расширили плацдарм, освободив крупные города Бриг и Олау. На протяжении всей операции генерал Родимцев находился в передовых боевых порядках войск, умело командовал своими частями, подавал личный пример мужества и хладнокровия. За умелое руководство войсками при форсировании реки Одер в районе населенного пункта Линден (Польша), личный героизм и мужество 2 июня 1945 г. генерал-лейтенант Родимцев А.И. был удостоен второй медали «Золотая Звезда».

В начале мая 1945 года гвардейцы Родимцева вышли к Эльбе в районе городка Торгау и встретились с американскими союзническими войсками. Взяв город Дрезден, они спасли знаменитую дрезденскую картинную галерею, которую фашисты спрятали в соленых копиях. Это они, гвардейцы Родимцева, когда весь мир праздновал 9 Мая День Победы, шли на выручку восставшей Праги… 12 мая бойцы Родимцева освободили в Терезине фашистский концлагерь, где томились узники многих европейских стран.

После войны, до мая 1946 года, Родимцев продолжал командовать тем же корпусом. Окончил Высшие академические курсы при Высшей военной академии имени К.Е. Ворошилова в 1947 г. С марта 1947 г. назначен командиром 11-го гвардейского стрелкового корпуса. С февраля 1951 г. – помощник командующего войсками Восточно-Сибирского военного округа. С июня 1953 по июль 1956 гг. – Главный военный советник при Албанской народной армии и военный атташе СССР в Албании. С ноября 1956 г. – первый заместитель командующего войсками Северного военного округа. С мая 1960 г. – командующий 1-й армией на Украине. С марта 1966 г. генерал-полковник Родимцев А.И. – военный консультант в Группе генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.

Александр Ильич награждён тремя орденами Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, двумя орденами Суворова 2-й степени, орденами Кутузова 2-й степени, Богдана Хмельницкого 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, медалями, а также орденами и медалями иностранных государств. Родимцев А.И. написал несколько книг: «Под небом Испании», «На последнем рубеже», «Гвардейцы стояли насмерть», «Люди легендарного подвига», «Машенька из Мышеловки», «Твои, отечество, сыны».

Александр Ильич Родимцев скончался в Москве 13 апреля 1977 г., похоронен с воинскими почестями на Новодевичьем кладбище.

 

Статья написана по материалам книги
Матюхин Ю.П. «Неодолимые: Документальная повесть», М.: Современник, 1985 г.

image_pdfimage_print
Система Orphus

Поделитесь

Комментарии

  • Виктор Макаров

    Вечная память настоящим Героям у которых мы в неоплатном долгу.