Как военный обозреватель «КП» спас Курилы от сдачи Японии Ельциным

29.01.2019 0

Источник: www.kp.ru
Передача островов Японии уже чуть не состоялась в 1992 году. Как это было и чем кончилось, вспоминает наш военный обозреватель Виктор Баранец, в то время — полковник Минобороны.

СОВЕСТЬ НАПРОКАТ

Наш Генштаб ещё весной 1992-го по конфиденциальным каналам стал получать из Токио информацию, что там вновь обострился вопрос о возвращении «северных территорий». А в начале лета в Минобороны поступило распоряжение Президента России Бориса Ельцина разработать график вывода наших войск с Южных Курил...

Разворачивалась мощная информационная операция по обеспечению успеха визита Ельцина в Японию уже осенью. В газетах, на ТВ все чаще появлялись статьи и репортажи, в которых открыто пропагандировалась японская принадлежность Курил.

— Я никак не пойму, как могут русские люди с такой яростью отстаивать интересы чужой страны, — сказал мне в те дни начальник Генштаба генерал-полковник Виктор Дубынин.

Я тоже не мог понять этой загадки.

ТАЙНАЯ МИССИЯ

В то время для редакций, где журналистам не платили месяцами зарплату, было недопустимой роскошью отправить корреспондентов на Курилы. Зато лояльные властям газеты без проблем посылали туда журналистов, и они выдавали статьи о том, что жители островов спят и видят, когда к ним придут японцы и превратят их «полускотскую» жизнь в человеческую.

Вот тогда и родилась идея нашей «спецоперации»… Шел август 1992-го. Мне было приказано прибыть к начальнику Генштаба. И Дубынин изложил суть поручения: собрать группу журналистов и на военно-транспортном самолете вылететь на Курилы.

Дубынин сказал, что некоторые редакции сами просят помочь добраться до Курил, чтобы сэкономить деньги.

— Непростое дело, — предупредил Виктор Петрович. — Надо действовать аккуратно. Эти журналисты шума наделают, президента и МИД раздраконят, а в конце статей малюсенькие такие приписочки: «Благодарим Генштаб за помощь». Представь, что будет?.. И отказать грех…

Дубынин подошел к карте.

— Ну кому мы угрожаем? Там у нас войск — кот наплакал, — вздохнул он. И добавил: — Надо побывать на всех островах, в гарнизонах. Показать настрой людей. Мне предстоит выступать в парламенте. Нужна информация прямо оттуда. И такая, будто я сам побывал на островах…

На прощание он протянул увесистую папку документов:

— Вооружайся. Будете лететь — изучите.

ТРАКТАТ ДУБЫНИНА

Сидя в самолете на снарядных ящиках, я глотал эти генштабовские документы:

«Анализ исторических фактов позволяет сделать вывод, что по праву первооткрытия, первоисследования и первозаселения острова Курильской гряды являются исконно русскими землями:

1711 год. Есаул Козыревский и атаман Анцыферов с отрядом казаков и промышленников первыми открыли острова Шумшу и Парамушир, расположенные вблизи Камчатки.

1713 год. Козыревский вновь ходил на эти острова и собрал сведения о большинстве Курильских островов, включая ИтурупКунашир, а также Двадцать Второй (Хоккайдо), говорил с коренными жителями — айнами — и убедился: японцы на эти острова не ходят.

1721 год. По указу Петра I на Курилах побывали геодезисты Евреинов и Лужин и составили первую карту островов.

1738 — 1739 годы. Экспедиция Шпанберга установила, что Курильские острова, кроме Матмай-острова (Хоккайдо), Японии неподвластны… Таким образом, русские открыли Курильские острова, составили их карты, основали зимовья и стоянки, привели местных жителей в подданство России…»

— Что интересного читаешь? — спросил меня полковник, возглавлявший группу от киностудии Минобороны.

Увидев заголовок на документе, попросил взглянуть. Он так и просидел час рядом на снарядных ящиках, забыв, что собрался покурить. И приговаривал: «Е-мое, оказывается…»

«…Лишь в конце XVIII века, на Южных Курилах высадились японцы, уничтожили русские кресты и поставили столб, означающий, что Итуруп — владение Японии. Но офицеры Хвостов и Давыдов вновь подняли на захваченных островах русские флаги…

…На стыке XVIII — XIX веков японцы, воспользовавшись отдаленностью русских владений на Курилах, начали попытки захвата островов. В 1805 году русский посол Резанов официально заявил японскому правительству, что земли к северу от Хоккайдо — русские…»

— Ну и детектив! — восхищались подходившие ко мне журналисты. — И выдумывать ничего не надо…

— Я ни хрена не пойму, — кричал мне в самое ухо штурман, — если есть такие документы, то чего тогда весь сыр-бор?

Наверное, у каждого поколения русских людей будут такие вопросы.

Картина художника Плотнова «Десант на Курильских островах», написанная в 1948 году. На самом деле с боями и потерями (около 400 бойцов) Красная Армия брала Северные Курилы. А японский гарнизон Южных Курил осенью 1945-го сдался без боя. Фото: mil.ru

МЫ ПОД КОЛПАКОМ

…Я ещё не знал, что вся наша затея уже «под колпаком»… Нашему борту, едва успевшему взлететь в Подмосковье, тут же приказали сесть в Рязани. Потом самолет сел в Саратове, в Забайкалье, в Хабаровске, где нам объявили, что полеты на Курилы отменены на «неопределенный срок». Мы плюнули на все и решили пробираться на гражданском самолете…

Тогда я не знал, что, несмотря на поручение начальника Генштаба, впереди нашей бригады по войскам пошла шифровка одного зама министра обороны об ограничении нам доступа в гарнизоны…

Вместо запланированных 12 — 15 часов наша группа добиралась до Курил 7 суток.

Первый военный, которого я встретил на островах, был начальник аэродрома отставной полковник Владимир Кузнецов, лет 20 отбарабанивший на островах. Жена тянула его на Большую землю, но Кузнецов наотрез отказался — прикипел. Тут какая-никакая квартира, а жилья на материке не было.

— Лучше на Курилах быть человеком, чем на материке бомжем, — сказал он журналистам, которые облепили его лицо диктофонами — дул ветрюган, аж в микрофонах свистело.

Кузнецов поселил нас в лучших номерах аэропортовской гостиницы, где дуло в каждую щель, бегали мыши и не было теплой воды. В тот же вечер мы познакомились с замом командира авиаполка ПВО, который переселил нас в военную гостиницу. Она после кузнецовской напоминала «Хилтон» — с горячей водой и газовой печкой.

Начальник Генштаба Виктор Дубынин разработал целую операцию по срыву сдачи островов Японии в 1992 году. Фото: В. БОРИСЕНКО/РИА Новости

«ВОТ ИМ КУРИЛЫ!»

Летчики, узнав о цели нашего приезда, валом валили в наши номера, чтобы выразить возмущение: разномастные русские и японские агитаторы уже достали их своими проповедями: «Надо уходить». Возмущение часто выражалось в ненормативной лексике, но для газетчиков это было самое то. Я еле успевал мотать кассеты — у начальника Генштаба будет прекрасный материал…

Авиаполк ПВО стоял на берегу Тихого океана, взлетка кончалась у воды. Там, на могиле погибшего майора, стоял стакан с водкой, накрытый четвертью засохшего хлеба…

Погода на Курилах постоянно вела войну с полком. Но этот наш полк был уникальным! Единственным, который взлетал и садился в любую погоду. Московские инспекторы хватались за сердце и отворачивались, когда очередной МиГ-23 взлетал и садился тут по тревоге. И этот полк хотели изгнать с островов?!

Я все больше убеждался, что идея возвратить острова Японии злит и нервирует здесь всех. Эти люди, радующиеся помидору и арбузу, словно малые дети, оторванные от Большой земли, тем не менее считали острова частью Родины и готовы были погибнуть за Курилы.

А фотокор «Правды» отыскала двухметрового солдата-вятича Вову, притащила на берег океана, нацелила объектив и спросила:

— Вова, как ты относишься к сдаче Курил японцам?

Вова думал недолго. Он поднял кулак-чайник и свернул из него огромную дулю:

— Вот им Курилы!

Щелк! Этот снимок вскоре увидел весь мир...

РЫБНЫЙ ЦЕХ СТРАНЫ

На пограничном катере мы шли на Шикотан. Командир катера Володя пригласил меня в рубку и дал бинокль:

— Полюбуйтесь, полковник, японскими браконьерами!

В голубой дымке, словно белые крысы, разбегались японские шхуны. Володя сказал, что японцы совсем обнаглели. Их гоняют из наших вод, но они снова лезут.

Мы побывали на рыбзаводах. И везде люди жаловались, что московские и сахалинские власти, высасывая из главного рыбного цеха страны — Южных Курил огромные доходы, не могут обеспечить его работникам человеческие условия.

— Мы же золото добываем — лосося, крабов! А живем как скоты, — говорили рыбообработчицы на Шикотане. Многие из них уже лет по 30 вкалывают здесь, стоя по колено в соленой воде. Раньше хоть могли съездить в отпуск на Большую землю. Сейчас — нет. Где взять такие деньги? А на заводском плакате — надпись: «Мы выпускаем каждую вторую банку красной икры в России!»

«ГРЕБИ ОТСЮДА»

…По вечерам в гостинице я продолжал читать «трактат» генерала Дубынина:

«Справка: Южнокурильский рыбопромысловый район — один из самых крупных и богатых в мире. А Япония и Россия — крупнейшие в мире рыболовные нации. И около трети их общего улова добывается у Курил…»

«В случае передачи островов Японии экономика России понесет ежегодные потери в $2 миллиарда только по морепродуктам…»

Когда мы прибыли на очередной остров, я направился в штаб погранотряда. Его командир вдруг сказал:

— Слушай, полковник, греб бы ты отсюда со своей шайкой. Вот шифрограмма: «Никаких контактов с журналистами». Понял?

Выслав нас, он уже вскоре расшаркивался перед группой итальянских журналистов…

К тому времени я уже знал, что японцы ведут на Курилах активную агентурную работу, чтобы сформировать мнение о необходимости возврата островов. И наши источники сообщали, что эти усилия увенчались успехом: на островах действовала целая «колонна» российских граждан, за вознаграждение (деньги, шхуны, машины) ведущих пропаганду в пользу возвращения Курил Японии.

...Южно-Курильск напоминал мне полузаброшенный зековский городок на Колыме. Таким он показался серым и суровым. В городе шла острая борьба между противниками и сторонниками сдачи Курил...

Уже в сумерках в местный порт пришел траулер. Я спросил у рыбаков, что они будут делать, если Ельцин все же отдаст острова.

— Как что? — удивился один из них. — Буду воевать.

А другой старый шкипер сказал витиевато:

— Боюсь, в Японию полетит президент Ельцин, а назад вернется лишь Борис Николаевич…

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

Возвратившись с островов, я доложил Дубынину о поездке, передал ему кассеты, статьи, фотоснимки, обращения граждан. Начальник Генштаба все это пускал в ход на консультациях в Верховном Совете, в правительстве, МИДе. Однажды я спросил Виктора Петровича, как завершилась вся эта схватка. Он посмотрел на меня смертельно уставшими глазами и ответил скупо:

— Статус-кво…

А через неделю Кремль сообщил об отмене визита Ельцина в Японию. Хотя в Токио уже были переброшены президентские «ЗИЛы»…

То была победа. И было радостно сознавать, что к ней имел отношение и я, скромный полковник…

Борис Громов в студии Радио «Комсомольская правда» (97,2 FM) рассказал, как поплатился должностью, защитив Курилы.

КСТАТИ

Генерал Громов пошел против Кремля, чтобы отстоять острова

Виктор БАРАНЕЦ

За этот демарш Героя Советского Союза исключили из штата Минобороны.

В редакцию «Комсомолки» на днях пришел бывший командующий 40-й армией, Герой Советского Союза, генерал-полковник Борис Громов. И так получилось, что в день нашей встречи с Громовым шли переговоры Владимира Путина с премьером Японии Синдзо Абэ о Курильских островах. Тут мы и вспомнили, как в начале 1990-х

Борис Всеволодович, как тогда писали, «сорвал итоговые переговоры о передаче Курил Японии, которые пообещал вернуть Ельцин» (Громов в тот период был главным военным советником МИДа). А уже через месяц Ельцин за эту «провинность» исключил его из штата Минобороны.

Мы расспросили генерала о том, что было на самом деле.

— Борис Всеволодович, вы действительно тогда пошли против Кремля? Говорят, вы летали на Курилы и готовили аналитический доклад?

— Да. Было. В то время много об этом говорили — отдать или не отдать японцам Курилы, в том числе и самые крупные: Кунашир, Итуруп. Мы, военные, были, мягко говоря, против. Потому что Курильская гряда играет исключительно важную роль для обороноспособности всего Дальнего Востока.

— Какой вывод был в том документе?

— А там вывод был простой. Что это вообще не предмет разговора — то ли совсем передать эти острова под юрисдикцию Японии, то ли передать в аренду...

Эти острова — неприкосновенная территория нашей страны, играющая особую роль и в обороне, и в экономике. Там биоресурс сумасшедший. И передавать острова нет смысла. Так мы и написали в той записке.

— Некоторые аналитики вообще говорят: если мы отдадим эти острова, Тихоокеанский флот будет закрыт, как в консервной банке... Но вот представьте, что сегодня вы снова замминистра обороны или военный советник МИДа, — ваша точка зрения на Курилы изменилась бы?

— Нет, конечно! Потому что значение этих островов просто огромное — даже слов не подберешь.

— А представляете, вы сейчас пришли в Кремль, а вам навстречу идет Путин и спрашивает: «Борис Всеволодович, подскажи, отдавать острова или нет?»

— Я думаю, у нас бы этого разговора не произошло. Я уверен, что Путин сам понимает все прекрасно.

ЛИЧНЫЙ ОПЫТ

Морской грабеж по-японски

Сергей ПОНОМАРЕВ

Еще один штришок к требованиям японцев вернуть им «северные территории», то есть Итуруп, Кунашир, Шикотан и Малую Курильскую гряду (которую японцы упорно называют Хабомаи, а наши идиоты без каких-либо сомнений это чуждое название используют). Уже не раз упоминалось, что в случае передачи японцам этих территорий российский ВМФ окажется запертым в Охотском и Японском морях, потому что Курильские проливы перейдут под чужой контроль. Но, допустим, как успокаивают нас, отдадут не всё, а только Шикотан и Малую Курильскую гряду. Что тогда?

А тогда Россия не просто лишится своего главного морского огорода в Тихом океане с рыбными банками (сайра, иваси и прочее), запасами морепродуктов (морского ежа, моллюсков, крабов, морской капусты) — это было бы ещё полбеды. А главная беда — это резкое увеличение Японией своей исключительной экономической зоны и, стало быть, появление возможности у японцев вести в этой 200-мильной зоне промысел по своим правилам.

Вы знаете, что такое дрифтерные сети? И что происходит при их использовании? А это, кто не знает, многокилометровые наплавные сети в открытом море на пути миграции рыбы. Орудие совершенно дикое, потому что при его применении гибнет огромное количество рыбной молоди, птиц, морских млекопитающих. Я однажды, будучи российским наблюдателем на южнокорейском траулере, который вел промысел минтая в нашей экономзоне, сам видел кашалота, который погиб, запутавшись в японских дрифтерных сетях.

В России использование дрифтерных сетей теперь запрещено. В Японии это обычное орудие лова. А значит, что при возврате японцам хотя бы одного острова, пусть даже крохотной скалы в море, и следовательно, резком увеличении их экономической зоны, японцы фактически перегородят все основные пути миграции лососевых. Для этого им даже проливы перекрывать не надо. Подходы горбуши, кеты, кижуча, чавычи, нерки в реки Приморского и Хабаровского краев, Сахалина, Магаданской области и охотского побережья Камчатки сократятся в разы. Сколько бы наши рыбоводные заводы ни выпускали в море мальков, они не будут возвращаться, а окажутся сначала в японских сетях, а потом на японском столе.

Так уже было в конце 1950-х — начале 1960-х, когда в результате варварского использования японцами дрифтеров на Камчатке разразилось настоящее экономическое бедствие, получившее название «дрифтерная катастрофа». Уловы упали в несколько раз. Пришлось срочно регулировать международное морское законодательство и вводить ту самую 200-мильную экономическую зону.

Так что факт переговоров о форме той или иной передачи японцам наших Курил — это не только посягательство на территориальную целостность страны, но и самая настоящая экономическая диверсия. Реальная измена Родине.

«Комсомолка» рекомендует уникальный альбом — «Географическая энциклопедия Курильских островов»

Автор: ВИКТОР БАРАНЕЦ


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Поделитесь

Новые видео

Instagram Николая Старикова

Комментарии