Клим Ворошилов родился в селе Верхнее. Исторически это было поселение Бахмутского гусарского полка, который разместили там для защиты южных границ от набегов. В настоящее время поселок входит в состав города Лисичанска Луганской области. Отец будущего революционера работал на железной дороге, мать была обычной поденщицей.

В 12 лет Ворошилов поступил на учебу в земскую школу в Васильевке, где и состоялась судьбоносная встреча с человеком, сыгравшим в его жизни огромную роль. Речь идет о Сергее Рыжкове.

Рыжков был не просто учителем, но и активным общественным деятелем, придерживавшимся оппозиционных взглядов, и прививал эти взгляды своим ученикам. Ворошилов позднее вспоминал, что именно под его влиянием «начал прозревать насчет религии» (т.е. стал атеистом). Приятелем Рыжкова был ещё один видный оппозиционный деятель Виктор Радаков — председатель Славяносербской земской управы.

Позднее и Радаков и Рыжков оказались депутатами Государственной Думы, вступив в партию кадетов. Уже будучи в Думе, Рыжков перешел в более близкую ему фракцию трудовиков, которая объединяла интеллигентов-народников, чьи взгляды были где-то посередине между социализмом и либерализмом.

Ворошилова и Рыжкова связывало гораздо больше, чем отношения учителя и ученика. Они долгое время были близкими друзьями. Например, Ворошилов согласился стать крестным отцом дочери Рыжкова. А тот в свою очередь помог ему устроиться на паровозостроительный завод Гартмана в Луганске, где и началась политическая карьера Ворошилова.

Вообще, Ворошилов в зрелом возрасте производил крайне обманчивое впечатление «рыхлого» и мягкого человека, добродушного, едва ли не тюфяка. Но на самом деле в молодости Ворошилов имел весьма боевой характер. Любил подраться, умел оказывать влияние даже на самых лихих пролетариев с пудовыми кулаками, которые беспрекословно ему подчинялись. Он был завсегдатаем забастовок, а однажды даже организовал перестрелку с полицией.

После этого его арестовали, но он успел сбросить пистолет и улик против него не было, так что его пришлось отпустить. Но обратно на завод его уже не взяли. После несколько лет скитаний, Ворошилов все же сумел вернуться на фабрику благодаря Рыжкову.

К этому времени Ворошилова уже приметили большевики рангом повыше и революционер, которому чуть перевалило за 20, стал главой луганского партийного комитета.

Практически сразу же началась революция 1905 года. Партийное руководство большевиков решило начать создание т.н. боевых дружин, которые преследовали две цели. Как максимум — захватить власть на местах. Как минимум — охранять стачки, митинги и добывать средства в партийную кассу.

Заставшие 90-е годы на постсоветское пространстве вероятно помнят, как предприниматели платили «дань» представителям ОПГ. Ровно тем же самым занималась боевая дружина Ворошилова в Луганске (и аналогичные дружины в других городах).

Делалось это следующим образом, к крупному шахтовладельцу или другому бизнесмену приходили люди, показывали постановление парткомитета, в котором ему предлагалось добровольно сдать на нужды революции определенную сумму. В большинстве случаев предприниматели не обращались в полицию и беспрекословно платили. В обмен на плату предпринимателей не трогали и им проще было решить проблему на условиях боевиков, зато сохранить жизнь и имущество.

На собранные подобным способом деньги луганскому комитету удалось не только закупить достаточное количество оружия, но и организовать несколько динамитных мастерских.

Так Ворошилов выдвинулся в число региональных партийных руководителей и даже побывал на партийных съездах в Стокгольме и Лондоне. Однако тогда он был лишь рядовым делегатом и войти в высшие слои партии ему не удалось.

Революция пошла на спад. В 1907 году Ворошилов был арестован и отправлен в ссылку в архангельскую губернию, откуда почти сразу бежал. После ареста в столице его вновь отправили в ссылку в Долгую Щель, на самый север. Условия жизни там были весьма суровые, поэтому Ворошилову, обычно весьма дерзкому с начальством, пришлось смягчить тон. Он обратился к архангельскому губернатору и попросил перевести его в Мезень под предлогом необходимости лечения. Губернатор ссыльного пожалел и его просьбу удовлетворил.

Вплоть до 1914 года Ворошилов пребывал либо в ссылках, либо под гласным политическим надзором и в подобных условиях не мог вести активную деятельность. К началу первой мировой он вернулся в Луганск, но там слишком хорошо знали его неблагонадежность и на работу не брали. В конце концов, ему удалось найти место на оборонном заводе в Царицыне, благодаря чему он получил «бронь» от призыва в армию и избежал фронта.

Тогда же он разругался с Рыжковым. Ворошилов поддерживал большевистскую пораженческую платформу, тогда как Рыжков стоял на патриотических позициях. Позднее он не поддержал и большевистскую революцию и эмигрировал из страны, а его сын сражался за белых в Гражданской войне.

После февральской революции руководство партии отправило Ворошилова в Луганск.

В родных краях возникла серьезная проблема. Луганский городской совет почти полностью оказался под контролем эсеров и меньшевиков.

Большевики же пошли другим путем. На базе партийного комитета был создан Совет боевых дружин. Ворошилов поднял старые связи, распечатал тайники с оружием времен революции 1905 года и вскоре власть на улицах принадлежала уже хмурым людям с винтовкой, которые, по сути, оказались единственной организованной и вооруженной силой в городе.

Следом партийный комитет создал продовольственный комитет, который при помощи дружин взял под свой контроль все продовольствие в городе. Пока эсеры и меньшевики заседали в совете, большевики Ворошилова взяли контроль не только за улицей, но и за распределением продовольствия.

Основательно укрепившись подобным образом, партком начал штурм правительственных учреждений. Сначала была переизбрана городская Дума, председателем которой стал Ворошилов. После этого потенциальные «контрреволюционеры» были превентивно арестованы силами «революционного спецназа» — специального отряда под началом Пархоменко, который прославился, ещё будучи рядовым боевиком.

Фактически власть в городе перешла к комитету большевиков. Чтобы окончательно закрепить ее, были проведены перевыборы в местный городской совет. В этих условиях разгромную победу, разумеется, одержали уже большевики.

Таким образом, в Луганске большевики пришли к власти почти на два месяца раньше, чем в Петрограде. Причем сделали это законным путем — выиграв выборы и в городскую Думу, и в альтернативный ей Совет. Гордый Ворошилов писал в ЦК: «Наше влияние безгранично не только в городе, но и в уезде. Эсеры и меньшевики у нас вымирают, как осенью мухи».

Его успехи не остались незамеченными и после октябрьской революции Клим был вызван в столицу. Но только он начал осваиваться на новом месте, как ситуация обернулась в противоположную сторону. Возникла угроза потери всего Донбасса. Помимо того, что там была сосредоточена значительная часть промышленной и ресурсной мощи, там ещё и были весьма крепкие партийные организации.

Большевики спокойно отнеслись к потере Украины в тактических целях (тем более их ячейки там были весьма слабы), но утрата Донбасса не далась бы им так легко. В начале февраля 1918 года провозглашается Донецко-Криворожская республика, которая должна была стать оплотом и центром притяжения для всех большевиков из окрестных регионов перед грозящим немецким наступлением.

Сам Ворошилов возвращается в Луганск, чтобы организовать там на базе боевых дружин и красной гвардии Луганский социалистический отряд с целью остановить продвижение немцев.

Первоначально планировалось задержать немцев у Харькова, но это не удалось. Вместе с отрядом Ворошилова ушли и местные отряды вместе с парткомом.

Они перебрались в Луганск, куда переехал и совнарком Донецко-Криворожской республики. Все разрозненные части красной гвардии, партизанские отряды, городские боевые дружины были сведены там в единую 5-ю армию. На некоторое время Ворошилов даже официально был назначен командующим войсками республики. А его луганские соратники были включены в состав СНК ДКР.

Планировалось оборонять Луганск до последнего. Однако наспех сколоченные и разрозненные отряды, конечно, не могли оказать серьезного сопротивления организованной немецкой армии. 28 апреля 1918 года немцы заняли Луганск. 5-я армия с родственниками бойцов и партийных деятелей и домашним скарбом двинулась в Царицын.

Там Ворошилова ждала другая судьбоносная встреча, с Иосифом Сталиным, которая и превратила его из партийного лидера мелкого регионального масштаба в главного политического долгожителя Советского Союза.

Обложка: Фото © РИА Новости, Георгий Петрусов