Финляндия: нейтралитет 75-летней выдержки

31.10.2019

После исчезновения биполярной системы Финляндская Республика сохраняет черты политики нейтралитета, но при этом активно интегрируется в Европейский союз и сотрудничает с НАТО. Эволюция её оборонной политики имеет серьёзное значение для национальных интересов России.

С чем Финляндия вышла из Второй Мировой войны

Выходить из Второй мировой войны Финляндия начала уже после разгрома немецких войск под Сталинградом. В то время из парламента были убраны идеологи-ирредентисты «Великой Финляндии», Германии было отказано в формальном заключении союза, а также начались переговоры с советской стороной через посольство в Швеции. Активная фаза переговоров совпала с наступлением советских войск летом 1944 года. Для финнов встал выбор — быть поглощёнными Советским Союзом или отказаться от идеи восстановления прежних границ и принять условия СССР. Выбрав 19 сентября 1944 г. второй вариант, они завершили войну на восточном фронте и тут же начали боевые действия на северном фронте — боролись против вчерашних союзников-немцев, которые отказывались покидать страну после сепаратного мира.

Такое поведение Финляндии в дальнейшем облегчит формирование её политики нейтралитета — руководство страны прекрасно отдавало себе отчёт, что СССР мог бы полностью ликвидировать финскую независимость, и предпочло формировать новые добрососедские отношения с восточным соседом. Нейтралитет и попытка лавировать между полюсами силы даже вошли в финскую историографию. Две войны с СССР объединяются в одну. Был введён термин «обособленная война» — Финляндия якобы воевала только за свои утраченные территории. Тоже самое было и с изгнанием немцев. Финны подчёркивали сепаратный характер этой войны — не выделяют прямую связь со Второй мировой войной и концентрируются только на своей территории, не продолжая дальнейший разгром фашизма в Европе. Таким образом, уже тогда начала активно готовиться идеологическая и политическая база финского нейтралитета. Слово «нейтралитет» употреблялось даже к военным действиям. Стране была отдана роль жертвы геополитической ситуации, созданной Гитлером. Но это не отменяет факта оккупации советской территории (превышающую ту, которой финны обладали до 1939 года) и участия в блокаде Ленинграда (хотя для наших историков существовала негласная установка не поднимать эти негативные темы для налаживания двусторонних отношений). Депутат финского парламента Урхо Кекконен так видел будущие отношения вчерашних врагов: «Советскому Союзу от независимой, жизнерадостной Финляндии должна быть большая польза, чем от сломленной, обреченной на зависимое существование».

СССР не стал включать Финляндию в орбиту своего влияния, но в 1947 году воспользовался правом просить репарации и наложил ряд военных ограничений (преимущественно на флоте), поскольку считал её союзником Германии и не принимал ту мантру нейтралитета и сепаратности, которой начали окружать себя финны. Президент Ю. Паасикиви открыто заявлял о «легитимном, продиктованном целями безопасности, обоснованном интересе СССР на финляндском направлении», пытаясь учесть советские интересы, но и не предлагая себя в качестве нового члена соцлагеря [1]. Память о войне и горечь от потери территорий были живы, страна ослабла, и финны прохладно воспринимали налаживание отношений с Советским Союзом, воспринимая это как расширение советской зоны влияния. Но усердное выполнение всех прежних договорённостей помогло стране сохранить нейтралитет, и в 1948 г. Москва признала его в новом советско-финском договоре о дружбе.

Признав интересы СССР, Финляндия и дальше осторожно вела свою внешнюю политику и осуществляла с восточным соседом разного рода консультации, чтобы лишний раз не раздражать Москву, а также предоставляла различные торговые преференции. Хотя страна осталась нейтральной, де-факто Хельсинки понимал, какой акт милосердия оказал СССР, остановившись в 1944 году на Карельском перешейке — было лучше отдать дань памяти и поделиться долей своего суверенитета, чем полностью его лишиться. Нейтралитет отразился в том гордом для финнов факте, что Финляндия завершила войну неоккупированной, а самостоятельное изгнание немцев только упрочило идею независимости в душе каждого гражданина. Отныне было решено во всём полагаться на себя (но, на всякий случай, с оглядкой на Москву).

«Линия Паасикиви — Кекконена» vs. «финляндизация»

Несмотря на свои прежние антисоветские взгляды, премьер-министр (а позже президент) Урхо Кекконен начал активно проводить политику нейтралитета и компромисса с СССР, и даже выполнил требование Советского Союза о сокращении финских антисоветских публикаций и заявлений. В своей политике он придерживался той линии, которая уже была ранее сформирована президентом Ю. Паасикиви — это можно обозначить понятием «Линия Паасикиви — Кекконена: иностранное признание нейтралитета, доверие иностранных держав нейтралитету, поддержка нейтралитета народом Финляндии и наличие у нее достаточных возможностей отразить попытки нарушить его. В 1969 г. правительство Финляндии сразу же поддержало советскую инициативу приступить к подготовке СБСЕ, а чуть позже Хельсинки примет раунд переговоров по договору ОСВ-1. Заключительное заседание СБСЕ прошло также в Хельсинки и в присутствии Генерального Секретаря ООН будет подписан Заключительный акт. Факт проведения таких событий означал для страны-организатора международное признание и честь.

Правда, не все были согласны с нейтралитетом и считали это ширмой, за которой кроются интересы Москвы. Критики рассматривали положение Финляндии как подчинение сильному соседу и передачу ему части своего суверенитета при формальном сохранении независимости, что и нашло отражение в термине «финляндизация». В Хельсинки считали это глупостью и не видели в нём черт покорности по отношению к СССР. Напротив, финский нейтралитет позволил стране возвыситься над стереотипами холодной войны и прийти к взаимному сотрудничеству со всеми странами. Но логика тех лет лежала в противостоянии блоков, и о всестороннем сотрудничестве разных систем не могло быть и речи. Этой участи не избежала и Финляндия — её договоры с СССР негативно воспринимались на Западе, её обвиняли в выдаче беглых советских граждан и излишней цензуре того, что Москва посчитала бы оскорбительным. Однако ничто не мешало с похожими обвинениями обличать союзников США в Европе и Азии.

Конец биполярного мира. Новые приоритеты ЕС и НАТО

В конце 1980-х — начале 1990-х гг. формируется новый облик Европы. После объединения Германии Финляндия объявила положения ограничительного характера, упомянутые в Мирном договоре, утратившими своё значение. Из ограничительных пунктов был сохранён лишь один, который запрещает разрабатывать и обладать ядерным оружием. Также президент М. Койвисто объявил, что Финляндия пересмотрит Договор о дружбе и сотрудничестве с СССР, чтобы исключить все военные обязательства [2]. Россия в 1992 году уже не могла навязывать какие-либо военные ограничения при заключении нового договора. Но помимо добрососедства, культуры, прав и свобод человека, упор был сделан на экономику — то, чего так не хватало обеим сторонам в начале девяностых. Примечательно, что пришло трансграничное сотрудничество — развитие приграничных российских регионов прописано отдельным пунктом. Выполнение этих планов будет долгим и мучительным — в этот период в обеих странах резко вырастет безработица и закроется много предприятий. Исчезновение одного полюса силы ещё не означает переход под крыло другого, и Финляндия действует самостоятельно, но, как и прежде, осторожно.

В 1992 г. была принята формулировка «военного неприсоединения и самостоятельной обороны». А в 1995 г. правительство Финляндии исключило понятие «нейтралитет» в докладе по безопасности. В докладе 1997 г. уже говорится о возможном получении военной помощи извне. Что касается отношений с НАТО, то Финляндия ограничилась вступлением в программу «Партнёрство во имя мира» в 1994 г. Однако в том же докладе 1997 г. говорится о том, что политика неприсоединения может быть пересмотрена, хотя в финском обществе и парламенте она оценивалась как «выбор в сторону прагматичного выстраивания отношений с иностранными государствами» [3]. Вопрос НАТО остаётся спорным — общественное мнение на рубеже веков в большинстве своем высказывалось против этого военно-политического блока (цифры варьировались от 65% до 79% противников НАТО) [4].

Веских причин для вступления в Североатлантический Альянс не нашлось. В «русскую угрозу» в Финляндии мало кто верил. И такой тренд (более ¾ финнов считали, что рост угрозы от России не наблюдается) сохранялся на протяжении всего президентства Тарьи Халонен. Одним из наиболее популярных аргументов в пользу НАТО тех лет было то, что Финляндия, используя свои механизмы посредничества, поможет наладить диалог между Альянсом и Россией. По мнению бывшего президента М. Койвисто, операция в Косово полностью показала ассиметричный характер взаимоотношений — к мнению малых государств — членов НАТО никто не прислушивается. Аналогичного мнения придерживался командующий Силами Обороны Финляндии в период 1994 – 2001 гг. генерал Густав Хэгглунд.

Возвращение стойкого нейтралитета и России

В отличие от своего предшественника, Тарья Халонен твёрдо заявляла, что Финляндия не собирается участвовать в военных блоках. Первое такое заявление президент сделала на церемонии инаугурации: «Финляндия, насколько это зависит от меня, останется неприсоединившейся страной» [5]. Также глава государства высказалась против вступления в НАТО прибалтийских республик, чем и спровоцировала в последних негативную реакцию. Финляндия одобрила военную операцию в Афганистане, но отказалась поддержать интервенцию в Ирак.

Комитет по безопасности и обороне в 2001 г. подготовил внеочередной доклад «Политика безопасности и обороны Финляндии» [5]. В докладе были выделены основные внешнеполитические направления: Европейский союз, НАТО, Российская Федерация, регион Балтийского моря.

Первое, на что обращено внимание в докладе, это страны бывшей Югославии. Финская оборонная стратегия подчёркивает ведущую роль США в решении локальных кризисов по всему миру, однако на территории Европы решение любых кризисов должно быть основано на равном участии Европейского союза, ОБСЕ и НАТО, а расширение ЕС представляется как действенный способ улучшения экономического благосостояния новых государств-членов.

Подчёркивается, что Финляндия наряду со Швецией выстраивает свою оборонную политику на основе географического положения государств. Особое внимание в регионе Балтийского моря уделяется отношениям России и НАТО, поскольку для первой он является «прифронтовой полосой», и Москва не будет спокойно смотреть за процессом расширения Альянса. Отношения РФ и США рассматриваются как приоритет в стабильности региона Балтийского Моря.

Финляндия, наряду с НАТО, участвовала в программах создания и развития вооружённых сил трёх бывших советских республик (Латвия, Литва, Эстония). Была разработана программа BALTSEA, которая подразумевала помощь этим странам в участии в миротворческих операциях, формирование системы воздушного наблюдения, основание Балтийского Военного Колледжа в Тарту и создание Балтийской Военно-Морской Эскадры. Безопасность государств также основывается на экономическом благополучии граждан и их способности быстро реагировать на изменяющуюся социально-экономическую ситуацию.

Финляндия является одним из катализаторов европейской политики безопасности — некоего прототипа общеевропейских вооружённых сил, о чём было впервые сказано на саммите ЕС в Хельсинки в 1999 г. В 2003 г. министр иностранных дел Финляндии Эркки Туомиоя высказал опасения, что приоритет в этом вопросе может быть отдан ряду крупных стран и это только подорвёт европейскую систему безопасности, а малые страны останутся вне политики безопасности. Тогда же премьер-министр Финляндии Аннели Яаттеэнмяки сделала похожее заявление, обеспокоившись возможным разделением членов ЕС на несколько групп. Похожую позицию имел спикер финского парламента Пааво Липпонен, отметив важность присутствия НАТО в Европе, но при этом подчеркнув, что Финляндия должна стать мостом между евроатлантическим регионом и Россией [7].

НАТО — за и против

Дальнейшее направление внешней оборонной политики Финляндии подробно рассматривалось в докладе 2004 г., где снова подчёркивалась ведущая роль европейской политики безопасности и упоминалась необходимость сотрудничества с НАТО (без присоединения). А вступление в ЕС и Альянс новых членов рассматривалось как позитивный тренд в сфере стабильности региона.

Общественная полемика начала показывать совершенно разные мнения по вопросу членства в НАТО. Ещё в 2002 г. финский журналист П. Эрвасти и депутат Я. Лааксо в книге «Из объятий соседа-медведя в подмышку НАТО» утверждали, что интеграция военных структур Финляндии в стандарты НАТО происходит латентно на протяжении уже многих лет [8]. Финский политолог и журналист Элиас Крон в 2003 г. в своей книге «51 веская причина сказать «Нет, спасибо» НАТО» упоминает негативный опыт войны на Балканах, обвиняя Альянс в том, что бомбардировки Югославии были не следствием, а причиной массового потока беженцев, поэтому данная операция не может быть примером удачного решения локального конфликта [9]. После публикации доклада 2004 года прозвучало лишь заявление премьер-министра Матти Ванханена: «В обозримом будущем нет причин, которые обусловили бы присоединение Финляндии к НАТО, но практика военно-политического сотрудничества с этим блоком должна развиваться» [10].

Опросы населения показывают нежелание финнов становиться частью Альянса. В декабре 2000 г. 66% граждан были против присоединения к НАТО, в феврале 2003 г. их количество уменьшилось до 56%, а в июне 2004 г. опять возросло до 61% [11]. А ¾ граждан Финляндии считают, что по такому вопросу нужно провести референдум.

По вопросу НАТО президент Т. Халонен не изменила своей позиции и сохранила статус неприсоединившейся страны. Её противник на выборах Саули Нийнистё не соглашался — в 2007 г. он заявил, что присоединение Финляндии к Альянсу неизбежно. Министр обороны Финляндии Юри Хякямиес в Вашингтоне утверждал, что его страна сталкивается с тремя угрозами — «это Россия, Россия и Россия» [12]. Президент списала эту неудачную фразу на личное мнение министра. Свою оценку озвучил посол Финляндии в Бельгии и постоянный представитель при НАТО Антии Сиерла. По мнению финского посла, есть ряд отрицательных факторов: негативное восприятие Россией расширения НАТО, зависимость Европы от российских энергоресурсов, экономическая зависимость малых приграничных стран от России. Финский дипломат выразил уверенность в том, что в НАТО Финляндия будет восприниматься как ведущий эксперт по России. Чего нельзя было тогда сказать о министре иностранных дел Александре Стуббе, который являлся открытым сторонником НАТО. Осенью 2008 г. после того, как один из представителей российского МИДа назвал Финляндию «уважаемой нейтральной страной», А. Стубб сразу же ответил, что Финляндия не является нейтральной страной и что она тесно работает и сотрудничает в военной сфере с ЕС и НАТО.

В марте 2009 г. правительство подготовило очередной доклад по политике безопасности. Как и раньше, главными задачами миротворческих операций финны видят осуществление гуманитарных миссий, работу с гражданской администрацией и посредничество в переговорах. Также в отчёте отдельно упоминается Россия как один из главных участников в урегулировании замороженных конфликтов в Европе, на Кавказе и Ближнем Востоке. Однако, как отмечается, проблемы коррупции, прав человека, националистическая риторика в СМИ и «агрессия» против Грузии смогут наложить отпечаток на отношения между РФ и ЕС.

Общий тренд этих документов можно охарактеризовать как «отсутствие дефицита безопасности» у Финляндии. Даже открытый сторонник НАТО А. Стубб сменил прозападную риторику и заявил, что вопрос о НАТО отложен, а в будущем будет вынесен на референдум. В 2010 году он охарактеризовал отношения Финляндии и Альянса как «гражданский брак»: «Мы очень хорошие и близкие партнеры, в каком-то смысле мы больше страна НАТО, чем некоторые члены альянса. Мы не закрываем дверь в НАТО, но пока и не открываем ее» [13].

Нейтралитет продолжается

В ходе очередных президентских выборов 2012 года руководителем страны стал Саули В. Нийнистё, представитель партии Национальная коалиция. Ещё во время дебатов он заявлял о необходимости расширения военного сотрудничества в рамках ЕС. Что касается НАТО, то здесь С. Нийнистё высказался довольно коротко — «этот вопрос должен решаться на референдуме». В своей инаугурационной речи новоизбранный президент не упоминал про политику неприсоединения, но заявил, что отношения с Россией и ЕС останутся главными приоритетами внешней политики страны. Примечательно, что новый президент нанёс первые государственные визиты в Швецию, Эстонию и Россию.

В июне 2012 г. в ходе визита в Хельсинки начальник Генерального Штаба ВС России генерал Н. Макаров предостерёг Финляндию от вступления в НАТО и выразил обеспокоенность по поводу тесного военного сотрудничества между странами Северной Европы. Заявления российского генерала были негативно восприняты финским министром обороны Стефаном Валлином, который подчеркнул, что в области обороны Финляндия будет действовать самостоятельно. Финский президент тоже негативно отреагировал на слова российского генерала, назвав их «неправильным анализом отношений Финляндии с НАТО, который может привести к неправильным выводам».

В 2012 г. отношениям с Россией был посвящён отдельный доклад министерства обороны Финляндии — «Меняющаяся Россия». Авторы доклада упоминают о советском прошлом: «Опыт личной неограниченной власти может компенсировать в России слабость демократических институтов, что приведёт к ухудшению отношений между РФ и Западом и формированию «осадного менталитета» у россиян. А финляндские национальные интересы напрямую зависели и зависят от политической и экономической стабильности её восточного соседа».

Противостояние РФ и США находит отражение в дискуссии о членстве Финляндии в НАТО — в стране снова возрождены мифы о «российской угрозе» и «недостатке в безопасности». В целом выводы доклада говорят о том, что Финляндия в силу своих исторических и географических причин неразрывно связана с Россией.

В том же 2012 году правительство опубликовало очередной доклад в сфере политики безопасности. Как и в вышеупомянутом отчёте, в отношении России авторы делают упор на развитие экономических отношений c северо-западной частью РФ. Отношения России и НАТО характеризуются как напряжённые, в связи с чем РФ наращивает военное присутствие в Балтийском регионе.

В докладе отдельно упоминается Nordic Defence Cooperation (NORDEFCO) — международная организация, сформированная в 2009 г. пятью североевропейскими государствами: Стоит учесть, что три страны NORDEFCO (Исландия, Норвегия, Дания) являются членами НАТО, и в этой связи Финляндия и Швеция, по мнению авторов доклада, смогут ещё больше сблизить свои отношения с Альянсом.

Новое испытание 2014 — финский нейтралитет после 2014 года

Финские граждане в большинстве своем отрицательно относились к вступлению их страны в НАТО — только 17% финнов поддерживало членство в Альянсе. Но события на Украине внесли свои коррективы. Ещё до крымского референдума президент С. Нийнистё заявил, что Россия грубо нарушает нормы международного права на полуострове, связав деятельность сил самообороны Крыма с вооружёнными силами России. Аналогичное мнение выразил финский министр иностранных дел Эркки Туомиоя.

Летом 2014 г. должность премьер-министра занял Александр Стубб. В одном из первых интервью на новом посту он прямо заявил, что будет вести страну в НАТО. В свою очередь глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров предостерёг Финляндию от членства в Альянсе, процитировав слова финского президента С. Нийнистё о нецелесообразности такого радикального шага. Согласно опросам 2014 г. доля противников уменьшилась, но осталась в большинстве — 5%.

Если по вопросу НАТО финское руководство предпочитает сохранять прежнюю нейтральную позицию, то в регионе Северной Европы страна продолжает укреплять сотрудничество между соседями. 6 мая 2014 г. министры обороны Швеции и Финляндии — Карин Энстрём и Карл Хаглунд — подписали совместный документ в области усиления военного сотрудничества двух стран. «План действий по углублению сотрудничества в сфере обороны между Швецией и Финляндией» предполагает тесное совместное сотрудничество с Европейским союзом, НАТО, ООН и NORDEFCO. Сюда включён обмен кадрами, совместное использование военной инфраструктуры, учения по воздушному наблюдению и разведке, изучение тактики различных родов войск двух стран.

Своё мнение по вопросу отношений с Россией и НАТО президент С. Нийнистё достаточно чётко выразил в своём новогоднем поздравлении 1 января 2015 г. Не может остаться без внимания следующая цитата: «Мы подняли наше партнёрство с НАТО на новый уровень, и будем продолжать сотрудничество. Само собой разумеется, что мы всегда сможем подать заявку на членство в НАТО, если захотим».

Опросы за 2015 год подтвердили настороженное отношение финнов к НАТО. Количество противников продолжает уменьшаться — 55%, но также уменьшилась доля сторонников — 22%. Противники НАТО остаются в большинстве даже при такой постановке вопроса: «Если Швеция вступит в НАТО, следует ли Финляндии поступить также? ». Здесь противники НАТО составляют 47%, сторонники — 35%. К концу 2015 года тенденция складывается в пользу неопределившихся. Опрос, проведённый Союзом Резервистов Финляндии, показал, что 40% против вступления в НАТО, 28% за вступление, а 32% не могли дать точный ответ.

Дискуссия по НАТО возобновилась на высшем уровне после публикации в апреле 2016 г. доклада правительственной группы, подготовленного для премьер-министра Юхи Сипиля. В документе было затронуто пять основных вопросов: как Россия отнесётся к членству Финляндии в НАТО, должна ли Финляндия вступать в НАТО в одиночку или же совместно со Швецией, достаточно ли надёжна финская оборонная политика без участия в военных союзах, каковы последствия членства в НАТО и когда наступит подходящий момент для вступления в Альянс. Группа не приняла окончательного решения о членстве в НАТО, только упомянув, что данный вопрос однозначно должен решаться совместно со Швецией. Но в таком случае Россия увеличит свои силы на границе, и будет оказывать давление на страны Прибалтики. Также авторы доклада озвучивают такой вариант давления на Финляндию со стороны России, как «политическая активизация финских граждан-выходцев из России». В то же время,  по мнению авторов доклада, совместное вступление в НАТО Финляндии и Швеции было бы лучшим вариантом.

Противостояние держав продолжается

Среди последних финских документов, отражающих вопросы военной стратегии, можно выделить следующие: правительственный доклад по внешней политике и политике безопасности Финляндии (сентябрь 2016 г.) и правительственный доклад по оборонной политике (июль 2017 г.). Оба доклада в самом начале упоминают наращивание военного присутствия стран региона Балтийского моря и призывают финское руководство следовать этим же курсом. НАТО по-прежнему рассматривается как источник стабильности на Европейском субконтиненте и сотрудничество с Альянсом воспринимается положительно (упоминается механизм партнерства с расширенными возможностями по диалогу и сотрудничеству, в котором состоят Финляндия и Швеция). Стратегия подчёркивает, что страна находится вне военных союзов. Однако, «внимательно следя за развитием ситуации в сфере безопасности, Финляндия сохраняет возможность членства в НАТО».

Через призму военного конфликта в Сирии высоко оцениваются российские ВС — финны отмечают способность Москвы быстро и оперативно реагировать на вызовы миропорядку. Россия активно включена в процесс разработки новых типов вооружений и делает упор на высокоточном оружии, войсках быстрого реагирования, БПЛА, ядерном оружии и новых средствах управления и разведки. Но вместе с похвалой российской армии высказывается опасение, что РФ «намерена бросить вызов возможностям и намерениям НАТО защитить страны Балтии и Восточной Европы в случае возникновения военного конфликта». Доклад по внешней политике оказался чуть более объективен — основанием для наращивания военной мощи России является игнорирование Западом национальных интересов РФ. Лишним доказательством демократичной политической культуры Финляндии выступает тот факт, что смелые заявления о непредсказуемости российской внешней политики, несоблюдении Россией международного права и слабости сырьевой экономики гармонично соседствуют с призывами к укреплению трансграничных связей, расширению контактов в области энергетики, более глубокому и разностороннему изучению России и прямым контактам между гражданами. Бросаются в глаза и названия параграфов — если по отношению к США и НАТО употребляются формулировки «углубление» и «развитие», то в случае с РФ просто используется нейтральный термин — «значимость».

Объективностью отличается ещё один документ финского министерства обороны — «Обзор будущего. Безопасность и оборона — основа финского процветания» (июнь 2018 г.). Финские стратеги обозначали растущую опасность силового решения конфликтов. Естественно, упомянуто техническое совершенствование вооружённых сил и повышение требований к подготовке личного состава, расширение сотрудничества с иностранными государствами для решения общих задач и формирования коллективных систем обороны, а фундаментом обороны страны остаётся всеобщая воинская повинность и воля к защите страны. Не обошлось и без России — здесь также упоминается наша растущая военная мощь, но и продиктована она объективными причинами укрепления национальной безопасности. О возможном присоединении к НАТО говорится как и раньше — Финляндия будет пристально следить за политикой расширения НАТО и оставляет за собой возможность присоединения к блоку. Но Альянс всегда упоминается в связке с Европейским союзом и ООН — финские стратеги заявляют о всестороннем формате разрешения кризисов, без перевеса в какую-либо сторону.

Тем временем население Финляндии сохраняет негативное отношение к возможному членству в НАТО — в 2017 г. процент противников Альянса колебался от 51% до 53%, а число тех, кто хочет провести по этому вопросу референдум, снизилась с 63% до 54%. Поддержка НАТО колебалась в районе 20%. В 2019 г. цифры остаются такими же. Но нельзя забывать о положительном отношении к НАТО среди финских резервистов — только треть против.

Сам президент С. Нийнистё старается придерживаться нейтралитета, но не забывает выделять Европейский союз как первоочередное направление своей внешней политики. Вместе с тем в 2017 г. и 2018 г. он выразил сожаление, что ЕС слаб как никогда, а президенты РФ и США обсуждают дела Европы без её участия. По вопросу НАТО он продолжил линию нейтралитета, при этом не отрицая возможности вступления в блок. В сентябре 2018 г. президент отказался от вступления в Альянс, предпочитая развивать хорошие деловые отношения с Москвой и понимая возможную реакцию России на такой шаг. Недавно назначенный министр обороны Антти Кайкконен также придерживается нейтралитета и заявляет, что не видит в России угрозу.

Статус Швеции и Финляндии как партнеров по расширенным возможностям для НАТО позволил им участвовать в рабочих процедурах Североатлантического союза наравне с государствами-членами. Швеция и Финляндия взяли на себя обязательство продолжать сотрудничество с НАТО с высокой степенью политической воли. Финляндия также не отрицает участия НАТО в возможном военном конфликте в регионе Балтийского моря.

Финляндии важно сохранить своё нынешнее военно-политическое положение, поскольку её сотрудничество с НАТО как неприсоединившейся страны находится на самой высокой отметке, а нейтральный статус и хорошие отношения с соседними государствами оберегают страну от наращивания конфликтного потенциала в Балтийском регионе и возможного недовольства населения последствиями членства в блоке. Превращать Северную Европу в ещё один регион противоречий между державами не в интересах Финляндии — любое движение в сторону НАТО обязательно повлечёт ответную реакцию со стороны России.

1. Юссила О., Хентиля С., Невакиви Ю. Политическая история Финляндии 1809—2009./Предисл. Ю.С. Дерябина. — М.: Издательство «Весь Мир», 2010. — С. 291.

2. Sinkkonen V., Vogt H.(toim.). Utopia ulkopolitiikassa: sarja visioita suomen asemasta maailmassa. // Ulkoasianministeriön julkaisuja 03/2014. — P. 14.

3. Knudsen F. Olav. Security Strategies, Power Disparity and Identity: The Baltic Sea Region. — Ashgate Publishing Group, 2007. — P. 52.

4. Песонен П., Риихинен О. Динамичная Финляндия. (Перевод А. Рупасова) — Санкт-Петербург — Издательство «Европейский Дом», 2007. — С. 338.

5. Северная Европа. Регион нового развития / Под ред. Ю.С, Дерябина, Н.М. Антюшиной. — М.: Издательство «Весь Мир», 2008. — С. 422.

6. Finnish security and defence policy 2001. Report by the Government to Parliament on 13.06.2001. // Puolustusministeriö. URL: http://www.defmin.fi/files/1149/InEnglish.pdf. Дата обращения: 26.02.2016.

7. Ojanen H... EU:n puolustuspolitiikka ja suhteet Natoon: tervetullutta kilpailua. // UPI-raportti 3/2003. — P. 8-12.

8. Ervasti P., Jaakso J. Karhun naapurista NATON kainaloon. — WSOY, Heelsinki, 2002. — S. 127.

9. Krohn E.51 hyvää syytä sanoa Natolle kiitos ei. — Helsinki: Suomen rauhanpuolustajat, 2003. — S. 23-45.

10. Северная Европа. Регион нового развития / Под ред. Ю.С, Дерябина, Н.М. Антюшиной. — М.: Издательство «Весь Мир», 2008. — С. 427

11. Там же. С. 427-428.

12. Новикова И.Н. Финляндия и НАТО: «Гражданский брак»? // Научные труды Северо-Западной Академии государственной службы. 2011. Т.2. Вып. 2. — C. 85-86.

13. Новикова И.Н. Финляндия и НАТО: «Гражданский брак»? // Научные труды Северо-Западной Академии государственной службы. 2011. Т.2. Вып. 2. — C. 88.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Николай Стариков: Образ Русского будущего, настоящее и прошлоеНиколай Стариков: Нормандский формат. РУСАДА на ветвях сидитНиколай Стариков: НАТО или НЕНАТО. Союз с ЛукашенкоПодарим детям Донбасса новогодний праздник!

Instagram Николая Старикова

Комментарии