Интервью с Натальей Поклонской

30.04.2015

Во время одного из телеэфиров один из коллег подарил мне свою книгу. Это был Максим Григорьев — директор Фонда исследования проблем демократии, член Общественной палаты. А книга называлась – «Крым: история возвращения». Прочитал я её с удовольствием и с любезного разрешения автора, хочу познакомить своих читателей с очень интересным интервью невероятно и заслуженно популярной в нашей стране прокурора Крыма Натальи Поклонской, которое опубликовано в этой книге.

Интервью с Натальей Поклонской

Источник: М. С. Григорьев, О. Ф. Ковитиди «Крым: история возвращения», М., Кучково поле, 2014. (С. 185-190)

«Н. Поклонская: «Я хочу, чтобы мой ребенок жил в честной стране, а не в бандеровской…»

До воссоединения с Россией: старший прокурор 2-го отдела Главного управления надзора за соблюдением законов в уголовном производстве Генеральной прокуратуры Украины. После воссоединения с Россией: прокурор Республики Крым.

М. Григорьев: Насколько я знаю, в органах прокуратуры вы проработали больше двенадцати лет, а до работы в Киеве были заместителем начальника отдела прокуратуры Крыма по надзору за соблюдением законов спецподразделениями, которые вели борьбу с организованной преступностью. При этом, согласно украинской̆ практике, прокуроры занимались не только вопросами надзора, но и сами вели досудебное расследование деятельности криминальных групп. Как получилось, что в Киеве именно вы вели дела, связанные с Евромайданом?

Н. Поклонская: За два года до Майдана из Крыма меня перевели в Генеральную прокуратуру в Киеве. Сначала мена назначили на должность рядового прокурора, затем — старшего прокурора 2-го отдела процессуального руководства досудебным расследованием и поддержания государственного обвинения Управления надзора за соблюдением законов органами внутренних дел Главного управления надзора за соблюдением законов в уголовном производстве Генеральной прокуратуры Украины. Наш отдел тогда называли «9-я рота», у нас было 40 человек, и все нехорошие дела отходили к нам — самые актуальные, резонансные.

Я помню, как в День прокуратуры нас поздравили министр внутренних дел, генеральный прокурор — торжественно, красиво. А на следующий день в 7 часов 30 минут утра позвонили и сказали срочно всем выходить на службу. С этого момента Майдан для нас не замолкал. За мной закрепили Киев. А потом майдановцы начали нас блокировать. Тогда меня ещё поражало бездействие украинских правоохранительных органов.

Сначала у здания прокуратуры поставили огромные кастрюли, потом костры начали жечь у входа в прокуратуру, провокации организовывать. Как-то мы приходим на работу, а они легли на землю у входа в четыре ряда, и нам пришлось перешагивать, а корреспонденты микрофон в лицо и просили комментировать, почему мы переступаем через людей. Еще я хорошо помню, как шла из церкви и вдруг услышала выстрелы. Все это время многие сотрудники прокуратуры надеялись, что поступит команда пресекать нарушения закона. А другие говорили — за демократию. В коллективе уже был конфликт.

М. Григорьев: Вы как-то охарактеризовали происходившее на Майдане следующим образом: «Из пепелища, из ада, из пекла просто вылезли черти и там устраивали свои бои. Это ночью бой в барабаны, как индейцы, знаете, постоянно били в барабаны. Я не знаю, что они пили, что они ели, но они не уставали». Что происходило после того, как эти люди заняли правительственные здания?

Н. Поклонская: Когда они захватили власть, вместо милиции на входе сразу встала «Самооборона Майдана» с автоматами на плечах, и к нам пришел назначенный А. Турчиновым О. Махницкий. Он выступил, заявил, что адвокат, а потом спросил, какие есть пожелания или мысли. После этого на трибуны вышел какой-то паренек, стал читать стихотворение про Родину, рассказывать, как ходил на Майдан, про «небесную сотню», про то, какие они герои, и потом сказал, что теперь мы будем жить по новым законам. И из зала начали кричать то же самое. А я хотела провалиться сквозь землю. Осталось только свастику всем нацепить. Сразу начались звонки, угрозы бывших обвиняемых, которые теперь заявляли, что они герои и майдановцы. Было не столько страшно, сколько противно и обидно, что теперь я не смогу надеть форму — ну как можно служить фашистам? Было досадно, что я одиннадцать лет проработала и всего добилась сама, не с помощью знакомых, свата, брата. А теперь такое позорище, что надо бросать. Я пришла к начальнику отдела с рапортом, он меня успокаивал. Потом специально надела георгиевскую ленту, чтобы знали, что тут ещё нормальные люди остались, и пошла к начальнику главка, а он был с Западной Украины. Он мне говорит: ты что себе надумала? Может быть, ты устала? А я ему показываю ленту и говорю: я не устала, мне стыдно сюда приходить. Он отправил меня в отпуск, но я рапорт на увольнение оставила на столе и уже знала, что в Киев не вернусь.

Я собрала вещи, а потом купила печенье и поехала в госпиталь, чтобы поддержать ребят из милиции, которые там лежали. Таксист очень удивился, ведь они поддерживали Майдан. Меня как сотрудника прокуратуры пропустили, я встретилась с теми, кто лежал в госпитале. Помню 19-летнего парня из Днепропетровска, который к тому моменту служил всего четыре месяца и три из них провел на Майдане. Я ему руку протягиваю и говорю: спасибо вам сказать пришла, вы настоящие герои. А паренек мне отвечает: я с самого первого дня так и не понял, за что нас били? Меня в жизни так никто не бил. Из руководства ни один высокопоставленный чиновник не пришел к ним и не пожал руку. 6 марта я выехала в Крым и 7-го числа уже была дома. На трассе стоял блокпост майдановцев, всех обыскивали, фиксировали тех, кто ехал в Крым.

М. Григорьев: Расскажите, пожалуйста, как состоялось ваше назначение на должность прокурора Республики Крым и как удалось запустить работу прокуратуры?

В одном из своих интервью вы сказали, что хотите выразить благодарность руководству Крыма за то, «что они нашли в себе мужество, патриотизм и не собрали вещи, не уехали куда-то за границу, ну, как многие делают — убежать из страны и жить себе спокойно в красивой обстановке, — а заступились за нас, за народ. И я увидела вот ту надежду, что здесь, здесь люди, вроде бы все хорошо, люди встали, люди отстаивают свою точку зрения, молодцы, не предатели» 21. Значит, было много тех, кто под разными предлогами старался переждать, чтобы потом стать на сторону победителя?

Н. Поклонская: С моим назначением все очень просто. 8 марта я поехала в Симферополь к С. Аксенову. Я увидела в нем мужественного, достойного патриота, которому не все равно, что происходит. И сказала, что хочу помогать и готова быть кем угодно, только чтобы остаться патриотом и бороться за справедливость, а не так, как на Украине, где даже сатанинскую церковь с чертями официально узаконили. С. Аксенов попросил быть на связи, и на следующий день мне позвонили с просьбой выступить в прямом эфире. Д. Полонский проводил круглый стол на телевидении. 9 марта я в прямом эфире высказала свое отношение к Майдану. Некоторые звонили в эфир, задавали вопросы, а одна женщина заявила, что я говорю неправду и так далее. Я и её поблагодарила за звонок и сказала, что мнения могут быть разные. А на следующий день меня назначили прокурором Республики Крым. В этот момент прокуратуры уже фактически не было, люди боялись приходить в здание.

21 Комсомольская правда. 21 марта 2014 года.

Я настаивала на проведении референдума, а некоторые сотрудники прокуратуры заявляли, что у них семьи и нужно сидеть дома, пережидать.

Когда мы пришли в здание прокуратуры, все двери оказались опечатаны, ключей от дверей не было. Сотрудники сказали, что ничего не знают. Я заходила вместе с командой – всего человек десять — только они не испугались. Я им всем благодарна, что они нас поддержали. Нам даже пришлось выламывать некоторые двери, а потом менять замки. Например, дверь моего кабинета. Она была из хорошего дерева, но главное — не дверь или кабинет, а отношение к службе, к долгу, к Родине, то, к чему я и призывала людей. Некоторые сотрудники прокуратуры даже хотели возбудить против меня дело, пытались запретить референдум, писали, что я захватила власть, угрожали ответственностью. Мне звонили и кричали в телефон, что я преступница. А я им спокойно отвечала, что преступники у них майдановцы. Они мне угрожали: ты подумала вообще, что с тобой будет — за тобой уже выехала группа, и тебя заберут в камеру. Присылали бумаги всякие, пугали, что за организацию референдума мы будем нести уголовную ответственность. Звонили мои товарищи и говорили, что им пришлось возбуждать дела против меня по статье о захвате власти и что если я сейчас уйду из прокуратуры Крыма, то меня трогать не будут, расценят это как добровольный отказ от совершения преступления. Я им сказала: спасибо большое, что предупредили, но это не я преступница, а те, кто захватил власть в Киеве, и отказываться я ни от чего не буду. А ещё кто-то звонил с угрозами, что если я рассчитываю до суда дожить, но не получится.

Но нашей основной задачей было запустить работу прокуратуры во благо народа. И мы это сделали.

М. Григорьев: А сколько всего сотрудников в прокуратуре Крыма? И сколько вышло на работу.

Н. Поклонская: Всего было около 900 человек, в центральном аппарате — около 360, а на работу вышли примерно 30. Многие специально брали больничные и отпуска. Потом постепенно люди начали подтягиваться. А человек 20 уехали в Киев. В итоге работу прокуратуры мы все равно запустили. Граждане стали обращаться — они видели, что мы работаем в интересах народа.

М. Григорьев: Я знаю, что даже сейчас на Украине в отношении вас возбуждено уголовное дело, вы объявлены в розыск. Вы как-то сказали, что сделаете все, чтобы ваш ребенок гордился тем, что живет в такой великой державе, как Российская Федерация. Я процитирую ваши слова: «Чтобы дочь моя чтила память погибших в Великой Отечественной. Чтобы чтила память двух моих дедов, которые погибли в этой войне. Чтобы памятники не разрушались. Я хочу, чтобы мой ребенок жил в честной стране, а не в бандеровской, предательской, нацистской. Мне стыдно было, что я гражданин того государства. Мне бабушка звонила и плакала: возвращаются времена, когда была оккупация. Ей 86 лет. Она помнит немцев и помнит украинских полицаев. Как они издевались! Как я буду смотреть бабушке в глаза, если надену форму и буду служить этой самой Галичине? Когда об этом думаешь, страха нет»22. Скажите, а в те дни была у вас какая-то доля неуверенности?

Н. Поклонская: Не было. И сейчас нет. Когда я писала рапорт на увольнение, у меня тоже не было сомнений. Я ведь видела своими глазами, как кидали бутылки с зажигательной смесью на Майдане. Я приняла решение и была готова ко всему. С. Аксенов на одном совещании сказал, что обратной дороги у нас нет, и я тоже так считала.

22 Российская газета. «Прокурор республики». 20 марта 2014 года.

с. 205-209

«Прокурор Крыма: «Киеву мы больше не подчиняемся». Газета «Крымская правда». 14 марта 2014 года. Источник: http://c-pravda.ru/newspapers/2014/03/15/prokuror-krymakievu-my-bolshe-ne-podchinyaemsya

33-летняя Наталья Поклонская была назначена Верховным Советом Крыма на должность прокурора Крыма всего несколько дней назад, но сразу включилась в работу. По её словам, первоочередная задача Прокуратуры Крыма сейчас состоит в обеспечении свободного и безопасного волеизъявления крымчан на референдуме, после которого главное надзорное ведомство республики планирует вернуться к штатному режиму работы и заниматься всеми остальными привычными направлениями деятельности. По нашей просьбе новоназначенный прокурор прокомментировала свое назначение, рассказала о себе и дала правовую оценку действиям захвативших власть в Киеве оппозиционных политиков и националистов.

Защитить выбор крымчан

— Наталья Владимировна, несмотря на столь малый промежуток времени после вашего назначения, не можем не спросить: успели ли вы освоиться на новом месте?

— Сейчас моя главная задача — наладить работу Прокуратуры Крыма, которая была сорвана событиями в Киеве. Пришлось собрать коллектив, успокоить и настроить сотрудников так, чтобы все приступили к исполнению своих обязанностей. Прокуратура как надзорный орган обязана обеспечить соблюдение законов при проведении всекрымского референдума. Я уверена, что каждый крымчанин хочет прийти на участок для голосования в день референдума и выразить свое свободное волеизъявление, а мы обязаны предоставить всем жителям полуострова такое конституционное право. Поэтому сейчас мы прикладываем все силы для того, чтобы не было провокаций и других негативных моментов, чтобы люди приходили свободно на участки, голосовали и не боялись за свою жизнь.

— Как, по-вашему, можно расценивать смену власти в Киеве?

— Нынешняя узурпация органов государственной власти незаконна: с правовой точки зрения последние события в Киеве — это конституционный переворот и вооруженный захват власти. Это вопиющее нарушение всех международных норм. Об этом я говорила в Генпрокуратуре Украины, где работала до назначения прокурором Крыма, и свою позицию я менять не собираюсь.

— Но тот же Александр Турчинов после благословения Верховного Совета Украины провозгласил себя исполняющим обязанности президента.

— Во-первых, понятия «и. о. президента» в нынешних условиях в украинском законодательстве просто не может быть! Законно избранным и, соответственно, единственным легитимным главой государства является Виктор Янукович, и не столь важно, где он сейчас находится. Что бы там ни говорили в Киеве, Янукович жив-здоров, выступает перед СМИ, его никто не переизбирал, он сам досрочно не снимал с себя президентские полномочия. К тому же Верховный Совет Украины не объявлял ему импичмент, да и новых выборов главы государства на Украине не было. Все! При назначении Турчинова исполняющим обязанности президента украинский парламент сослался на статью 112 Конституции Украины, мол, Янукович самоустранился от исполнения конституционных полномочий. Но даже самоустранение ни по одному из законов не дает оснований для досрочного прекращения полномочий президента. Отсюда главный вывод — власть в Киеве нелегитимна.

Когда генпрокурор — соратник Тягнибока

— Но Турчинов, видимо, плевать хотел на законы. Взял и начал назначать угодных ему чиновников в ключевых ведомствах. Многие поразились, когда узнали, что исполняющим обязанности генпрокурора Украины стал член партии «Свобода», народный депутат Олег Махницкий.

— Да, учитывая экстраординарную общественно-политическую ситуацию в стране, попрание всех норм, прав и свобод граждан и видя, что этому способствуют нынешние нелегитимные руководители центральных органов власти Украины, коллектив крымской прокуратуры заявил о вы- ходе из подчинения Генеральной прокуратуре Украины. Мы будем работать исключительно во благо жителей Крыма. Что касается Махницкого, знаю только, что он какое-то время работал следователем в прокуратуре Львовской области, но о нем больше известно в сфере политики.

Я никогда не состояла ни в одной партии, так как понимаю: прокурор должен быть вне политики. Мы должны быть аполитичными, но мы не должны быть слепыми! Небольшая, но важная деталь, которая говорит сама за себя. Согласно статье 112 Конституции Украины исполняющему обязанности президента Украины до вступления на пост нового президента Украины прямо запрещено осуществлять полномочия, связанные с назначением генерального прокурора Украины и внесением в парламент представлений о назначении на должности министра обороны Украины и министра иностранных дел Украины.

— Кстати, Махницкий уже обвинил вас в захвате власти и даже грозит уголовной ответственностью. Как вы это расцениваете?

— О том, что в отношении меня возбуждено уголовное дело, мне сообщили из Генпрокуратуры. Но я не преступник, чтобы чего-то бояться. Они возбуждают на меня уголовные дела, потому что им неприятно слышать правду в свой адрес. Я правды не боюсь и верю: справедливость рано или поздно восторжествует.

«Неофашистов в Крыму не будет»

— А как вы сами расцениваете свое назначение?

— Чисто по-человечески скажу, что возглавлять Прокуратуру Крыма — это большая ответственность. Быть прокурором Крыма в нынешней ситуации — это для меня не должность, а гражданский и офицерский долг перед крымчанами. Сейчас, как никогда, мы обязаны отстаивать интересы народа, а не отдельных групп лиц, тем более радикально настроенных и пропагандирующих идеалы нацизма и фашизма. Я вам официально заявляю: неофашистов в Крыму не будет. Все, что от меня зависит, все мои полномочия будут использованы на то, чтобы наш народ жил в свободном демократическом государстве. Фашизм в Крыму процветать не будет, и делать ярых националистов и радикалов героями здесь просто никто не позволит. Пусть они забудут раз и навсегда, что к нам в Крым можно приехать и кричать свои бандеровские лозунги. Да и прежде чем кричать, что правительство Крыма нелегитимно, пусть сначала посмотрят на себя.

— Мы заметили, что с вашим приходом в крымскую прокуратуру на вас начались нападки в прессе, в основном в интернет-изданиях.

— Понятно, что некоторые киевские и украинские СМИ хотят облить грязью новую власть в Крыму, в том числе и меня. Но ничего умнее, чем где-то достать мои личные фотографии, опубликовать их и поприписывать, что им позволяет фантазия, они придумать не смогли. Я на это не обращаю внимания, тем более что сейчас просто не до того — у меня такой плотный график, что я днем и ночью нахожусь на работе.

Что касается моей внешности. Поверьте, на протяжении 12 лет работы в органах прокуратуры моя внешность мне не мешала. Моими подсудимыми были организаторы и участники разных бандитских группировок, например, из ОПГ «Башмаки», которые отбывают наказание в тюрьмах. Делайте выводы. Так что пусть моя внешность усыпляет бдительность моих противников (смеется).

— Как известно, в ходе столкновений в Киеве погибли три правоохранителя из Крыма, десятки бойцов были ранены. Можно ли ожидать, что рано или поздно кто-то ответит за нападения на милиционеров?

— Мы занялись расследованием фактов нападений на наших силовиков. В настоящее время в надзорное ведомство Крыма обратились девять потерпевших сотрудников спецподразделения «Беркут», получивших повреждения разной степени тяжести, в том числе огнестрельные ранения. Прокуратурой Крыма организована проверка по факту причинения сотрудникам Крымского батальона милиции особого назначения «Беркут» телесных повреждений при исполнении служебных обязанностей по охране общественного порядка во время протестных акций в Киеве. После проведения первоочередных проверочных действий материалы переданы в следственное управление милиции для осуществления досудебного расследования. Самые важные следственные действия будут выполнять лично сотрудники Прокуратуры Крыма, но о результатах, как вы понимаете, говорить ещё рано.

— И напоследок расскажите немного о себе.

— Я живу в Крыму с 10-летнего возраста. Самые замечательные годы прошли здесь, я считаю себя крымчанкой и собираюсь жить и работать на родной земле. Хобби у меня есть: играю на пианино, рисую картины, правда, времени на это давно не хватает. Тем более сейчас, когда на кону стоит будущее Крыма».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: