Школа Геополитики Николая Старикова
Николай Стариков

Николай Стариков

политик, писатель, общественный деятель

Иран против Израиля: кто кого и что ждать миру

Иран против Израиля: кто кого и что ждать миру

3683
18 апреля

В очередном выпуске моей авторской программы «По сути дела», что выходит на радио «Комсомольская Правда» по вторникам в 19:00, вместе с соведущим Владимиром Ворсобиным обсуждали самые важные вопросы политической повестки недели.

Предлагаю вашему вниманию стенограмму прямого эфира.


Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Николай, наши дорогие слушатели, здравствуйте.

Стариков: Здравствуйте, дорогие друзья.

Ворсобин: Я выдам вам секрет. Николай пишет план на нашу передачу. Пишет даже заголовки к каждой теме. Заголовок на ту тему, которую мы сейчас будем обсуждать звучит так - Иран, Израиль 1:1 или все продолжится? Я тут, Николай, сразу начну возражать. Потому что это не 1:1. И, если кто-то вспомнит этот субботний вечер, когда все ждали, чем же ударят, как же отомстит Иран за бомбардировку консульства в Дамаске. Чем ответит Тегеран? И когда поднялись ракеты, когда казалось вот-вот Израиль будет снесен в труху или по крайней мере начнется крупномасштабная война, и тут получился такой пшик. То есть даже Иордания, мусульманская страна, присоединилась к тому, чтобы сбивать эти жужжащие мотоциклы, которые называются беспилотниками, шахедами. Часть ракет долетели, часть упали в пустыню. То есть нападение было блестящим образом отражено. И в этом смысле, какой там 1:1? В этом смысле Иран продемонстрировал отмщение или он показал, что защита Израиля отточена хорошо. Николай, тут не 1:1, а не 2:0?

Стариков: Давайте по поводу счета. Смотрите, дорогие друзья, из того, что сказал мой уважаемый соведущий Владимир Ворсобин ярко проступает его произраильская позиция, которая стала явной после того, как Владимир туда поехал после октябрьских событий.

Ворсобин: Когда вы отучитесь от этого странного и не очень этического приема. Когда вы спорите с собеседником, не надо сразу переходить на личности и вешать ярлыки. Я просто говорю о том, что знают все. И анализирую подобным образом. Был я в Израиле или не был я в Израиле, это никакого значения не имеет.

Стариков: Поездка в Израиль ничем плохим вас не запятнала. Вы не переживайте.

Ворсобин: Я не переживаю, Николай, совершенно. Я просто удивляюсь.

Стариков: Это в отношении того, что вы съездили в Израиль. А вот теперь я продолжу. Я хочу уйти от того противостояния, которое вы мне попытались навязать с первых секунд нашей программы. То есть вы отстаиваете произраильскую позицию.

Ворсобин: Я не отстаиваю никакую позицию.

Стариков: А я как бы должен сейчас говорить, какой замечательный Иран, с которым у России сегодня хорошие партнерские отношения. Я буду смотреть с точки зрения болельщика «Зенита», который наблюдает матч «ЦСКА-Спартак». Это дает возможность наслаждаться футболом. Не болеть ни за одну, ни за другую команду. И смотреть за тем, какие тренерские находки пытались команды применить. Вот это и начинается самое интересное. Если мы эту футбольную аналогию применим, то, на мой взгляд, действительно ничья. Но тренер одной из команд, я бы сказал главный на сегодняшний день тренер израильской команды, господин Нетаньяху, использует этот матч для того, чтобы решить свои собственные проблемы. Потому что в силу его руководства в команде произошла трагедия, трагическое нападение 7 октября, которую я думаю, что когда-нибудь в Израиле обязательно расследуют. И это расследование станет полномасштабным, с выводами и посадками, сразу, как только закончится напряженность. Нетаньяху, как ответственный, как минимум за то, что произошло в Израиле, заинтересован в напряженности, не снижении этой напряженности постоянно. В нашей прошлой программе мы, дорогие друзья, все это обсуждали с Владимиром, и я бы сегодня предложил назвать то, что происходит на Ближнем Востоке, войной Нетаньяху. Это война одного человека.

Ворсобин: Николай, у вас уникальная особенность говорить обо всем, но ни о чем конкретно. Расскажите, пожалуйста, я вам рассказал, почему я считаю, было 2:0. Потому что израильский режим, можно его так назвать, уничтожил конкретных и очень высокопоставленных лиц в иранской армии и в исламском корпусе. А Иран, в свою очередь, не добился практически ничего, только продемонстрировав защиту, которую организовало себе еврейское государство.

Стариков: Итак, Израиль говорит, что он сбил 99% всего, что летело. Иран говорит, что все, что должно было долететь, долетело и частично что-то сбили. Эти две прямые никогда не пересекутся. Поэтому Иран устроил показательную акцию. На мой взгляд, это был «договорничок». Потому что Иран, отправляя свои беспилотники и ракеты, все время выбивал барабанную дробь. Наши беспилотники полетели, мы нанесли удар, Израиль, вы видите, что мы уже летим?

Ворсобин: Там 2 часа, по-моему, подлета было, да?

Стариков: 5 часов подлета. Беспилотник – это внезапность, это неожиданность, и в этом его сила. Если вы будете за 5 часов до прилета беспилотника анонсировать удар, то теряется весь смысл. То есть Иран не собирался нанести Израилю ущерб. Он собирался нанести ущерб репутации Израиля, спокойствию израильских граждан и чувству безнаказанности у Нетаньяху. Помимо этого, Иран не впутался в войну, в которую Нетаньяху хочет ввязать Соединенные Штаты, Иран и Израиль. Поэтому 1:1. Да, Израиль убил несколько высокопоставленных военных. Да, Иран не убил израильских военных. Но в той партии, которая играется на Ближнем Востоке, у Израиля на несколько козырей больше. Поэтому если вы хотите не проигрывать, то иногда приходится поступать именно так, как поступил Иран. Иран сыграл в «договорняк», но «договорняк» в свою пользу, потому что он протестировал ПВО Израиля, потому что он протестировал свои ракеты, он спокойно заявил, а у нас в общем целей-то не было разрушать что-то, поэтому даже если бы израильское ПВО и сбило бы все, а этого не случилось, то Иран мог спокойно заявить, что было сбито не все. Одним словом, каждая сторона забила мяч в свои ворота, а сказала, что забила мяч в ворота соперника.

Ворсобин: Да, я частично с вами соглашусь, потому что надо еще вспомнить о том, что это был единственный в истории удар по Израилю прямо с территории Ирана. Таким образом Иран показал, что у него хватает сумасшествия.

Стариков: Здравого смысла.

Ворсобин: Николай, меня не редактируйте, я уж как-то сам. Второе, то, что до пустыни долетела все-таки гиперзвуковая ракета Ирана, это важно. Почему? Потому что было показано, что если на этой ракете была бы не взрывчатка обыкновенная, а ядерное оружие, которое сейчас разрабатывает Тегеран, то в этом случае получается оборона Израиля вполне себе проницает. И третье, я здесь могу сказать, что на самом деле это действительно «договорняк». Но он не из-за того «договорняк», что информационное агентство Ирана сразу после запуска заявили, что беспилотники летят. Я вам скажу, что все было уже посчитано, все было известно и до этого, все было засечено спутниками и не нужно было информационное агентство Ирана. Иран вообще мог молчать, но все равно это было видно. Но я думаю, что здесь большую роль сыграли США, которые были посредником, с которым все согласовывали, согласовывали вот этот опереточный спектакль, я бы назвал его фейерверком. Я, кстати, в своем блоге об этом сразу же, той же ночью, нет, утром, я писал это в виде небольшой пьесы, как договаривались Тегеран с Америкой.

Стариков: Я, как читатель вашего блога, свидетельствую, что да, это было. Когда мы говорим о «договорняке», давайте зададим следующий вопрос, который...

Ворсобин: Это значит, что США имеет влияние на обе стороны вполне себе большое, и самый неприятный сюрприз для Тегерана – это поведение Иордании.

Стариков: Нет никакого поведения.

Ворсобин: Ну, все равно в деле они себя проявили достаточно организованно, и оборона Израиля оказывается солидарна с обороной вполне себе исламских стран.

Стариков: Владимир, смешно так говорить. Что такое оборона Иордании? Это когда на территории Иордании начинают лететь неизвестно чьи неопознанные объекты. Что должна делать оборона Иордании?

Ворсобин: Ничего.

Стариков: Ничего. Когда в вашем воздушном пространстве летят...

Ворсобин: Сирия так поступила, Ирак так поступил. Что такого? Ну, летит и летит. Ливан, ну...

Стариков: Нет, нет. Когда вы не знаете, что летит, вы начинаете это сбивать.

Ворсобин: Это сознательное было действие страны Иордании.

Стариков: Поэтому Иордании мы ничего предъявлять с вами не будем, пусть этим занимается Иран, это первое. Второе, все-таки вопрос, между кем и кем «договорняк»? Не между Израилем и Ираном, а между Соединенными Штатами и Ираном. Чтобы не было войны между США и Ираном, Соединенные Штаты сказали, что, если Иран нанесет такой публичный удар, в результате чего никто не погибнет или почти никто не погибнет, Соединенные Штаты никак не будут на это реагировать и не будут подталкивать Израиль к ответному удару.

Ворсобин: Вполне себе это реально. Но это значит, что все-таки роль США в регионе достаточно весомая.

Стариков: Роль США в мире достаточно весомая, если кто еще...

Ворсобин: Это было продемонстрировано.

Стариков: Собственно говоря, не знаю.

Ворсобин: Николай, следующий у нас вопрос по этой же теме. Если коротко, заканчивается время этой части, чем это закончится, будет ли ответный удар?

Стариков: Сейчас главная задача Нетаньяху не дать костру потухнуть. Ему нужно плеснуть горючего в этот костер. Поэтому я предполагаю, что Израиль нанесет некий ответный удар. Но США заявили, что они его в этом не поддержат. Это будет удар поддержки репутации. Но самый главный проигравший — это Нетаньяху. Потому что его акции идут вниз.

Ворсобин: Нет, сам Нетаньяху вообще не важен. Естественно, после конфликта он уйдет. Дело сейчас не в этом. А в том, будет такой удар, это будет действительно ракетный удар или это будет как-то по-другому оформлено израильским правительством?

Стариков: Это мы с вами узнаем в самое ближайшее время. Потому что МХАТовскую паузу Израиль держать не будет.

Ворсобин: Мы сейчас прервемся на пару минут и поговорим о нашем насущном - о наводнениях, которые сейчас мучают Россию. Поговорим, как нам всем сопротивляться этому.

Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин, Николай, как нам обойти эту тему? Она продолжается, этот потоп, который сейчас идет по Уралу, в Сибири, Оренбургская область мучается от него, он нарастает и каждый раз в новостях появляются все более высокие отметки повышения воды в местных реках. Ну и мне вот эта история, она вроде бы всем рассказана, и, наверное, добавить больше нечего, кроме того, что надо страховаться, одни говорят, другие говорят, надо слушаться МЧС и все-таки не спасать любое ценное имущество, иначе можно погибнуть. Меня просто поразила эта новость, жители поселка Перовский Оренбургской области своими руками построили дамбу. Там цена, наверное, в районе трех миллионов рублей, то есть люди скинулись, наняли бульдозеристов и защитили свои дома. Они не стали ждать ни государства, они не стали ждать чиновников. Тем более, что одну из дамб уже чиновники в Оренбургской области построили, это известно, занимался, естественно, комитет, каким образом они выстроили эту чудную дамбу. Но вот жители, Николай, как вы думаете, уже в Госдуме, кстати, есть предложение компенсировать эти траты местным жителям от государства, чтобы они вернули эти деньги, потому что это государство должно было делать. Это такая инициатива снизу, это хорошо, что люди такие неравнодушные? Или плохо, потому что это показывает такую беспомощность государства? Или, кстати, есть третий вариант, сегодня они будут строить дамбы, завтра они что-то еще вместо государства построят, а потом решат, что вообще государство-то зачем, если они сами все могут сделать?

Стариков: Это, конечно, хорошо. Люди строят не против государства, они строят за государство.

Ворсобин: Они для себя строят, они себя спасают.

Стариков: А вы со мной не спорьте, дорогой коллега, дайте мне сказать.

Ворсобин: Пожалуйста.

Стариков: Вот смотрите, когда мы наблюдаем событие такое масштабное, важно сейчас безоценочно плюс или минус, хочется избежать банальных слов. Конечно, надо страховаться, это очевидная вещь, но сейчас прийти к людям, которые эвакуированы, потеряли имущество и рассказывать им о необходимости и полезности страхования, как-то это не то, что хотелось бы, чтобы делало наше государство, общество и так далее. Вот, смотрите, в этот момент происходит либо что-то отрицательное, либо что-то положительное. А вернее говоря, ситуация движется в разные стороны и важно, чего будет гораздо больше. Происходит паводок, людей эвакуируют. И в этот момент, к сожалению, мы слышим заявление, что есть какие-то мародеры, которые на лодочках плавают, осуществляют воровство, что удивительно в этой ситуации. С другой стороны, мы видим люди на тех же лодках из того же населенного пункта, просто понимая, что надо кому-то помочь, есть спасатели, да, но этого всего не может быть слишком много, и они садятся в свою лодку, едут не для того, чтобы чьи-то телевизоры украсть, а для того, чтобы бабушку из дома перевезти в сухое место. И следующий уровень организации людей, это вот тот случай, о котором вы сказали, поселок Перовский под Оренбургом, где люди сами построили дамбу, конечно, надо бы им деньги вернуть. Надо бы посмотреть, кто это всё организовал. Этого человека, он может организовать соотечественников на нечто положительное и большее, чем то, что они делали до этого, его надо продвигать не только по общественной, по государственной линии. Это государственный муж, потому что мыслит он государственным образом. И здесь никакого противоречия с делами государства нет. Государство не всё и всегда успевает делать. Я бы такой пример привёл. Вот смотрите, есть же у нас полиция, она должна не только предотвращать преступления, не только профилактикой заниматься, но и преступников задерживать. Но мы же знаем, что когда-нибудь, где-нибудь возникнет ситуация, когда полицейского нет в какой-то точке, а есть преступник и есть гражданин. Этот гражданин берёт и задерживает преступника. Вы спрашиваете, это хорошо или плохо? Конечно, это хорошо. Это то же самое. В некотором смысле специальная военная операция, как такое огромное событие, масштабное событие, историческое не только России, оно тоже привело к тому, что были какие-то отрицательные моменты, кто-то сел и убежал куда-то, кто-то испугался мобилизации, но гораздо большая народная река потекла в сторону добровольчества, в сторону помощи фронта, в сторону организации. В эту сторону надо использовать любые ситуации, которые складываются. Поэтому сейчас, мне кажется, государство должно помимо оказания помощи людям, вывоза их, сохранности имущества, выплаты, которые там будут, и, кстати, обратите внимание, это уже как бы стало нормой, это не обсуждается, надо, не надо, государство это делает. Мы уже привыкли, что государство не бросает своих граждан в тяжелой ситуации. И следующий этап, просто посмотреть, уже пошла информация, что дорожают стройматериалы под этим соусом.

Ворсобин: Николай, давайте. Вы уходите так потихонечку, потихонечку, на цепочках вы уходите все-таки в сторону. Знаете, с чем я с вами не согласен? Я не согласен, что надо взять этого человека, который организовал, вы это считаете, что там есть какой-то один человек, который организовал эту дамбу, которую люди сделали. Это такой марксизм, личность в истории. Берете вы этого человека и делаете чиновником. Вы его испортите. Вы его выхолостите. Вы просто возьмете хорошего человека, а вернете туда плохим.

Стариков: Подождите.

Ворсобин: Я объясню почему. Потому что не в нем дело, не в этом организаторе дело. А в том, что там собрались: а) неравнодушные, б) они на самом деле спасали свое имущество. Не было бы его, был бы другой. И просто, видимо, там молодые семьи, кстати говоря, есть. Допустим, подъезд, где живут молодые более-менее жители, а есть, где нет. И вот тем, кто молодые, им еще не все равно. У них еще это не выхолощено. Пусть это сделает ЖЭК, мы ему платим.

Стариков: Почему плохо, если люди неравнодушные, умеющие организовывать людей, этот человек идет во власть?

Ворсобин: Потому что те люди, кто это организовал - это они все, ничего у них не получилось, если бы один гарнизон организовывал. Это просто действительно то самоуправление, которое у нас, к сожалению, сейчас не приживается в России, которое сейчас уничтожается.

Стариков: Как же не приживается?

Ворсобин: Потому что это ЧП. И, кстати говоря, почему эти ребята платили свои деньги, я объясню почему. Потому что, видимо, они попытались найти где-то помощи, обращались к чиновникам, естественно, они не сразу дошли до такой жизни.

Стариков: Я вам объясню. Потому что сейчас там все мощности восстанавливают и строят дамбы. А вы хотите построить еще что-то и хотите построить быстро. Вы пока займетесь организацией, это займет время.

Ворсобин: Согласен. Государство неповоротливая махина. А вот почему она неповоротливая? Из всего, что приходится людям, они строят иногда дороги сами в России. Есть такие случаи, они жили-жили 3-4 года, просели, взяли себе дорогу и построили. Ну, потому что куда деваться? За собственные деньги. Или где-то они делают то, что не делают муниципалитет и так далее.

Стариков: Такие случаи есть.

Ворсобин: В каждом случае, как говорил ваш любимый товарищ Сталин, у каждой проблемы, у каждого героизма есть конкретный виновник с фамилией, именем и отчеством.

Стариков: Совершенно верно. Владимир, вы совсем недавно, я напомню уважаемым радиослушателям, Владимир совершил, на мой взгляд, очень такой не только интересный, но и мужественный поступок. Он проехал автостопом от Калининграда до Владивостока. Ехал, насколько я понимаю, на автомобиле, по дорогам. И должен был убедиться, что дороги в Российской Федерации стали несравненно лучше. Я вам скажу, как человек, который по сравнению вот с таким автопробегом, можно сказать, вообще почти не ездит по автомобильным дорогам. И вы хотите сказать, что все автомобильные дороги, по которым вы ездили, были построены исключительно инициативными гражданами, а государство к их качеству, количеству, размеру и протяженности не имеет никакого отношения?

Ворсобин: Там, где хорошие жирные подряды, где есть большие проплаты с бюджета или с местного бюджета. А в маленьких поселочках, где не интересно и не выгодно строить дороги, там ничего не происходит.

Стариков: Есть такая проблема. Но следом будут отремонтированы заасфальтированные дороги и в этих поселочках, до них дойдет очередь.

Ворсобин: Как хорошо иметь дело с оптимистом.

Стариков: С реалистом, дорогой Владимир. Поэтому, возвращаясь к ситуации трагедии, сейчас совершенно очевидно, что это действительно масштабная трагедия. В проблемах, которые возникли с разрушением дамбы будет разбираться следствие.

Ворсобин: Николай, смотрите, я вам сейчас рассказал, что ребята сами построили своими руками дамбу. В этот момент мэр утонувшего Орска Василий Козупица, его фамилия, он объясняет, почему его сын находится в Саудовской Аравии, он там купил квартиру. Дело в том, что мэр не имеет никакого бизнеса, но сын имеет бизнес. И вот пока тонут его жители, его сын сейчас загорает в Дубае. И он объясняет, что он своими руками все создал. Он говорит, что там жарко и он тоже мучается.

Стариков: А какое это имеет отношение к положению?

Ворсобин: Я объясню. Дело в том, что, когда ты пытаешься отвратить беду, ты куда бежишь? К чиновникам. А у них, как выясняется, своих дел очень много. У них вообще биография интересная. Ведь патриотизм, это когда ты живешь там, где в твоем городе сыновья твои живут, родственники твои живут. И когда приходит беда, выясняется интересная вещь. Оказывается, сын в Дубае. В общем возникает такой осторожный ответ на вопрос, а почему дамба такая получилась? Почему она миллиард стоила, но рухнула в самый неподходящий момент? Вот тоже вопрос.

Стариков: Потому что ее, возможно, плохо построили. А если кто-то это сделал, он должен понести наказание. Так что это хороший повод разобраться во всем, что там произошло.

Ворсобин: И хороший повод перейти на небольшой блок рекламы и новостей. Оставайтесь с нами.

Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Николай, предлагаю поговорить о Примадонне. 75 лет Алле Пугачевой. Да, и все ожидали этот юбилей очень странным образом, потому что ходил слух, что именно в этот день или в пятницу, как обычно это бывает, ей вручат вместо подарка иноагентство. По крайней мере к этому призывали разные персонажи. Есть профессиональный жалобщик Бородин, который сейчас пытается возбудить уголовное дело против Пугачевой в связи с финансированием ВСУ и изменой Родины. Но нет, Пугачевой никаких званий, кроме имеющихся у нее, не вручили. Ее все поздравляют. И что это значит, Николай, в связи с нашей информационной войной, о которой вы часто говорите? И в нашей системе все равно что-то значит, все-таки. Если государство дарит иноагентство ее мужу, но не дарит ей, что это может быть?

Стариков: Ну, я в отличие от вас считаю, что термин «иноагент», он вызван не желанием кому-то насолить или наказать, а какими-то объективными обстоятельствами, которые вынуждают Роскомнадзор этим бесславным термином кого-то заклеймить.

Ворсобин: Прекрасно. Николай, с этого момента объясните, почему Алла Борисовна Пугачева не подходит к определению «иноагента»?

Стариков: А вы знаете, объяснить это очень легко. Исходя из ее возраста, ей 75 лет, она мне годится в матери. И моя мама, она чуть-чуть постарше Пугачевой. Когда я вижу пожилую женщину, которая, может быть, высказывает вещи, с которыми я не согласен, у меня все равно к ней есть какое-то отношение, как к пожилой женщине. И я не понимаю, зачем ее обижать, это с одной стороны. С другой стороны, скажем так, странные вещи Алла Борисовна начала делать достаточно давно. Ну, например, мы, конечно, как говорится, сторонники широких взглядов с вами, правда, Владимир? Но сам факт выхода замуж за гораздо более молодого человека, появление потомства таким способом, который православная церковь считает недопустимым, и многие в нашем обществе тоже считают суррогатное материнство невозможным и ненужным.

Ворсобин: Вы уверены, что большинство так считает? Большинство наших слушателей считает, что суррогатное материнство — это плохо?

Стариков: Да. Это мое убеждение. Я же делюсь своими мыслями, вы поделитесь своими. То есть Алла Борисовна странные вещи делала очень давно. И в этой своей странности она определенным образом последовательна. Вот сегодня у нее муж, иноагент, в силу своих политических взглядов. Возможно, в силу своей национальности. Возможно, в силу второго гражданства.

Ворсобин: Какой национальности?

Стариков: Вы невнимательно слушайте. У каждого человека есть национальность. В том числе и у Аллы Борисовны она тоже есть. Владимир, откроем большой секрет, и у вас она есть и у меня есть.

Ворсобин: Но это никого не волнует кроме вас.

Стариков: Но сейчас мы говорим об Алле Борисовне. Так вот я говорю, что она является супругой человека, у которого есть конкретная национальность, есть политические взгляды. Есть, мы об этом много слышали, нетрадиционная ориентация сексуальная, гражданство второе, недвижимость в других странах.

Ворсобин: Вы сейчас описываете мужа.

Стариков: Конечно. И вот, наверное, мы имеем с вами право предположить, что эта совокупность всего, что у него есть, подтолкнула его в определенную политическую сторону, с которой мы с вами не согласны.

Ворсобин: Вы отвечаете на мой вопрос? Я хочу понять, что это значит.

Стариков: Да-да-да. Вы наберитесь терпения. Вы же...

Ворсобин: Да не только я набираюсь.

Стариков: У меня даже МХАТовской паузы нет, потому что я говорю. А паузы — это когда молчат, если вы не знали, дорогой друг.

Ворсобин: У вас МХАТовский разговор, да.

Стариков: Мне не нравится, что говорит Галкин. Я не согласен с его политической позицией. Я считаю, что он должен жить в России как патриот государства. Но он оказался патриотом Израиля, о чем многократно сказал, а не патриотом России. Вот в этой ситуации его супруга, которая тоже весьма странных взглядов очень давно, она последовала за своим мужем, своим имуществом, своими привычками.

Ворсобин: И что? Николай, что это значит?

Стариков: И ничего. Это значит, что ничего. Ей исполнилось 75 лет, друзья ее поздравили. Все.

Ворсобин: У нас в законодательстве нет такого, что если человеку 75 и у нее муж Галкин, или как вы описываете, эстрадный персонаж, Галкин — это иноагент, то это не освобождает человека от того, что его могут признать иноагентом.

Стариков: В этом нет состава преступления. Есть ситуация, она далеко не декабристка.

Ворсобин: У вас такое византийское понимание законов, Николай?

Стариков: У меня русское понимание законов. Она жена своего мужа. Своеобразная жена еще более своеобразного мужа-иноагента. На этом точка. Исходя еще из того, что ей 75 лет и моя мама очень по возрасту мне ее напоминает, мне требовать от Пугачевой что-то или чего-то в отношении Пугачевой совершенно невозможно.

Ворсобин: У нас на всех законы действуют одинаково?

Стариков: Да. И если она будет вести политическую деятельность и получать на нее деньги из-за границы, тогда ее надо признавать иноагентом. А на сегодняшний момент таких оснований нет. Точка.

Ворсобин: Хорошо. Вы поздравите Аллу Борисовну с днем рождения?

Стариков: Я с ней не знаком и не имею привычки поздравлять незнакомых мне людей задним числом с их юбилеем.

Ворсобин: А я с удовольствием поздравлю Аллу Борисовну с юбилеем, потому что я лично вырос на ее песнях. Это прекрасные песни, особенно первые ее альбомы. Это ощущение, это запах детства, это запах юности. Она, конечно, гениальная женщина. И я, кстати, соглашусь с вами, вы очень витиевато подводите к мысли, что в нашей России во всех исторических ее перегибах всегда прощали талантам, всегда прощали гениям. Это было всегда. Потому что все меняется, а талант, то есть божий дар, он уважаем всегда в России даже теми, кто нетерпим к другим, менее талантливым людям.

Стариков: Ну, наконец-то вы дослушали до конца и проследили ту мысль, которую я вам высказал.

Ворсобин: Это было нелегко, Николай.

Стариков: Ну, ничего. Вы здесь и сидите для того, чтобы следить за моими мыслями, противодействовать им, пытаться их опровергнуть. В этом, дорогие друзья, отчасти драматургия нашей программы «По сути дела», которую мы с вами продолжаем.

Ворсобин: Да. И я только еще могу вам сказать такую реплику. Вы заметили, что иноагентство — это не наказание, но вы заметили, что в последнее время, в последнее ужесточение законодательства, это уже наказание. Кстати, у нас очень такие лукавые законодатели, они когда какой-то запрет устанавливают, они всем объясняют: нет-нет-нет, ничего в этом страшного нет, это все в рамках Конституции, это просто такая марочка, наклейка такая. Ну, если человек, условно говоря, имеет такое мнение и он получает деньги, то иноагент. А потом выяснилось, что оказывается и деньги не нужно получать. А потом выяснилось, что человек не может получать деньги с рекламы. Человек не может, по сути, даже зарабатывать. Он уже скоро, судя по последним законопроектам, его поразят в правах таким образом, что он не может даже избираемым быть.

Стариков: А вы не понимаете, почему это произошло? А я вам напомню. Все эти законы принимались, как говорится, на моей памяти. Я всё прекрасно помню. Изначально была необходимость пометить в российском информационном поле тех, кого мы называли либералами, кто потом оказался иноагентами, которые высказывали здесь не свою точку зрения, а точку зрения Запада и высказывали это в основном за деньги. Это была их работа. И нужно было дать российскому среднестатистическому слушателю и зрителю просто понимание, что этот человек не просто так говорит, а выражает другую точку зрения, отрабатывает чужие политические интересы. При этом все начали этого бояться. Тогда ограничений было очень немного, нужно было сдавать определённую отчётность и помечать свои материалы этим. Но, представляете, человек пишет о политике и тут же крупный такой заголовок «Материал создан иноагентом…». Поэтому они все закрывали СМИ, пытались как-то от этого ярлыка уйти. А дальше наступила специальная военная операция и те, кого мы с вами считали просто либералами, но всё-таки любящими Россию, выяснилось, что они любят не русскую армию, а ЦАХАЛ, не Россию, а Литву, куда они уехали. Интересы Германии им гораздо милее, там работники радиостанции одной Московской теперь все работают на государственных и окологосударственных ресурсах Германии и тогда стало необходимым сделать им побольнее. Потому что очень странно, если человек работает против нашей Родины, а деньги зарабатывает в ней на рекламе российских компаний. Ну, это же странная история будет. Так что дальше они сами наработали дополнение к тому, что стало термином «иноагент» в России. В этом весь смысл происходящего.

Ворсобин: Николай, здесь я, конечно, мягко стелите, только беда в том, что что означает «против России». Знаете, человек может высказаться достаточно остро против власти в плане, что она что-то недорабатывает или есть какие-то проблемы. Чиновники, по большому счёту, не хотят себе проблем. Им легче заткнуть определённого персонажа и навесить на него всё подряд. «Ах, ты, значит, на нас рот раскрыл, значит, ты против России». Иван Иваныч, который застёгнут на все пуговицы своего пиджака, есть Россия, а не ты, смерд. И вот это иноагентство, к сожалению, даёт ему новые инструментарии заткнуть всем глотки. Вот если таким образом будет применена эта технология, она, кстати говоря, есть.

Стариков: Иноагент синоним предателя, так получилось благодаря их работе против России.

Ворсобин: Слово «предатель» в России исторически всегда подозрительно. Давайте прервёмся на пару минут и продолжим наш разговор снова.

Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Скоро будет у нас тур-сезон. Ну, сейчас люди ездят купаться в тёплое море от снега и так далее. К счастью, весна, снег ушёл, и скоро-скоро откроется Турция, Египет наш любимый. И мы все туда вроде бы должны собираться, но...

Стариков: А про курорты Краснодарского края, Геленджика, Сочи вы упомянуть не хотите, уважаемый патриот?

Ворсобин: Это дорого, но надеюсь, что дело даже не в этом. Кстати, Краснодарскому краю ничего не угрожает в тех обстоятельствах, которые я сейчас расскажу.

Стариков: Но упомянуть-то о Краснодарском крае лучше, чем о Египте.

Ворсобин: Сейчас тема передачи, сейчас тема. Дело в том, что сейчас банковские проблемы между Россией и Турцией. Если бы были проблемы с Краснодарским краем, я бы сейчас заговорил о Краснодарском крае.

Стариков: Вот любую возможность для того, чтобы упомянуть о западных курортах вы не упускаете.

Ворсобин: Каких западных? Это южный курорт, Николай, у вас что с географией? Я на самом деле сейчас хочу процитировать посла России в Турции Алексея Ерхова, который бьет тревогу. Ситуация вокруг платежных переводов из России в Турцию, кстати, ещё с февраля это всё началось вместе с Китаем, с китайскими банками тоже сейчас беда, остаётся напряжённой, сообщил посол России в республике Алексей Ерхов. В Турции из России платежи могут приходить с перебоями, сейчас цитирую: «американцы и евросоюзовцы целенаправленно разрушают российско-турецкое торгово-экономического сотрудничество, кропотливо возводившись обеими сторонами в течение длительного времени». И вот тут у меня вопрос, Николай, смотрите, примерно та же самая риторика сейчас идёт от китайских банков. Они говорят, мы тут ни при чём, тут санкции, они включили контролирующие свои функции, они могут нас наказать, мы боимся. Так же говорят турецкие банки, мы себе не враги, поэтому мы будем закрывать сотрудничество с Россией, потому что нас напрягает Запад. У меня вопрос, неужели, особенно с Китаем это связано, неужели у китайского правительства, Коммунистической партии Китая и вот этой вертикали китайской власти, у Эрдогана там тоже всё построено достаточно жёстко, нет таких уж инструментов для своих банкиров? Неужели западное влияние на эти страны до такой степени серьёзно, что они готовы даже несмотря на то, что геополитически они вроде бы близки к нам, вот так отвернуться от Москвы? И это бьёт именно по нашим простым гражданам, потому что они скоро поедут в те страны, о которых вы говорите, и у них возникнут просто на месте проблемы, могут возникнуть.

Стариков: Владимир, у нас с вами был спор по поводу Запад-Юг, но вы в своей любви к южным курортам, пожалуйста, не забывайте факты. Турция член НАТО, и вы тут изливаетесь в некой турецкой любви к России, это любовь к денежным знакам, как у Остапа Бендера, не путайте её, так сказать, с любовью к России. У Турции никогда не было любви к России и никогда не будет хотя бы потому, что значительная часть Российской Федерации находится на территориях, которые когда-то, по странному стечению обстоятельств, входили в состав Турецкой Империи. Вот было такое историческое недоразумение, потом мы его поправили, эти территории вошли в состав Российской Империи, дальше Российской Федерации, там им и оставаться веки вечные. У турок нет никакой любви к России. Это значит, что как только их интерес к России, к нашим денежным знакам, перевешивается возможными потерями у американцев, англичан, они начинают лавировать, пытаться находить какие-то компромиссы. Сейчас Запад, США с союзниками взяли курс в большей степени не на введение новых санкций, их уже не придумать, а на попытки разрушения торговли России с третьими странами, и делается это через разрушение финансовых транзакций, потому что это более простое. Остановить танкер сложно, а если сделать так, чтобы за этот танкер было невозможно заплатить или застраховать, тогда он никуда не пойдёт. Вот так они действуют. Но Турция всегда была нашим и вашим, здесь ничего нового нет. И поэтому Эрдоган просто не собирается принуждать турецкие банки к тому, что они не хотят делать. А если мы его об этом попросим, он сделает какие-то движения, скажет, я не могу ничего сделать и всё. С Китаем ситуация несколько иная. Китай в гораздо большей степени, чем Турция симпатизирует тому, что делает сегодня Россия и безусловно нам помогает. Как? В каких объёмах? Мы в прямом эфире, уважаемые радиостанции, с вами говорить не будем. Но и здесь Китай – это огромная экономика. Вот сейчас прилетел, дорогие друзья, просто чтобы вы понимали масштаб, канцлер Шольц прилетел с трёхдневным визитом в Китай, его встречает заместитель мэра города Чунцин. Все обратили внимание на унижение для канцлера Германии. Всё так и есть, действительно унизили, заместитель мэра канцлера встретил. Мало кто обратил внимание на размер города Чунцин, там население 32 миллиона человек. То есть один город в Китае, как вся Украина. Чтобы был понятен масштаб этого всего. Там банков огромное количество. И они не все выстроены вот так под стойку смирно. А во-вторых, зачем Китаю подставлять свою финансовую систему под американские санкции, которые так и ждут, чтобы разрушить торговли уже Китая с Европой и с остальным миром. Поэтому Китай лавирует.

Ворсобин: Замечательно. Я, кстати, вспоминаю, как осложнились еще при Хрущеве отношения России с Китаем. Там ведь, по большому счету, Америка же заключила неожиданный союз с Китаем в тот момент.

Стариков: Через 10 лет после того, что вы сказали.

Ворсобин: Да, конечно. Но это было очень важно. Это был удар в спину, по большому счету, всему социалистическому блоку, когда Китай начал привлекать американских инвесторов. Вы тут правы. Дело действительно в том, что ему выгодно. Когда вы говорили про Турцию, что она никогда не была союзником, это показывает вся история. Сколько же войн было с турками, все это вошло в наш эпос. Но с китайцами у нас тоже, по большому счету, не было никогда дружбы.

Стариков: У нас была дружба.

Ворсобин: Когда?

Стариков: В период Сталина. С 1943 года, наверное, самая крепкая дружба у нас началась с 1943 года по 1953 году. 10 лет прямо не разлей вода дружбы. Советский Союз признал Китайскую Народную Республику, помог ей, промышленность вышла на совершенно иной уровень. Кстати, дорогие друзья, я просто для справки смотрел недавно фильм замечательного советского режиссера Герасимова. Он рассказывал о Китае, победившем, то есть, 49-й год Китай. Там произносится цифра, которую я запомнил, 500 миллионов населения. То есть с того момента у Китая почти в два и два раза выросло население. Так что Коммунистическая партия Китая может этим гордиться.

Ворсобин: Надо криптовалюту развивать, я думаю, ее легализовывать, потому что в случае такой даже организованной блокады, если вдруг она удастся, есть такой путь, кстати, вполне себе прогрессивный, потому что целые страны Латинской Америки уже перешли на крипту. И вот именно это можно делать.

Стариков: Крипта – это инструмент тех же самых банкиров что и доллар. Поэтому делать из него главное платежное средство глупо и не нужно. Нужно усиливать свою финансовую систему. Никто сегодня в здравом смысле не собирается отключать Китай от финансовой системы. Он ищет повод для этого, потому что будет неудобно всему миру. Нужно масштабировать нашу экономику и тогда за нашей картой «Мир» будут выстраиваться в очередь. А сегодня мы видим что? Киргизия говорит, мы не можем принимать карту «Мир». Когда мы начинаем возмущаться, они находят очень красивое объяснение, такое смешное. А у нас латвийское оборудование и латвийские программы. А Латвия вела санкции, и вот мы ничего не можем.

Ворсобин: Грозится отключить.

Стариков: Это же смешно.

Ворсобин: Почему смешно?

Стариков: Потому что это смешно. Киргизия, Латвия, а в результате страдаем мы.

Ворсобин: Они делают все, что им выгодно.

Стариков: Давайте делать все, что выгодно нам. Нам выгодно, чтобы наш рубль принимали во всем мире. Чтобы он не становился придатком рупий или юаня.

Ворсобин: А как это сделать, Николай?

Стариков: Прочитать программу «Курс», которую мы разработали с коллегами. Внимательно следить за выступлениями Александра Михайловича Бабакова.

Ворсобин: Я сам нарвался.

Стариков: Заместитель председателя Государственной Думы. Дорогие друзья, есть рецепты усиления и резкого наращивания масштаба экономики России.

Ворсобин: Следующая тема. Калининградская область первая в России ввела меры поддержки для репатриантов. Любопытное новшество от губернатора Антона Лиханова. Он обещает, что те, кто переселится из-за границы...

Стариков: Репатриант – это соотечественник, возвращающийся из-за границы.

Ворсобин: Правда общая сумма компенсации не должна превышать 135 тысяч рублей. Скромненько. Предлагает признание ученых степеней, званий, аренду квартиру в течение полугода. Это хорошо. Медицинское свидетельствование.

Стариков: Не больше 132 тысяч рублей. Помощь есть, но она не то, что сыр в масле катаешься. Здесь стоит сказать несколько слов. Во-первых, губернатор Калининградской области молодец. Потому что он одним из первых, если не первым в стране ввел систему системной поддержки переселяющихся. Речь идет о наших соотечественниках, но с ними едут те, кто никогда не был нашими соотечественниками. То есть девушка вышла замуж за немца, они возвращаются. Это все сразу масштабируется. Это первый только этап. Далее. У нас в эфире был в программе Анатолий Бублик из проекта «Путь домой». Эта организация сделала очень много для того, чтобы в том числе и в Калининградской области были введены эти меры. А в целом, дорогие друзья, вместо неконтролируемой миграции из Средней Азии нам нужен контролируемый привоз людей одной нашей с вами культуры. Европейцев, немцев, французов, русских, которые там живут. Хорошо, что меры поддержки ввели в Калининградской области. Почему это очень важно? Потому что немцы в силу географии и в силу истории, кстати, им в Калининградскую область психологически легче переехать.

Ворсобин: Да, потому что это Европа.

Стариков: Ну, не только Европа, там есть исторические корни. Но дальше, приехав в Калининградскую область, кто-то останется там, кто-то может поедет дальше, кто-то в Сибирь поедет осваивать бескрайние просторы.

Ворсобин: И на этой прекрасной романтической ноте мы прервемся. И вернемся к вам через неделю. Спасибо, Николай Стариков, Владимир Ворсобин.

Стариков: До свидания.

Проект реализуется при поддержке Президентского Фонда культурных инициатив.

#Фондкультурныхинициатив #Грантдляреактивныхкоман


Скачать 41.57 Мб

Подпишитесь на рассылку

Одно письмо в день – подборка материалов с сайта, ТВ-эфиров, телеграма и подкаста.

Можно отписаться в любой момент.

Комментарии