В очередном выпуске моей авторской программы «По сути дела», что выходит на радио «Комсомольская Правда» по вторникам в 20:00, вместе с заместителем редактора отдела политики КП Андреем Зобовым подвели итоги года текущего и заглянули в год грядущий.
Хронометраж:
00:00 Вступление
00:31 Атака киевского режима на госрезиденцию Президента России
05:51 На что рассчитывал Зеленский, совершая покушение на жизнь Президента России?
08:21 Солидарность международного сообщества по киевскому режиму
11:22 Новый коррупционный скандал в Верховной раде
16:12 Почему Трамп не лишает Украину данных разведки
21:20 Вероятность заключить мир в 2026 году
22:35 Фактически и исторически 2025-й год стал годом Победы
28:37 Главные события 2025 года в экономике
33:49 Развитие ИИ в России
37:39 Самые резонансные общественные вопросы в 2025 году
40:36 Беспрецедентная борьба с коррупцией
42:12 Главные политики 2025 года – Путин и Трамп
Проект реализуется при поддержке Президентского Фонда культурных инициатив.
#Фондкультурныхинициатив #Грантдлякреативныхкоманд
Предлагаю вашему вниманию стенограмму прямого эфира.
Стариков: Добрый вечер, дорогие друзья. В эфире программа «По сути дела». Ну, по сути дела, у нас сегодня завершающий выпуск 2025 года, дорогие друзья, поэтому мы…
Зобов: Попытаемся подвести его итоги и не только поговорить, естественно, о самых главных новостях последних дней, тем более что они на эти итоги действительно существенно влияют. И начнём мы, естественно, с атаки на резиденцию Владимира Путина, на госрезиденцию, которая находится, судя по всему, на Валдае. Понятное дело, что это Новгородская область. 91 украинский дрон, как вы прекрасно знаете, был сбит на подлёте, и это существенно изменило всю картину, начиная от переговоров. Кстати, мне кажется безумно впечатляющим было обращение Сергея Викторовича Лаврова, который первым объявил и рассказал об этом. Он объявил таким голосом, который, мне кажется, я слышал только на каких-то заявлениях Информбюро. Он был абсолютно очень глубокий, дикторский, мощный и холодный.
Стариков: Обратите внимание, не было видео, было только аудио. Мне кажется, что именно Сергей Викторович Лавров озвучил то, что произошло, то, что Россия об этом сообщила президенту Трампу, что будут изменения в нашей переговорной позиции, именно чтобы не было никаких сомнений, что это не заявление военных или ещё кого-то. Это говорит министр иностранных дел, который занимается внешней политикой, и вот в той части внешней политики, которая связана с сегодняшними переговорами с американцами, там Россия будет что-то менять.
Зобов: В целом нужно сказать, что другие страны прекрасно поняли, и отчасти глава МИД это сказал для того, чтобы это было заявлено на весь мир, чтобы другие страны реагировали. Например, Индия, другие наши союзники, Пакистан и так далее.
Стариков: Это официальная позиция России, и на неё надо реагировать, и сегодня мы эту реакцию увидели. Смотрите, дорогие друзья, чтобы понять, что произошло, давайте вернёмся к фактам. Служба внешней разведки России неоднократно за 2025 год, а мы сегодня всё-таки итоги подводим, говорила о готовящихся провокациях в той или иной форме, которые готовят Великобритания и их подопечные из всевозможных украинских спецслужб. Далее, 15 декабря, то есть совсем недавно, выступала новая руководитель MI‑6, британской спецслужбы, которая заявила о том, что Россия якобы ведёт гибридную войну против Великобритании, а значит, Великобритания будет воевать с Россией везде, на всех фронтах. Она сделала это заявление. Проходит 10 дней, и сам Зеленский в своём так называемом рождественском обращении использует слова, которые я повторять в эфире не буду, — пожелания смерти, не называя кого, но из контекста можно догадаться, что это те, кто не нравится украинским политиканам. Вот так это выглядит. Это 25‑е число.
Далее Зеленский отправляется на переговоры в Соединённые Штаты Америки, и как только переговоры заканчиваются, с учётом разницы во времени, тогда наносится этот массированный удар, в котором, как вы сказали, Андрей, 91 дрон.
Зобов: Более того, нужно сказать, что подлётное время до этих объектов с территории Украины — больше трёх часов, то есть, скорее всего, они были запущены как раз перед началом переговоров. Как только Зеленский, условно говоря, сел с Трампом, беспилотники взлетели.
Стариков: А подготовлено это было ещё за несколько дней. Ну, 91 беспилотник — это серьёзно.
Зобов: Зеленский, ведя переговоры, участвовал после переговоров в пресс‑конференции, где Дональд Трамп говорил много комплиментов, говорил, что понимает позицию Путина, во многом согласен, говорил, что Путин желает…, был маленький кусочек видео сразу после этой пресс‑конференции, где Трамп говорит, что Путин желает добра и процветания Украине, и Зеленский ухмылялся. Можно понять, почему он ухмылялся, учитывая, что он‑то как раз знал, что прямо в этот момент дроны подлетают к резиденции.
Стариков: Я тоже хотел подчеркнуть, что эта операция, которую, на мой взгляд, сделали англичане вместе с украинцами или даже без украинцев — это уже не играет никакой роли, — конечно, была известна Зеленскому. Эта хронология всех событий и заявлений не случайна. Теперь, с пониманием того, что это было покушение на жизнь президента России, на секунду вернитесь к словам главы MI‑6, а потом к словам Зеленского в рождественском обращении. Тогда логика появляется: это был не просто выплеск злобы, пожелание смерти, а конкретный намёк на ту спецоперацию, которая уже была задумана и должна была быть реализована. Но, как говорится, на всякого молодца найдётся другой молодец.
Зобов: Вот единственный вопрос, совершенно искренний. Я не очень понимаю: как вы считаете, они же вряд ли рассчитывали действительно на успех этой операции, учитывая, что это государственный объект, там ведь не только резиденция, эта резиденция была построена ещё в СССР в 1939 году. То есть там государственный объект.
Стариков: Андрей, да, но давайте отложим в сторону технические подробности.
Зобов: Вопрос как раз политический: рассчитывали ли они на успех операции или на раздражение России?
Стариков: Конечно, они рассчитывали на убийство. Это было покушение, и количество беспилотников, которые использовались, говорит об этом. Если вы хотите кого‑то потревожить, побеспокоить, потому что испугать — глупо. Невозможно испугать беспилотниками Путина, невозможно немецкими бомбардировщиками испугать Сталина. Это невозможно. Но попытаться изменить ход событий, который ведёт к неминуемому краху режима, путём убийства первого лица — это излюбленная позиция Великобритании. Напомню вам, что Павел I был убит в результате государственного переворота в России, и всё пошло совершенно иначе. В тот момент, кстати, Павел объявил войну Великобритании. Это один из штрихов в нашей истории.
Вспомним, как действовал Гитлер. У него была надежда на развал антигитлеровской коалиции. Он пытался добиться этого убийством лидеров антигитлеровской коалиции — Тегеран‑43, там пытались их убить. Тогда пришли бы новые лидеры, уже не было бы договорённостей, не было бы личных симпатий. И мы видим, что, когда Рузвельт действительно скончался или был убит — это отдельная история — в 1945 году пришёл президент Трумэн, казалось бы, его вице‑президент, но его отношения со Сталиным и Советским Союзом были совершенно другого уровня. То есть Гитлер пытался действовать именно так. Потому что военные авантюры не приносят никакого результата, хотя их пытается реализовать Зеленский.
Давайте к этому страшному «блюду» добавим ещё сегодняшнюю медийную активность, помноженную на контратаки в районе Купянска. Вот туда стянули, и пытаются военным путём показать накануне полёта Зеленского к Трампу, что они ещё «ого‑го» и могут что‑то делать, и надо им давать оружие, деньги, дипломатическую поддержку. Поэтому хотели убить. Это было покушение. Отсюда и реакция России.
Вот здесь, дорогие друзья, давайте ещё внимательно сосредоточимся на том, как Россия поймала нашего врага на противоходе, как в единоборствах. Киевский режим осуществляет террористические акты на территории России — успешные, безуспешные, — и почти всегда оставляет визитную карточку и говорит: «Это мы, это мы». И когда российские спецслужбы или российское ПВО, или все вместе предотвратили это покушение, они говорят: «Это не мы», потому что сразу поняли, к каким геополитическим последствиям это приведёт.
Теперь международное сообщество солидаризовалось с Россией, прямо такие слова есть в телеграммах и высказываниях Индии, Пакистана и других стран. То есть агрессор — киевский режим, а Россия — жертва агрессии, что и есть правда всей специальной военной операции и десяти лет, которые ей предшествовали. В этом смысл, и это стало понятно для всего мира. Это первое.
Второе. Россия получила фактически карт‑бланш на изменение своей позиции. Теперь Россия скажет: «Вот будет так, а не так». Ну, давайте скажем, надо вывести войска не только, это моё предположение, не только с Донецкой области, Запорожской. А почему вы поменяли позицию?
Зобов: Ну как? А почему не Одесса? Кстати, у нас есть войска ещё в Харьковской и Сумской областях, которые в данный момент создают то, что Владимир Владимирович в тот же день называл зонами безопасности. Войска наши там уже на территории больше 150 км, по‑моему, даже больше, около 300.
Стариков: Андрей, подождите, давайте закончу. Первое — это изменение или фиксация отношения остального мира. Второе — возможность изменять нашу позицию. В‑третьих, мы подвесили самого Зеленского. Ведь не секрет, что на него не было покушений, потому что Путин такое решение принял.
Зобов: Ну да, об этом говорил ещё премьер‑министр Израиля в 2022 году.
Стариков: А теперь какое будет решение? Россия ничего не говорит на этот счёт. Она скажет в своё время или потом, или вообще не будет заявлений. Это игра на нервах у того, кто пытался тебя убить, у Зеленского. Поэтому Россия получила много преимуществ от того, что террористический акт, задуманный киевским режимом, был ими осуществлён, но не принёс никаких результатов, кроме отрицательных.
Зобов: Он, впрочем, принёс тот результат, на который они рассчитывали отчасти. Они всё последнее время делают всё, чтобы сорвать переговорный процесс. И, мне кажется, жизнь Зеленского, в крайнем случае, для британцев не такая уж и большая цена. Им самое главное — сорвать мир в любом случае.
Стариков: Да. В общем, сейчас у России в определённом смысле карт‑бланш, и в ближайшее время, думаю, мы увидим действия и изменения позиции России.
Зобов: А мы продолжим в следующей части. Оставайтесь с нами.
Мы возвращаемся в эфир «По сути дела». Напротив меня Николай Стариков, я Андрей Зобов. И мы продолжаем, думаю, стоит продолжить про переговоры. Есть интересная история: в тот момент, когда Зеленский уехал в Соединённые Штаты Америки, снова активизировались НАБУ и САП. Они предъявили подозрения нескольким депутатам за то, что они получали зарплаты в конвертах за голосование, депутатам Верховной рады, естественно. Эти депутаты очень близки к тому, кто заменил Миндича и рулит сейчас всеми преступными схемами Зеленского. Это Шефер, один из братьев Шеферов, кошелёк Зеленского очень долгое время, его старый друг по «Кварталу 95».
Как вы думаете, намёки, вот эта игра — ей управляет Трамп или Европа? Это давление на Зеленского? Его хотят заставить сломаться или не сломаться? Кто на него пытается давить?
Стариков: В данном случае американцы, условно, и Трамп, потому что для него окончание конфликта — вопрос личного престижа, а не симпатии к Украине или России. Он явно на Зеленского смотрит свысока не только потому, что выше его по росту, а потому что с Зеленским у него связаны исключительно негативные эмоции. Сейчас Зеленский мешает, с точки зрения Трампа, ему нарисовать ещё одну звёздочку миротворца.
Зобов: И не просто звездочку, кроме того, заручиться отношениями с Россией, что крайне важно для внешней политики Соединённых Штатов и будущей внешней политики, какой её видит Трамп, Вэнс, Рубио и другие.
Стариков: Дело в том, что мировая политика вступила в такой этап, когда для Запада Трамп стал ключевой фигурой, может быть, даже больше, чем для Запада. У нас своя политическая система, свой суверенитет, и мы обсуждаем Соединённые Штаты Америки, взаимодействуем с ними, в определённой степени зависим от того, чтобы они не помогали нашим противникам в той степени, как помогали, да, конечно, хотим.
Зобов: И более того, в итоге мы добились серьёзного сокращения помощи за год.
Стариков: Да, помощь сократилась, но нельзя сказать, что её нет вообще. Это не так. Поэтому всё вертится вокруг Дональда Трампа.
Поэтому, когда вы спрашиваете, кто на кого давит, конечно, Трамп на Зеленского давит. Вы упомянули фамилию Миндича. Ему предъявлены обвинения в создании коррупционной схемы, и тут на уходящей неделе некий смелый и, наверное, отчасти честный украинский журналист — там, наверное, тоже такие есть — пришёл и нашёл Миндича в Израиле. Давайте вернёмся к схеме, которую мы нарисовали. США давят на Зеленского, и главный фигурант, носитель информации, ценный свидетель решил спрятаться от американской Фемиды в Израиле, на пляже. Прямо на пляже его и нашли: он не то, что лежал или гулял, пришёл журналист, начал задавать вопросы. Можно этот ролик посмотреть в моём Telegram‑канале «nstarikov».
Зобов: Да, он очень недовольно что‑то отбрыкивался и отнекивался.
Стариков: На чистейшем русском языке, даже не заморачивался на мову. Вопрос: это не похоже на фарс? От американской Фемиды спрятался в Израиле на пляже. Его там, конечно, не найти, не выдать, не убить, ничего с ним не сделать. Видно, что человек ни о чём не волнуется, в отношении него ничего не происходит, кроме того, что он из Киева переместился в Тель‑Авив или ещё куда‑то, и всё. Временно, наверное, из Израиля выезжать не будет. Согласитесь, если бы американцы хотели получить компромат, надавить, у Миндича была бы другая судьба. Я понимаю, что, может быть, Израиль не выдаёт своих граждан. Вопросы же задать можно?
Зобов: Вот, кстати, мне тут хотелось бы спросить: много разговоров о том, что есть реальные способы надавить, один из самых действенных — прекращение поставки разведданных. Потому что система разведки США в десятки раз превосходит систему разведки всех европейских стран.
Стариков: А у европейских стран почти нет своей разведки, их разведка — американская.
Зобов: Только у Великобритании есть свои спутники, есть ещё частные спутники у разных европейских компаний, не более того. А у США есть существенная спутниковая военная группировка, которая снимает все эти данные, в частности и частные спутники тоже. Почему Трамп, который так хочет, так старается, так пытается, не делает этого?
Стариков: А вы действительно этого не понимаете? Ответ лежит на поверхности. Задавая этот вопрос, вы подразумеваете, что Дональд Трамп ради достижения звёздочки миротворца готов сделать то, что его политическими противниками в США и всей Западной Европой будет трактоваться как предательство: взял и рубильник выключил.
Зобов: Но он же сделал это…
Стариков: Он не сделал этого. Он угрожал это сделать.
Зобов: Он сделал это на три дня.
Стариков: Прямо герой, на три дня. Вопрос первый: он хочет это сделать? Ответ — нет, потому что для него это несёт большие политические риски, обвинения. Зачем ему это нужно? Ему нужен мир в том виде, как Америка хотела бы, — замороженный конфликт, а не победа России и победоносное движение нашей армии вперёд. Не это ему нужно. Поэтому он не хочет это делать.
Второй вопрос, который, наверное, надо задавать не нам с вами, а ему: а может ли он это сделать? Может, он не может. Он скажет: «Отключить», — а там не отключат. Кто снабжал разведданными эти 91 беспилотник? Только англичане и, может, американцы тоже. Это игра. Дональд Трамп искренне возмущён: это безрассудные шаги. А на вопрос: «А как там американская разведка?» — ответят: «Мы разберёмся, это какие‑то нечистоплотные цэрэушники и ещё кто‑то». Простор для игры огромный.
Не надо считать, что Дональд Трамп стоит в наших воротах или бегает в нашей форме на поле. Он пытается сделать вид, что он судья. На самом деле у него проступает форма нашего противника сквозь белую футболочку с чёрными полосочками судьи, которую он на себя напялил. Вот почему, он не собирается это делать, и не стоит этого даже ожидать. От него можно ожидать давления на Зеленского, снижения помощи, но не выключения рубильника, при котором режим сразу рухнет. Финансовое бремя переложили на европейцев, те дали Зеленскому 60 млрд на два года, у него на ближайшее время деньги есть. И вот он занимает непримиримую позицию, пытается лавировать, вешать лапшу Трампу.
Зобов: Почему Зеленский всё‑таки не соглашается ни на какие условия и почему не согласится — понятно.
Стариков: Потому что 60 млрд ему дали.
Зобов: С одной стороны, дали 60 млрд, а с другой — у всей Европы есть надежда, что демократы победят 6 ноября 2026 года на выборах. Предвыборная кампания начнётся уже в марте‑апреле. Можно сказать, что, если до этих пор не будет заключён мир, ситуация будет гораздо сложнее.
Стариков: Вот ещё один аргумент, почему Трамп не будет этого делать. Зачем к выборам, где его обвиняют в поражении, которое сейчас несёт Республиканская партия, он ещё сделает что‑то, что, может быть, и не повлияет на американского избирателя? Американскому избирателю, по большому счёту, плевать, есть Украина или нет, вырубил он помощь или нет.
Зобов: Половина избирателей не знает, где она на карте.
Стариков: Но политические противники скажут: «Дональд, ты предал, а вместе с этим предал и нас. Мы тебя поставили во главе Республиканской партии, надеясь, что ты нас поведёшь в светлое будущее, в Сенат и Конгресс. А вместо этого мы проиграли выборы. Дональд, как так?» Начнётся трактовка.
Поэтому нельзя делать резких шагов. Он угощает картошкой, кока-колой, хлопает Зеленского по плечу, глумится над ним в прямом эфире. Ему это приятно. Он говорит, что Путин заботится об Украине. Путин действительно заботится об Украине, но Зеленскому это слушать — как зубная боль, поэтому он кривится. А Трамп это не понимает? Конечно, понимает, но говорит, потому что хочет унизить Зеленского.
Но в этот момент, возвращаясь к первой части программы, Зеленский стоит и думает, ухмыляется: «Ладно, ладно, полетят. Сейчас я уеду, и полетят эти беспилотники, и, может быть, они вообще изменят всю ситуацию». Британия всегда старается нетрадиционными вещами серьёзно повлиять на ход событий. Эти нетрадиционные вещи — либо измена, либо политическое убийство, либо серьёзная провокация.
Зобов: Кстати, подводя итоги года, вспоминаю, как ещё в феврале или марте, как только Трамп пришёл к власти, я спрашивал одного из самых выдающихся российских политологов, Фёдора Лукьянова, главу дискуссионного клуба «Валдай»: «Какова вероятность, что мы заключим мир?» Он долго ломал голову и сказал: 50 на 50.
А теперь, под конец года, мы понимаем, что 50 не заключим, мир в 2025 году уж точно не заключили. Какова вероятность на следующий год?
Стариков: Я думаю, 20% я, как оптимист, оставил бы на то, что голос разума восторжествует. Но как реалист, считаю, что никто, кроме русского солдата, эти вопросы решить не может. Поэтому 20% — что удастся договориться, 80% — что всё будет решено на поле битвы.
Зобов: Это поразительно, потому что мы с вами сошлись почти идеально. Я 25 на 75 загадал. До начала передачи я задал этот вопрос, попросил подумать. Мы, не сговариваясь, примерно одну и ту же цифру называем: у меня 25–75, у вас 20–80. Короче говоря, все события и весь этот шок после атаки на резиденцию всё изменили.
А мы продолжим в следующей части и подведём итоги года по другим темам.
Возвращаемся в эфир «По сути дела». Напротив меня Николай Стариков, я Андрей Зобов. Итоги 2025 года. Я буду набрасывать, как мне кажется, самые важные темы, а вы, Николай Викторович, расскажете чуть подробнее.
Стариков: Дорогие друзья, мы решили по разным направлениям двинуться и взять основные события, которые считаем главными в той или иной тематике.
Зобов: Да, мне кажется, что начать нужно с того, что этот год и исторически, и фактически можно назвать годом победы.
Стариков: Исторически — восьмидесятилетие победы в Великой Отечественной.
Зобов: А фактически — потому что мы смогли освободить Курскую область и полностью переломили ход военных действий.
Стариков: Это и есть, на мой взгляд, основное событие, если связать его с ходом военных действий. Действительно, территория Курской области была освобождена, но мы понимаем, что процесс освобождения нашей конституционной территории ещё продолжается. Весь ход переговоров, которые сейчас Россия ведёт с Соединёнными Штатами Америки, призван сделать одну вещь: бескровно освободить конституционную территорию Российской Федерации, чего Зеленский, англичане и часть западных политиков категорически не хотят. Это основное.
Ещё я бы сказал, что, мне кажется, я не военный эксперт, в 2025 году наши Вооружённые силы нашли какой‑то ключ, которым можно открывать или вскрывать оборону противника, потому что дела пошли очень хорошо в смысле скорости продвижения. А ведь помните, в 2022–2023 годах речь шла о том, что это Первая мировая война, позиционная, все закопались, зарылись, никто никуда не сдвинется. А мы видим сейчас другую картину.
Зобов: Мне кажется, здесь, как ни странно, стоит обратиться к словам нашего недруга, посла Украины в Великобритании господина Залужного, который в начале года или в конце предыдущего опубликовал статью про то, что Украина на фронте создала стену дронов. У киевского режима тогда действительно было преимущество по дронам, и они создали мёртвую зону, через которую двигаться, даже если ты один человек и ползёшь ползком, было очень тяжело. Но за этот год, к концу прошлого года, официально на коллегии Министерства обороны было принято решение создать войска беспилотников, беспилотные войска России. В этом году они ещё не окончательно сформированы, но сформирован отряд «Рубикон», который переломил ситуацию. Во‑первых, усилия военно‑промышленного комплекса, потому что с каждым годом мы не только создаём новые модели беспилотников, но и наращиваем их производство. В этом году случился перелом: стену дронов удалось сломать, и сломать дроны могут только другие дроны, как оказалось.
В первую очередь наши беспилотные войска стали лучше, а наша разведка достигла такого уровня, что мы соперничаем в этом с Соединёнными Штатами, которые на 2022 год, если честно, по системам слежения нас, к сожалению, превосходили. Сейчас это уже либо не так, либо мы очень близко и соревнуемся ноздря в ноздрю. Поэтому нам удалось сначала сломать стену дронов, а потом уже за счёт храбрости наших солдат, блестящих действий наших командиров, за счёт того, что мы научились правильно окружать, охватывать города, не теряя в них огромное количество людей, мы окружаем города, обрезаем поставки, полностью делаем мёртвую зону, с помощью тех же беспилотников. Только теперь стену дронов создаём мы, и эта стена дронов движется на врага.
Как мы видим, если мы говорили о том, как долго брали Артёмовск, он же Бахмут, какие там были бои, то сейчас просто посмотрите на новости: у нас каждый месяц по два‑три города берётся. Это серьёзные темпы продвижения, другие темпы.
Стариков: Гуляйполе, по‑моему, за 12 дней взяли — от момента подхода к городу до его окончательного освобождения. Действительно, появились навыки, понимание, как это делать, появились опытные солдаты и офицеры, появилось оснащение, появился «Рубикон» и другие подразделения, связанные с беспилотной тематикой, и движение идёт. А теперь, дорогие друзья, мы начинаем противника растягивать. Об этом пишут украинские ресурсы: здесь начали движение — перебрасывается что‑то. Во Второй мировой, в Великой Отечественной, было то же самое: элитные части у Гитлера, в том числе «Лейбштандарт Адольф Гитлер», это было пожарной командой, их перебрасывали с места на место, чтобы остановить то или иное наступление. Сейчас мы видим, что они свои элитные части стянули к одному месту — к Купянску.
Зобов: Зеленский клялся, делал коллажи на фоне стелы у Купянска, поэтому там всё принципиально для Украины, и если ничего не получится и в этот раз, а мы верим и держим кулаки за парней, ничего не должно получиться. Удачи нашим ребятам.
Стариков: Следующая тема, событие, которое мы хотели проанализировать, — это экономика. Давайте начнём с мирового уровня, потом поговорим о нашей. Главное событие 2025 года — беспрецедентный рост цены на золото. Сейчас это уже примерно 4500 за тройскую унцию. Чтобы было понятно, потому что тройские унции и 4500 долларов непонятно много это или мало. Во‑первых, цена за год выросла на 70%. Рост цены на золото значит, что происходит бегство долларов.
Зобов: Это действительно так.
Стариков: В долларах золото становится дороже, значит, владельцы долларов скупают золото. Был интересный материал: оказывается, не центральные банки сейчас главные покупатели золота, а некая фирма, условно «Рога и копыта», вдруг стала главным приобретателем мирового золота в таких масштабах, что цена выросла. Перед нами сами глобалисты, которые скупают золото по причинам, которые мы оставим за скобками, и цена растёт. Чтобы было понятно, что такое долларовая инфляция. В тот момент, когда нынешняя экономическая система в фундаментальном виде была создана в Бреттон‑Вудсе, в 1945 году, тройская унция золота стоила примерно 33–35 долларов. Сейчас — 4500. Посчитайте: прошло меньше 100 лет, в общем 80 лет. Доллар обесценился в 100 и более раз.
Зобов: Ну, чуть больше, чем в 100 раз, действительно. И я хочу добавить, что, помимо всего прочего, как бы это ни было потрясающе, самой сильной валютой этого года, показавшей наибольший рост, 45%, стал рубль.
Стариков: А вы знаете, Андрей, я бы этому не очень радовался. Знаете, почему? Чтобы стать самой сильной валютой, нужно сначала стать самой слабой. Если вспомним декабрь и начало января прошлого года, мы увидим сначала падение до 120, а потом неожиданный рост до сегодняшнего. Поэтому я сторонник того, чтобы курс рубля и доллара вот так шёл, а не по синусоиде. Он не должен скакать, как заяц, этим должен заниматься Центральный банк. Там написано — устойчивый курс рубля.
Зобов: И, собственно, Центральный банк этим и занимался.
Стариков: Нет, Центральный банк этим не занимается. Укрепление валюты на 45% вы называете устойчивостью курса? Это безобразие. Как падение на 45%, так и укрепление на 45% — безобразие.
Зобов: Нет, вы неправильно меня поняли. Центральному банку сначала нужно было стабилизировать ситуацию, и к концу года, как минимум, заявляют наши министерства и наш президент, ситуация более‑менее выровнялась, и инфляция у нас…
Стариков: Подождите, Андрей.
Зобов: Инфляция у нас сейчас примерно 6%.
Стариков: Послушайте, не надо говорить про инфляцию. Надо говорить про Конституцию. В Конституции написано: функция Центрального банка — обеспечение устойчивости курса рубля. Поднимите, пожалуйста, руки в студии, кто считает, что курс рубля устойчив. Вы только что сказали, что он на 45% меняется. На 45%! Это значит, что уважаемый Центральный банк по какой‑то неведомой нам причине не выполняет Конституцию Российской Федерации. А надо выполнять. Мы за Конституцию, за стабильный курс рубля, за прогнозируемость бизнеса, потому что, когда курс скачет, ничего хорошего не получается.
Теперь немного статистики. Мы много говорили о высокой ставке, мягкой посадке экономики, о прекрасных поэтических сравнениях, которые слышали. А теперь давайте прочитаем, что сегодня в новостной ленте. В некотором смысле это итог действий Центрального банка с высокой ключевой ставкой. Минэкономразвития, не мы с вами, сообщило, что в ноябре 2025 года ВВП России вырос на 0,1% в годовом выражении. Не в этом месяце на 0,1, а в годовом выражении. То есть экономика практически перестала расти. Это худший результат с начала 2023 года. Вот к чему приводят скачки валюты на 45%, высокая ставка: рост российской экономики остановился. Нам нужен рост экономики, а не 0,1, потому что мы живём в высококонкурентной политической среде, конкурируем с Соединёнными Штатами, Евросоюзом, Китаем, Индией и так далее. Вот что необходимо.
Зобов: Согласен, сложно спорить. Я думаю, что все люди вас поддержат, но здесь нужно понимать ситуацию, в которой мы находимся, и, возможно, решения властей отталкиваются не только от того, чего мы хотим, а от того, что возможно сделать. Давление на страну чудовищное.
Стариков: Возможно. Но Конституцию надо всё‑таки читать, дорогие друзья. А сейчас мы продолжим в следующей части.
Зобов: Возвращаемся в эфир, это снова «По сути дела», Николай Стариков, Андрей Зобов. Продолжаем подводить итоги года.
Стариков: Андрей, можно маленькая реплика. Сейчас смотрел новостную ленту, сообщение Минобороны: за три часа, с 20:00 до 23:00, сбито 37 украинских дронов. Это к вопросу о 91, много это или мало. У синоптиков есть выражение «месячная норма осадков». Вот дневная норма дронов была выпущена по резиденции нашего президента.
Зобов: Да. А мы возвращаемся к итогам года. Мне кажется, в отдельную тему нужно выделить искусственный интеллект. Меня удивило, поразило и вдохновило то, что несколько дней назад, на одном из последних совещаний, Владимир Путин — это было совещание Государственного совета — сказал, что мир действительно изменится кардинально в ближайшие 10–15 лет, мы его не узнаем. Одно дело, когда об этом говорят футурологи, люди заинтересованные, которые выпускают искусственный интеллект и нейросети. Понятно, что они хотят в это верить, им такие заявления выгодны, потому что они повышают спрос. Но когда это говорит президент — это другое дело.
Когда президент говорит: нужно менять систему образования, потому что искусственный интеллект повлияет на неё полностью, нужно переобучать учителей, нужно искать новые вакансии для людей, которые лишатся работы в скорое время. Мы уже видим начавшуюся технологическую революцию, итоги которой пока не видим, только начинаем чувствовать, но она произойдёт. Как сказал президент, такой революции мы не видели, и выход человека в космос — маленькое, несравнимое событие по сравнению с тем, на пороге чего мы находимся. Это не менее важно.
Стариков: Ну, это, безусловно, одно из событий уходящего года. Здесь нельзя отстать, потому что всё, что производит человечество, сразу идёт в военную сферу. Искусственный интеллект уже применяется в беспилотниках, системах наведения и так далее, это будет только нарастать. Думаю, что президент этого не сказал, но в первую очередь имеется в виду это. А второе — социальная сфера. Это не значит, что мы все будем попивать кофе, а за нас будут работать роботы. Но неуёмное желание заменять людей роботами должно быть обусловлено тем, что вы знаете, чем будут заниматься эти люди.
Вот я, например, не очень понимаю, зачем нужны беспилотные трамваи. Есть водители трамваев. Почему мы считаем, что они не нужны?
Зобов: А если беспилотный трамвай будет лучше управлять трамваем, чем водитель? Зачем водитель?
Стариков: А что значит лучше? В чём он может быть лучше? Есть какие‑то проблемы, меньший процент ДТП у трамваев, которыми управляют люди?
Зобов: Ну, их просто можно заменить, а людей отправить на улицу.
Стариков: Нет, Андрей, скажите, что это просто красиво: «У нас беспилотный трамвай, какой вы молодец». А мне хочется, чтобы водитель трамвая, женщина или мужчина, пришли домой, принесли зарплату, чувствовали значимость. Вы трудоустроили этих людей? Вы решили этот вопрос?
Зобов: Именно это и будет делать государство, именно это понимает государство, именно об этом говорил президент пару дней назад.
Стариков: Конечно. То есть социальная часть внедрения искусственных интеллектов должна обязательно просматриваться.
Зобов: Да. И общество, итоги по обществу. У нас было много резонансных дел, огромное количество мошенничеств, доходивших до хакерских атак на аэропорты.
Стариков: Я вам сразу скажу, и думаю, вы согласитесь. В деле Долиной, как в капле росы, отразились все страдания человечества. Тут и мошенники, и загадочное поведение взрослых опытных людей, и не менее загадочные решения взрослых опытных судей, и мудрое решение Верховного суда, который в 2025 году эту тему закрыл так, как требует закон и справедливость. Но сказать, что тема совсем закрыта, мы не можем, потому что Лариса Долина выйдет со своей квартиры или съедет в первых числах 2026 года.
Зобов: Ну, я думаю, что все видели в интернете, если не видели — посмотрите, как Лариса Александровна пакует вещички. Думаю, что эта тема будет закрыта несмотря на то, что придётся немного подождать по линии Лурье, но главное — победа здравого смысла.
Стариков: Закона.
Зобов: Закона. А по поводу мошенников была ещё тема: блокировочки. У нас стало чуть меньше мессенджеров, а звонить, мне кажется, можно только по «Максу».
Стариков: Ну, я хочу сказать, что созваниваюсь по «Максу» с некоторыми людьми, в первую очередь со своей мамой. Она освоила его, звонит, слышимость лучше. Не считайте, что я рекламирую, просто можете проверить: разговор по «Максу» по качеству звука лучше, чем у других мессенджеров в их лучшие времена.
Зобов: Вот тут не могу согласиться, потому что иногда…
Стариков: А вы нам не звонили ещё.
Зобов: Так я звонил огромное количество раз. Я же говорю, это практически единственный мессенджер.
Стариков: Значит, не туда звонили или не тому.
Зобов: Нет, действительно, слышимость хорошая. Но скажу честно: я доверился государству, подумал — ну вот, новый мессенджер, я за государство. Я перевёл госуслуги ещё в сентябре на код из «Макса». Через месяц я его получить не смог, перевёл обратно и теперь боюсь. Поэтому, мне кажется…
Стариков: Ну, вопрос, надо ли или не надо получать код, Андрей.
Зобов: «Макс» местами неплох, но…
Стариков: Я скажу так, о своём опыте. Вы говорили о звонках: я был с делегацией «Справедливой России» в Китае, звонил родным по «Максу».
Зобов: Мне было хорошо.
Стариков: Было хорошо, да.
Зобов: Это здорово. Но всё‑таки приложение надо дорабатывать: делать его ещё более безопасным, более качественным и удобным для пользователей.
А следующая тема… Вообще, в этом году практически каждую неделю сажали чиновников уровня замгубернатора и губернатора, а где‑то летом застрелился целый министр, покончил с собой. Темпы очищения, мне кажется, статистически в 10 раз выше, чем в предыдущие годы.
Стариков: Ну, очищение идёт, когда организм в стрессовом состоянии. Я имею в виду государство, оно сейчас…
Зобов: Это абсолютная правда, темпы этого очищения в 10 раз выше за последнее время.
Стариков: С одной стороны, это хорошо, с другой — надо, чтобы всё происходило строго в рамках закона. И самое важное — чтобы была придана парадигма мышления. Я иду работать в чиновники, потому что хочу служить родине. Если хочу заработать деньги — иду в бизнес. Если мне нравится внимание людей — иду ведущим радиостанции «Комсомольская правда». Идите туда, где хотите получить то, что вам нужно. Если вы идёте в чиновники, чтобы заработать деньги, вы окажетесь в тюрьме. Печально. Если идёте ещё куда‑то по несоответствию своих желаний и возможностей — тоже будут разочарования.
Зобов: Мне кажется, в итогах можно сказать, что наше государство действительно очищается и с темпами, которые не могут не радовать лично меня.
Стариков: Ну, в общем, да. Какие темы ещё остались?
Зобов: Международная политика.
Стариков: Международная политика. Главные политики 2025 года — это, конечно, Путин и Трамп. Что касается западного мира, Трамп полностью забрал всю повестку, всех задвинул по углам, всё время выдвигает инициативы, иногда непонятно для чего, но мне представляется, что он понимает, что делает. Просто выражается он на специфическом языке. Я хоть и небольшой знаток английского, но мне кажется, что до него и после него президенты США будут говорить по‑английски чуть иначе, потому что у Трампа своеобразная манера выражаться.
Зобов: И более того, это копируют его чиновники, и очень забавно, если слушать их совещания на английском, как они начинают свои речи с лёгкой манеры Трампа, начиная с того, что «величайший, прекраснейший Дональд вёл нас к великой победе и замирил 10 войн» и так далее.
Стариков: Андрей, это называется культ личности. Когда‑то говорили, что этим грешили в Советском Союзе.
Зобов: В общем, у нас возрождаются и культы личности, и рушатся, если не рушатся, то нарушаются старые союзы, потому что Европа и Соединённые Штаты в этом году сильно столкнулись интересами носами как раз из‑за украинского конфликта. Хорошо это или плохо для нас?
Стариков: Главных политиков мира мы уже назвали, 2025 год. Что касается главного события, мне кажется, что мир абсолютно изменился с точки зрения соотношения сил и отношения друг к другу. Это неплохо и нехорошо, всё будет познаваться дальше. Сказать, что XIX век хуже, чем XX, или наоборот, нельзя. Просто другое развитие событий. Та политическая мировая система, к которой мы привыкли после 1991 года, безвозвратно ушла в прошлое. На её место пришла другая. Сейчас она движется дальше, трансформируется.
Зобов: Ну и культ личности, мне кажется, это только переходная форма, а что будет дальше, мы увидим в ближайшие годы.
Стариков: Андрей, мы, как ответственные личности, дорогие друзья, поздравляем вас с наступающим Новым годом.
Зобов: Да, хотим вас поздравить и пожелать вам в наступающем году, чтобы все эти изменения, которые делают нас сильнее, делали сильнее и отбирали чуть меньше.
Стариков: Андрей, мы же поздравляем в первую очередь прекрасную половину человечества, поэтому не надо вам быть сильными, надо быть прекрасными, какими мы вас любим, дорогие друзья.
Зобов: Всего вам самого доброго и с наступающим Новым годом.
Стариков: До свидания.
Проект реализуется при поддержке Президентского Фонда культурных инициатив.
Подпишитесь на рассылку
Подборка материалов с сайта и ТВ-эфиров.
Комментарии