Хроники лжи «Ельцин-центра»: «Пермь-36. Отражение» — первые шаги для реабилитации «власовцев»?

21.01.2017

Источник: Накануне
В «Ельцин-центре» продолжили бороться за права «невинно» репрессированных, явно «следуя» призывам президента России не нагнетать страсти в обществе, не обострять вопросы истории и вести дискуссии в ключе примирения. 16 января прошел премьерный показ документального фильма Сергея Качкина «Пермь-36. Отражение», в основе которого лежат истории трех заключенных упомянутой колонии, а также история самого «единственного в России музея, посвященного памяти жертв политических репрессий». И все это, по словам автора фильма, отражает нынешнее положение в стране. Хотя что действительно отражает этот фильм – большой вопрос. Подробнее – в материале Накануне.RU.

16 января в «Ельцин-центре» показали ленту «Пермь-36. Отражение», автором, оператором и режиссером которой выступил Сергей Качкин. Казалось бы, в 2017 г., в столетие Октября, можно обойтись и без фильма про якобы невинно загубленных политзаключенных, но в «президентском учреждении», вероятно, не нашли ничего лучше, кроме как показать фильм, в котором дураками представлены и современные коммунисты, и коммунисты прошлого, и сквозит выражение «красно-коричневые», что намекает на то, чем был Советский проект для диссидентов. Но обо всем по порядку.

Пермь-36: отражение, документальный фильм, Пермь-36|Фото: eotperm.ru

Документальная лента длиною в 100 минут, на которую было потрачено пять лет, ожидалось, должна быть громкой, сильной, качественной, в конце концов. Однако фильм сам по себе слабый – неловкое повествование с долгими «многозначительными» паузами,  вступления а-ля «cмеркалось» и прочие художественные изыски. В общем, не под стать семимиллиардному «ЕЦ».

Анонс фильма «центр» дал такой:

«В центре сюжета – истории трех бывших политзаключенных лагеря „Пермь-36“. Рабочий Виктор Пестов был осужден за антисоветскую деятельность, литературовед Михаил Мейлах – за хранение запрещенной в СССР литературы, правозащитник Сергей Ковалев – за работу над выпуском еженедельника по правам человека в СССР. Спустя годы герои вновь возвращаются в лагерь, ныне музей, чтобы принять участие в форуме „Пилорама“. Не брезгуя провокацией, молодые коммунисты активно протестуют против существования музея и форума, рьяно вступая в дискуссии с бывшими диссидентами. Со временем им удается привлечь внимание общественности и власти, отчего над музеем сгущаются тучи».

В целом, смысл фильма среди историй трех «узников совести» и ситуации вокруг либерального форума «Пилорама» как-то теряется. Автор зачастую и сам не может сказать, о чем фильм. С одной стороны, он говорит, что «Пилорама» отражала состояние современного общества, которое расколото на несколько лагерей, с другой стороны, фильм отражает ностальгию граждан по Советскому Союзу, с третьей стороны, надо ведь автору как-то эту ностальгию отбить? Поэтому автор пытается доказать, что в СССР все было ужасно, ну и, наконец, Сергей Качкин ранее сам признавался, что просто боится, что «все может вернуться обратно». Вот такой разброс «вокруг да около», хотя, вероятно, что-то под этим скрыто еще. Например, русскоязычная обложка делает акцент на форуме, но англоязычная – на политических репрессиях СССР. К тому же кино идет с английскими субтитрами. И нашим, и вашим?

"Пермь-36. Отражение", документальный фильм, Сергей Качкин, обложки|Фото: vimeo.com

Кроме историй бывших заключенных, в фильме идет повествование и про ту самую колонию «Пермь-36», и про форум «Пилорама», которые не раз оскандалились за несколько лет. Про скандалы, конечно, нет ни слова, про то, что АНО «Пермь-36» был признан иностранным агентом и безуспешно пытался снять с себя это «почетное» звание – тоже. А ведь когда-то участники фестиваля сожгли копию Знамени Победы, проводили закрытые антисоветские дискуссии, где называли патриотов – стадом. Почему же автор не представил в фильме главных виновников закрытия «Пилорамы» — пермских общественных активистов? На показе киноленты в Перми режиссер ответил, что просто не хотел беседовать с теми, кто не разделяет его идеалов. Вот такое документальное кино, вот такой «плюрализм мнений».

И это, как было заявлено на нескольких интернет-площадках, было снято на «народные деньги». Действительно, после пяти лет съемок Сергей Качкин начал сбор средств на одной из краудфандинговых платформ в России. Требовалось собрать почти 500 тыс. руб. на монтаж, цветокоррекцию, звукорежиссуру и покупку прав на музыку. Акционерами на сайте стали 70 человек. Это вам не краудфандинг на фильм «28 панфиловцев» – около 35 млн руб. собрали более чем 35 тыс. граждан. Это все пустое, а вот «Пермь-36. Отражение» – это реально «народный фильм».

Хотя, вероятно, есть и еще один более щедрый единомышленник. Возможно, им является немецкий фонд «Bosch Robert Stiftung», что может указывать на прямую заинтересованность германской стороны в тиражировании сведений, содержащихся в фильме. Как стало известно Накануне.RU, неоднократно фиксировались факты выезда немецких дипломатов и представителей некоммерческих организаций в Пермь с целью проведения встреч с бывшими работниками музея «Пермь-36». В рамках указанных встреч руководство консульского учреждения высказывало заинтересованность в продолжении деятельности АНО. При этом, после ликвидации АНО, по совету представителей германского консульства, бывшие сотрудники «Пермь-36» продолжили работу по финансируемым иностранными грантодателями проектам. И о «неназванном меценате» также написал сам Сергей Качкин в заключительных титрах. Совпадение?

В «Ельцин-центре» фильм встретили активисты движения «Патриоты» – «пугали» либералов портретами Сталина, а также напоминали, кто сидел в колонии в подавляющем большинстве — по сведениям из многочисленных источников, контингент как минимум на 60% состоял из осужденных за измену Родине – полицаев, бандеровцев, «лесных братьев», карателей, привлеченных за шпионаж – и прочих «не политических».

митинг, акция протеста, "Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", движение "Патриоты"|Фото: vk.com

митинг, акция протеста, "Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", движение "Патриоты"|Фото: vk.com

митинг, акция протеста, "Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", движение "Патриоты"|Фото: vk.com

Вероятно, эта тема поднималась постоянно на протяжении создания и представления фильма, отчего Сергей Качкин начинает нервничать. Но об этом позже. Забавной деталью премьеры 16 января стало то, что все, кто покупали билеты на фильм про заключенных непосредственно в «ЕЦ», получали свой «порядковый» номер.

"Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", порядковый номер, билет|Фото: Накануне.RU

Первым «невинно» репрессированным перед зрителями предстает Виктор Пестов из Екатеринбурга. Его история проста донельзя – мать работала в КГБ, а он решил собрать подпольную антигосударственную организацию «Свободная Россия». Раньше в "Ельцин-центре" он рассказывал про то, как занимался «по полные уши антисоветчиной» и «сломал судьбу матери», так и в фильме спокойно пояснял, что вел антигосударственную деятельность. В итоге он был арестован в мае 1970 г., мать уволили из силовых органов, отец подал на развод. Как сказал в 2014 г. Сергей Качкин в одном из интервью – «система сломала их семью».

Кроме того, Пестов является членом общества «Мемориал», консультантом АНО «Пермь-36» и одним из подписантов письма «украинских интеллектуалов» в защиту музея, которое вместе подписали и члены УПА и УНА-УНСО (запрещенные в РФ организации). Возможно, поэтому он пришел на премьеру в столь интересной одежде.

"Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", Сергей Качкин, Виктор Пестов|Фото: Накануне.RU

Другим персонажем стал Михаил Мейлах. Его история также проста – собирал запрещенную зарубежную литературу, так называемый «тамиздат», потом бежал от следствия, но в итоге его поймали. Акцент в его истории делается на том, что он собирал книги, которые сейчас можно получить в свободном доступе – Набокова, Мандельштама, Солженицына. Но он сам говорит, что его дело занимало 6 томов. Что же осталось «за кадром»? Фильм умалчивает.

"Пермь-36. Отражение", Михаил Мейлах|Фото: vimeo.com

Наконец, завершает повествование «безвинных узников совести» ныне известный Сергей Ковалев, автор таких высказываний как: "Демократия — это не власть большинства, а права меньшинств! ", «Жить надо не по правилам, жить надо по совести». Они также есть в фильме.

пермь-36, Сергей Ковалев|Фото: an-terentjev.livejournal.com

Он не рассказывает, за что его арестовали, он лишь рассуждает о протестной активности «из-за стыда за страну», о самоуважении, из чего как будто должно сложиться впечатление, что он-то уж точно «узник совести».

В общем, дела политзэков в фильме не представлены, в них никто не разбирался, а если и есть какое-то упоминание о них, то, конечно, исключительно со слов самих осужденных – обычный ход в подобных кинолентах. Зачем рассказывать все? Зачем говорить, что в этом исправительно-трудовом лагере сидели реальные преступники, осужденные по действовавшим нормам закона? Как рассказывал в 2012 г. Анатолий Терентьев, полковник МВД в отставке, который в 1972—1975 гг. был куратором колонии №36 по линии МВД, все рассказы про «узников совести» в колонии – лишь рассказы:

"Пишут про «узников совести» каких-то. А большая часть тех, кто там содержались, — это бывшие полицейские, это «власовцы», это бывшие украинские националисты, белорусские «ребята», которые помогали немцам на оккупированных территориях, это «ОУНовцы», это те, которые воевали в составе дивизии СС «Галичина», это те, которые воевали в составе «Ваффен СС», «Лесные братья» были со всех республик (латыши, литовцы, эстонцы), солдаты, осужденные за воинские преступления … И они все это называют лагерем «политических».

Он же рассказывал, как «тяжко» приходилось жить заключенным:

«Сидел Ковалев за антисоветскую агитацию и пропаганду. В колонии набивал ТЭНы утюгов. Рядом был Лысьвенский турбогенераторный завод, там был цех по изготовлению утюгов. Вот 36-я колония занималась как раз набивкой ТЭНов, и он там работал. Выполнял план на 102%, чтобы ему дополнительно деньги дали. Это крохоборы, каких свет не видывал. Попробуй там чего-то не доплати, копейку, двадцать копеек, он будет судиться, он на все изойдет, чтобы эти 20 копеек получить».

"Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", Сергей Ковалёв|Фото: vimeo.com

Столь же «кошмарные» условия, кстати сказать, описывал и сам Виктор Пестов, но не в фильме – как писало в 2015 г. агентство «Регнум», этот персонаж проводил на фестивале «После Пилорамы» экскурсию по музею «для своих»:

"Детали для утюгов — работа непыльная. Я боялся, что пошлют на лесоповал. Думал, если попаду на лесоповал, то не выживу там. А когда приехал — ха! Условия нормальные. Соблюдали КЗОТ! Если вредное производство, то молоко давали. Если молока нет — сгущенка. Плохо, что ли? Норма была 840 штук в день. … И вот, значит, парни там работают, «ля-ля-тополя» друг с другом, обсуждают что-то, даже и не глядя, это все делают. Я думал: «Как же они так? Можно же пальцы себе повредить». Я когда перешел, я эти 840 штук… всю смену там колупаюсь. Ну, где-то месяц я так, а потом уже я эти 840 до обеда — и также — «ля-ля-тополя». После обеда я уже иду на пилораму, там Юрка Васильев, мой друг, работал. Я говорю: «Юра, я тут загораю, если эти появятся, ты щелкани». Я загораю, отдыхаю. Он: "Надзиратели! " Я — раз, встаю, прохожу через те цеха и иду в цех… Я им говорил: "Я норму сделал! " А они: «Все равно вы должны быть на рабочем месте». Я говорю: "Зачем? « Они: „Такой порядок“. И я, значит, иду на свое рабочее место — просто сижу, жду. Так что нормально было».

"Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", Сергей Качкин|Фото: Накануне.RU

Какой кошмар, «нормально» – это ведь не «отлично»! Но, наконец, 100 минут кончились, и можно было задать вопросы режиссеру. На вопрос об английских субтитрах и потенциальных зарубежных зрителях, а также о том, что может рассказать режиссер о «лесных братьях», бандеровцах, сидевших в колонии, Сергей Качкин начал как будто нервничать и защищаться:

"А почему вас это интересует? Почему вас всех интересуют бандеровцы? Я об этом вообще не упоминаю. Вот я не понимаю, зачем я буду вам на этот вопрос отвечать, он абсолютно провокационный. Так? Про английские субтитры я отвечу – да, я живу в рыночных условиях, мне нужно каким-то образом вернуть затраченные средства, я хочу, чтобы фильм этот был показан не только в нашей стране, в нашей стране – обязательно, но и за пределами нашей страны для того, чтобы телеканал его какой-нибудь купил. Потому что в нашей стране не существует рынка, к сожалению, просто по экономическим условиям. ... Мы открытая страна, да? Субтитры есть на французском языке, я хочу ещё сделать на немецком языке, я хочу, чтобы мы… не знаю… Слушайте, по-моему, это нормально... «.

"Ельцин-центр", "Пермь-36. Отражение", Сергей Качкин, Виктор Пестов|Фото: Накануне.RU

Неизвестно, кого „всех нас“ »интересуют бандеровцы", но «всех их» они явно не интересуют. И, видимо, в «Ельцин-центре» выстроилась определенная логика ответов на неудобные вопросы – называть спрашивающих либо «циниками и дебилами», либо «провокаторами»?

Не лишним будет отметить и «переобувание» режиссера – в 2014 г. он рассказывал о планах:

«Я рассчитываю, что после того, как фильм пройдет в фестивальном прокате, его покажут по федеральным телеканалам. В нем нет никакой крамолы. Если один из героев в интервью говорит мне, что Путин находится у власти нелегально, то это в фильм не войдет. Если оставить эту фразу, в Европе к моему фильму будет больший интерес, однако делать себе имя на Западе на теме политрепрессий, ну, как-то эгоистично. Гораздо лучше показать этот фильм на телевидении, чтобы миллионы людей посмотрели и вспомнили, что происходило в нашей стране».

Тем не менее, на вопрос о бандеровцах ответил Виктор Пестов, который подошел позже к спрашивающему и «популярно» объяснил:

«Насчет бандеровцев я тебе вот что могу сказать – в нашем лагере было 190 человек, из них бандеровцев было плюс-минус человек 20-30. Они, кстати, тоже были политзэки, и у них статьи-то – за антисоветскую агитацию и пропаганду, то же самое. Они-то сейчас получили пенсии, героев, пятое-десятое, только мы — вот что получили (показал дулю). Их оценили – прибалтов оценили, украинцев, всех. А у нас — как были в грязи, так и сидим в грязи».

Вот за что боролись «узники совести» – развал страны ради пенсии, наград и «пятого-десятого». Бандеровцев и лесных братьев на Украине и в Прибалтике, наконец-то, оценили (!), а в нашем темном государстве националистов не ценят. Вот так беда...

Не оставил этого вопроса и «коллега» выступающего, некий слушатель из зала, «завсегдатай» «ЕЦ»:

«Слушай, я бандеровцев с трех лет и до сих пор встречаю, приличные люди, уж лучше тебя! Я с детства среди них жил – на Урале, в Магадане, где ни бывал – везде были, по Сибири, по Уралу. Нормальные люди».

Так почему Сергей Качкин не снял фильм про этих «нормальных людей», раз их всех «оценили»? Почему он спокойно называет коммунистов «красно-коричневыми» и говорит о своей боязни, но как будто не против бандеровцев, по крайней мере, не хочет их обсуждать? Ответ напрашивается простой: потому что это вкладывается в логику реабилитации преступников и очернения советского прошлого. Как говорил в 2016 г. о возможности реабилитации «власовцев» представитель «ЕЦ» Никита Соколов, так, видимо, и делаются первые шаги?

Показать «невинно» репрессированных, оставить за кадром огромное количество реальных преступников – вот уже как будто и почва для начала «обсуждения». Но об этом ли говорил президент?


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Николай Стариков: «полoвая свобода» и закон о сeмeйно-бытовом нacилии, Колчак и ЛенинСталинские высотки против Ежовских репреcсийНиколай Стариков: ЗЕ!мля Украины и что будет после демократииЧем больше лгут про Сталина, тем выше его популярность в народе

Instagram Николая Старикова

Комментарии