Короткая война Виктора Талалихина.
Об одном из первых ночных таранов Великой Отечественной

13.08.2021

Короткая война Виктора Талалихина. Об одном из первых ночных таранов Великой Отечественной

Источник: tass.ru @ Юлия Острогожская

Первые месяцы войны для страны в целом и для столиц в особенности были не просто тяжелыми — они были катастрофическими. Враг вел свою «молниеносную» войну, и поначалу эта тактика была очень успешна. В условиях отступления наших и постоянных попыток противника сломить воинский дух бойцов Красной армии особенно важными были примеры смелых и отчаянных поступков. Один из таких примеров — ночной таран Виктора Талалихина.

Тараны до Виктора

«Таранить вражеский самолет совсем не просто. Одного мужества для этого недостаточно, здесь нужна ещё и отличная летная подготовка. Ну а в ночных условиях даже при идеальной погоде задача эта усложняется невероятно», — писал Алексей Маресьев.

Первый в мире ночной таран совершил в небе Испании капитан, впоследствии ставший инспектором по технике пилотирования 19-го истребительного авиаполка 1-й армейской группы Евгений Степанов, который ещё в 1937-м отправился в эту страну добровольцем под именем Эву Хеньо.

В ночь на 25 октября 1937 года Степанов на истребителе И-15 успешно один за одним атаковал два самолета противника и благополучно совершил посадку на аэродроме Сабадель.

Второй ночной таран в ночь на 29 июля 1941 года в небе Москвы совершил замкомандира эскадрильи 27-го истребительного авиаполка 6-го истребительного авиакорпуса Петр Еремеев. На истребителе МиГ-3 впервые в отечественной военной истории совершил ночной таран вражеского бомбардировщика «Юнкерс-88» в Истринском районе Московской области.

Но обо всем по порядку.

Тревожная ситуация

Начало войны было чрезвычайно тяжелым. Управление советскими войсками часто было затруднено из-за систематических нарушений связи, полосы обороны на некоторых участках оставались неприкрытыми, войскам зачастую не удавалось занимать оборону на ряде рубежей, что позволяло врагу с высокой скоростью продвигаться на сотни километров в глубь страны и один за одним занимать намеченные, важные для наступления плацдармы.

Даже на тех участках, где Красная армия и в личном составе, и в артиллерии, танках и боевых самолетах имела преимущество перед противником, часто не удавалось реализовать свои возможности, так как соединения, штабы, аэродромы с первых же дней войны подверглись мощным и прицельным авиационным ударам и понесли большие потери.

Наши войска отходили, технику в ряде случаев приходилось уничтожать: случались проблемы даже с мелкими неисправностями, которые нельзя было устранить, — не хватало ремонтных средств.

Все это привело к тому, что уже к середине июля немцам удалось добиться серьезных оперативно-стратегических успехов, продвинуться в глубь советской территории на 300–600 км. Германский генштаб сделал вывод, что СССР уже побежден, Красная Армия уже не сможет создать сплошной фронт обороны даже на важнейших направлениях.

Нацисты считали, что русские «не располагают аэростатами и совершенно не имеют ночной истребительной авиации», как говорил генерал-фельдмаршал Кессельринг накануне 22 июля 1941 года, когда был совершен первый авианалет на Москву.

Начальник генштаба сухопутных войск вермахта генерал Гальдер был уверен, что «кампания против России выиграна в течение 14 дней».

Но ликование было преждевременным. Уже совсем скоро тот же Гальдер обнаружил, что «способ ведения боевых действий и боевой дух противника, а равно как и географические условия данной страны были совсем непохожими на те, с которыми немцы встретились в предыдущих «молниеносных войнах», приведших к успехам, изумившим весь мир».

Ему вторил генерал Типпельскирх: «Русские держались с неожиданной твердостью и упорством, даже когда их обходили и окружали. <…> Противник показал совершенно невероятную способность к сопротивлению…»

10 июля началась Смоленская стратегическая оборонительная операция, и впервые за два года Второй мировой войны немцы были вынуждены обороняться. Планы на блицкриг сорвались, сломить дух советских бойцов, несмотря ни на что, — тоже не получилось, хотя ситуация на фронтах оставалась тяжелой.

Первые дни войны

Именно в эти первые, самые трудные дни и недели войны одними из миллионов «неожиданно твердых и упорных» были летчики, братья Талалихины — старшие Александр (бортмеханик), Николай (морской пилот) и младший Виктор (летчик-истребитель).

Война для Николая и Виктора оказалась очень короткой. Младший лейтенант Николай Талалихин защищал Заполярье и погиб 11 июля 1941 года, его прах был обретен только в 2020 году. Виктору было отпущено немногим больше.

Простые творцы Победы

Детство Виктора не отличалось от детства миллионов мальчишек тех лет: родился 18 сентября 1918 года в селе Тепловка ныне Вольского района Саратовской области в простой семье младшим, четвертым сыном (старший брат Павел погиб на гражданской войне незадолго до рождения Виктора), закончил семилетку, после переезда семьи в Москву в 16 лет пошел работать на Московский мясокомбинат имени Микояна, одновременно учился в ФЗУ (фабрично-заводское училище) при комбинате и посещал планерный кружок.

Уже ребенком стал интересоваться небом, конструировал и собирал с братьями авиамодели.

По данным краеведа, писателя и публициста Николая Чулкова, Виктор был энергичным, жизнерадостным и активным парнем, заводилой. Кареглазый, невысокого роста — 155 см, стройный, мускулистый, физически выносливый, он увлекался голубями, футболом, участвовал в драмкружке, много помогал отцу (тот работал на цементном заводе штукатуром) и матери с хозяйственными делами. Еще в кружке он был лучшим планеристом первой летной группы и вообще учился хорошо и с удовольствием.

Потом была учеба в Московском аэроклубе, а затем в четвертой учебной эскадрилье Борисоглебского высшего военного авиационного училища летчиков имени Чкалова. В его аттестации после окончания училища написано: «Достоин звания младшего лейтенанта с использованием летчика в истребительной авиации».

Короткая война Виктора Талалихина. Об одном из первых ночных таранов Великой Отечественной

Истребитель И-16 — советский одномоторный моноплан, созданный в Опытном конструкторском бюро Николая Поликарпова. На таком самолете Талалихин выполнил свой знаменитый таран
© SDASM Archives/Public Domain/Wikimedia Commons

Виктора Талалихина зачислили в 27-й истребительный авиационный полк, в 1939–1940 годах он участвовал в советско-финской войне, уже тогда совершил 47 боевых вылетов, сбил лично и в группе четыре финских самолета.

Весной 1941 года он с отличием окончил курсы командиров авиазвеньев и был назначен командиром звена в 177-й истребительный полк.

В боях Великой Отечественной войны Виктор Талалихин с первых июньских дней, летом и осенью 1941 года сражался под Москвой, на его счету более 60 боевых вылетов.

Ночной таран

Воинским уставом тараны предусмотрены не были, решение о них летчики принимали самостоятельно в ходе боя. Для летчика это означало смертельный риск, таран требовал невероятной отваги и высокого мастерства — ведь надо было уничтожить цель, при этом постараться сохранить себя и свою машину.

Этот прием летчиков РККА стал настолько грозным оружием, что осенью 1941 года «асы Геринга» даже получили циркуляр от своего рейхсмаршала «…не приближаться к советским самолетам ближе чем на 100 метров во избежание тарана».

В воздушном бою в ночь на 7 августа 1941 года, отражая очередной вражеский налет, Виктор Талалихин на самолете И-16 сбил таранным ударом немецкий бомбардировщик, сам был ранен в руку, но благополучно покинул с парашютом поврежденный истребитель. Выступая позже по радио, Виктор рассказал, как все происходило.

«В ночь на 7 августа посланцы обер-бандита Гитлера несколькими группами пытались прорваться к Москве, я на своем «ястребке» подстерегал их в воздухе. Вскоре на большой высоте я заметил хейнкеля, он держал путь на Москву. Нет, думаю я, не видать тебе нашей столицы. Я немедленно атаковал его. Правый мотор вражеского бомбардировщика вышел из строя. Самолет пошел на снижение, но круто изменил курс и повернул обратно. У подбитой машины остался ещё один мотор. Я продолжал преследовать врага, непрерывно атакуя его. К концу шестой атаки вышли все боеприпасы. Выходит, выпускать бандита? Нет, только не это. Оставалось одно — протаранить немецкий самолет своей собственной машиной.

Сначала я думал отрубить хвост хейнкеля винтом, но, когда я был в нескольких метрах от него, враг дал по моему «ястребку» пулеметную очередь. Мне обожгло руку. Медлить было нельзя, надо было спешить, и я всей машиной врезался в него.

Объятый пламенем хейнкель камнем полетел вниз. Погиб экипаж гитлеровского стервятника. Среди убитых подполковник и три рядовых летчика. На подполковнике был железный крест за разбой в Польше и особый знак за фашистский грабеж в Норвегии. Фашист нашел бесславную смерть на советской земле, я же благополучно спустился на парашюте и оказался среди своих колхозников».

О подвиге Талалихина стало известно в этот же день по радио. Московские газеты за 9 августа опубликовали его портрет и Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении отважному летчику звания Героя Советского Союза.

Останки самолета Талалихина в 2015 году в 10 км от деревни Антроповка нашел московский поисковый отряд «Обелиск» под руководством Михаила Полякова. Тогда в самолете обнаружили боезапас, и стало понятно, что немец перебил И-16 систему управления огнем, и из-за несрабатывающей гашетки Виктор решил, что боеприпасов больше нет. Нашли и приборную панель с бортовыми часами, на которых зафиксировалось время тарана — 22 часа 30 минут. Все найденные фрагменты самолета поисковики передали в Домодедовский историко-художественный музей.

Недолгая война

Оправившись от ранения, в сентябре 1941-го Талалихин вернулся в строй уже командиром эскадрильи.

К октябрю Москва оказалась на осадном положении. Нацисты захватили Волоколамск, Малый Ярославец, Клин, немецкие танковые колонны рвались к Туле, Кашире, Дмитрову. Столицу обороняли армии Белова, Говорова, Рокоссовского. К концу октября Виктор сбил ещё четыре немецких самолета лично и один в составе группы. Пятый самолет ему предстояло уничтожить в последнем бою.

27 октября 1941 года нацистские танковые колонны двигались к Москве по Варшавскому шоссе, бомбардировщики волнами налетали на пригород. Командир эскадрильи Виктор Талалихин во главе шестерки истребителей с военного аэродрома под Подольском вылетел для поддержки наземных войск: шли ожесточенные бои в районе деревни Каменки. Наши самолеты подверглись атаке шести немецких истребителей Ме-109.

Разгорелась ожесточенная схватка, в ходе которой Талалихин сбил один вражеский самолет и подбил ещё один. В этот момент истребитель лейтенанта атаковали сразу три самолета гитлеровцев. Одна из очередей прошила кабину и попала в Виктора. Машина потеряла управление и через некоторое время упала. Так погиб советский летчик Виктор Васильевич Талалихин, который за несколько недель войны успел стать легендарным.

Ему было 23 года. Через два месяца должна была состояться его свадьба.

Приказом Народного Комиссара Обороны СССР от 30 августа 1948 года Талалихин навечно зачислен в списки 1-й эскадрильи 177-го истребительного авиационного полка, в составе которой он сражался с врагом под Москвой.

Редакция сайта tass.ru выражает признательность за консультационную поддержку историку авиации, ученому секретарю Жуковского городского музея Андрею Симонову.

Источники: «Начальный период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Материал НИИ военной истории Военной академии Генштаба Вооруженных Сил Российской Федерации; сайт https://warheroes.ru; Утехин С. Г., Талалихин, 2 изд., М., 1965; Землянский А., В ночном небе, в кн.: Бессмертные подвиги, М., 1980, сайт http://militera.lib.ru/bio/abramov_as/index.html, Абрамов А. С. Мужество в наследство. — Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство, 1988, сайт http://www.dosaaf.ru/articles/materialy-dlya-podgotovki-k-provedeniyu-uroka-muzhestva/.

Обложка: © Федор Кислов/ТАСС

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

КОММЕНТАРИИ

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: