О 28 павших героях

09.11.2016

Источник: ЖЖ Ярослава Огнева
Умножим наши усилия в борьбе с немецкими захватчиками! Все для войны! Все для фронта! Все для победы! Осененные победоносным знаменем Ленина-Сталина вперед, на Запад, на полный разгром врага!

А.Кривицкий, «Красная звезда«, СССР (№18 [5082]).

Статья опубликована 22 января 1942 года.

Когда в бою умирают гвардейцы, крылатая слава слетает с воинского знамени и незримо становится в почетный и бессменный караул у изголовья погибших. Далеко по советской земле разнеслась весть о подвиге двадцати восьми гвардейцев-панфиловцев, сложивших свои головы на поле брани. Мы ещё не знали всех подробностей их гибели, ещё не были названы имена героев, тела их ещё покоились на земле, захваченной врагом, но уже обходила фронты молва о сказочной доблести двадцати восьми советских богатырей.

Только теперь нам удалось восстановить полную картину гибели горстки храбрецов-гвардейцев.

О 28 павших героях

Это было 16 ноября. Панцырные колонны врага находились на Волоколамском шоссе. Они рассчитывали, не останавливая заведенных моторов, ворваться в Москву. 316-я стрелковая дивизия, ныне 8-я гвардейская краснознаменная имени генерала Панфилова, преградила им дорогу. Товарищ Сталин отдал приказ — задержать немцев во что бы то ни стало. И на пути гитлеровцев выросла непреодолимая стена советской обороны.

Полк Капрова занимал оборону на линии: высота 251 — деревня Петелино — раз’езд Дубосеково. На левом фланге, седлая железную дорогу, находилось подразделение сержанта Добробабина. В тот день разведка донесла, что немцы готовятся к новому наступлению. В населенных пунктах Красиково, Жданово, Муромцево они сконцентрировали свыше 80 танков, два полка пехоты, 6 минометных и четыре артиллерийских батареи, сильные группы автоматчиков и мотоциклистов. Грянул бой.

Теперь мы знаем, что прежде чем двадцать восемь героев, притаившихся в окопчике у самого раз’езда, отразили мощную танковую атаку, они выдержали многочасовую схватку с вражескими автоматчиками. Используя скрытые подступы на левом фланге обороны полка, туда устремилась рота фашистов. Они не думали встретить серьезное сопротивление. Бойцы безмолвно следили за приближающимися автоматчиками. Сержант Добробабин точно распределил цели. Немцы шли, как на прогулку, во весь рост. От окопа их отделяло уже 150 метров. Вокруг царила странная, неестественная тишина. Сержант заложил два пальца в рот, и внезапно раздался русский, молодецкий посвист. Это было так неожиданно, что на какое-то мгновенье автоматчики остановились. Затрещали наши ручные пулеметы и винтовочные залпы. Меткий огонь сразу опустошил ряды фашистов.

Атака автоматчиков отбита. Более семидесяти вражеских трупов валяются недалеко от окопа. Лица уставших бойцов задымлены порохом, люди счастливы, что достойно померились силами с врагом, но не знают они ещё своей судьбы, не ведают, что главное — впереди.

Танки! Двадцать бронированных чудовищ движутся к рубежу, обороняемому двадцатью восемью гвардейцами. Бойцы переглянулись. Предстоял слишком неравный бой. Вдруг они услыхали знакомый голос:

— Здорово, герои!

К окопу добрался политрук роты Клочков. Только теперь мы узнали его настоящую фамилию. Страна прославила его под именем Диева. Так назвал его однажды красноармеец украинец Бондаренко. Он говорил: «Наш политрук постоянно дие» — по-украински значит — работает. Никто не знал, когда Клочков спит. Он был всегда в движении. Деятельного и неутомимого, его любили бойцы, как старшего брата, как родного отца. Меткое слово Бондаренко облетело не только роту, но и полк. Клочковым политрук значился лишь в документах. Даже командир полка звал его Диевым.

В тот день Клочков первый заметил направление движения танковой колонны и поспешил в окоп.

— Ну, что, друзья, — сказал политрук бойцам. — Двадцать танков. Меньше чем по одному на брата. Это не так много!

Люди улыбнулись.

Добираясь к окопу, Клочков понимал, что ждет его и товарищей. Но сейчас он шутил и, ловя на себе одобрительные взгляды красноармейцев, думал: «выдержим до конца». Вот все они были перед ним — люди, с которыми ему предстояло разделить и смерть и славу.

… Пусть армия и страна узнают, наконец, их гордые имена. В окопе были: Клочков Василий Георгиевич, Добробабин Иван Евстафьевич, Шепотков Иван Алексеевич, Крючков Абрам Иванович, Митин Гавриил Степанович, Касаев Аликбай, Петренко Григорий Алексеевич, Есибулатов Нарсутбай, Калейников Дмитрий Митрофанович, Натаров Иван Моисеевич, Шемякин Григорий Михайлович, Дутов Петр Данилович, Митченко Николай, Шапоков Душанкул, Конкин Григорий Ефимович, Шадрин Иван Демидович, Москаленко Николай, Емцов Петр Кузьмич, Кужебергенов Даниил Александрович, Тимофеев Дмитрий Фомич, Трофимов Николай Игнатьевич, Бондаренко Яков Александрович, Васильев Ларион Романович, Болотов Николай, Безродный Григорий, Сенгирбаев Мустафа, Максимов Николай, Ананьев Николай.

Был ещё и двадцать девятый. Он оказался трусом и предателем. Он один потянул руки вверх, когда из прорвавшегося к самому окопу танка фашистский ефрейтор закричал: «Сдавайсь!» Он стоял жалкий, дрожащий, отвратительный в своей рабьей трусости. Перед кем падаешь на колени, тварь? Немедленно прогремел залп. Несколько гвардейцев одновременно, не сговариваясь, без команды выстрелили в изменника. Это сама родина покарала отступника.

Бой длился более четырех часов, и бронированный кулак фашистов не мог прорваться через рубеж, обороняемый гвардейцами. Из противотанковых ружей храбрецы подбивали вражеские машины, зажигали их бутылками с горючим. Уже четырнадцать танков недвижно застыли на поле боя. Но уже убит сержант Добробабин, убит боец Шемякин, истекает кровью Петренко, лежа на соломе, покрывающей дно окопа, мертвы Конкин, Шадрин, Тимофеев и Трофимов. В этот миг в сумеречной дымке показался второй эшелон танков. Среди них — несколько тяжелых. Тридцать новых машин насчитал Клочков. Сомнений не было — они шли к железнодорожному раз’езду, к окопу смельчаков. Ты немного ошибся, славный политрук Диев! Ты говорил, что танков придется меньше чем по одному на брата. Их уже больше чем по два на бойца. Родина, матерь-отчизна, дай новые силы своим сыновьям, пускай не дрогнут они в этот тяжелый час.

Воспаленными от напряжения глазами Клочков посмотрел на товарищей.

— Тридцать танков, друзья, — сказал он бойцам — придется всем нам умереть, наверно. Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва.

Танки двигались к окопу. Раненый Бондаренко, пригнувшись к Клочкову, обнял его невредимой рукой и сказал: «Давай поцелуемся Диев». И все они, те, кто был в окопе, перецеловались и вскинули ружья, и приготовили гранаты. Танки все ближе и ближе. Вот они уже у самого окопа. Им навстречу поднимаются бесстрашные.

Тридцать минут идет бой, и нет уже боеприпасов у смельчаков. Один за другим они выходят из строя. Гибнет Москаленко под гусеницами танка, царапая голыми руками его стальные плиты. Прямо под дуло вражеского пулемета идет, скрестив на груди руки Кужебергенов и падает замертво. Подбито и горит около десятка танков. Клочков, сжимая последнюю связку гранат, бежит к тяжелой машине, только что подмявшей под себя Безродного. Политрук успевает перебить гусеницу чудовища и, пронзенный пулями, опускается на землю.

Убит Клочков. Нет, он ещё дышит. Рядом с ним окровавленным и умирающим, голова к голове, лежит раненый Натаров. Мимо них с лязгом и грохотом движутся танки врага, а Клочков шепчет своему товарищу: «Помираем, брат… Когда-нибудь вспомнят нас… Если жив будешь, скажи нашим…».

Он не кончил фразы и застыл. Так умер Клочков, чья жизнь была отдана мужественному деянию на поле брани.

Все это рассказал Натаров, лежавший уже на смертном одре. Его разыскали недавно в госпитале. Ползком он добрался в ту ночь до леса, бродил, изнемогая от потери крови несколько дней, пока не наткнулся на группу наших разведчиков. Умер Натаров — последний из павших двадцати восьми героев-панфиловцев. Он передал нам, живущим, их завещание. Смысл этого завещания был понят народом ещё в ту пору, когда мы не знали всего, что произошло у раз’езда Дубосеково. Нам известно, что хотел сказать Клочков в тот миг, когда неумолимая смерть витала над ним. Сам народ продолжил мысли умиравшего и сказал себе от имени героев: «Мы принесли свои жизни на алтарь отечества. Не проливайте слез у наших бездыханных тел. Стиснув зубы, будьте стойки! Мы знали, во имя чего идем на смерть, мы выполнили свой воинский долг, мы преградили путь врагу, идите в бой с фашистами и помните: победа или смерть! Другого выбора у вас нет, как не было его и у нас. Мы погибли, но мы победили».

Это завещание живет в сердцах воинов Красной Армии. Солнце победы все ярче и ярче горит на их знаменах. Враг отступает. Его преследуют кровные братья героев-панфиловцев, истребляют без жалости, мстят без милосердия.

* * *

Стояло тихое, морозное утро, наверно, такое же, как и в день 16 ноября. Наши части вновь овладели Дубосековом, и мы ехали к месту легендарного сражения двадцати восьми гвардейцев. Последнюю ночь бушевала метель, и мы шли теперь по снежной целине. Впереди осторожно двигались саперы с миноискателями.

— Здесь, — сказал капитан Гундилович.

Вокруг расстилалась ровная белая пелена. Слева, за небольшой рощицей, протянулась линия железной дороги. Справа стояли одинокие ели. Ничто не напоминало о разыгравшихся здесь событиях.

Мы заработали лопатами. Минута, другая, третья и постепенно из-под снега стало возникать поле битвы. Вот показался кусок бруствера окопа. Вот обнажен угол блиндажа. Вот лопата соприкоснулась с чем-то металлическим, и появилась каска, а следом за ней кинжал. Мы роем дальше и почти с головой уходим в землю — это вторично на том же месте врастает в землю окоп полного профиля. Комья снега стали желто-красными. В хрусталиках льда, как в сосудах с драгоценной жидкостью, заалела кровь. Она теперь повсюду, эта священная кровь погибших, — на нижних бревнах блиндажа, на отрытом противогазе, на вытащенной плащ-палатке, на снегу вокруг.

Показалось тело. Сначала ноги, потом туловище. Военком дивизии полковой комиссар Егоров, полковник Капров, начальник политотдела дивизии Галушко и капитан Гундилович бережно поднимают на руки труп героя. У него размозжена голова. Нельзя узнать, кто это — Крючков, со строгим спокойным лицом, Есибулатов или может быть веселый сержант Добробабин. Это не Клочков. Нам стало известно, что местные жители, хорошо знавшие кипучего политрука, тайком от немцев разыскали его труп и схоронили за сторожкой путевого обходчика. Мы опустили мертвеца на землю. Карманы его шинели, гимнастерки и брюк вывернуты. В них нет ни одного документа. Унесли немцы, прихватив с собой и ушанку и сапоги убитого. Рядом с ним в окопе мы нашли лишь записную книжку. Она была ещё чистой и хранила лишь номер винтовки — 21789. Запомним его. Эта винтовка стреляла без промаха.

Все смотрели на свежий могильный холмик. Возле него выстроился взвод молодых гвардейцев-панфиловцев. Им не раз рассказывали раньше историю подвига двадцати восьми, и теперь они сами увидели одного из них.

В безмолвии и скорби застыли люди. Все обнажили головы, и я увидел седины старого воина-полковника Капрова, стоявшего впереди своих новых птенцов-гвардейцев, которых он сделает орлами в бою. Начальник политотдела дивизии Галушко взволнованно произнес надгробное слово: «Мы помним ваше завещание, герои. Мы слышим ваши предсмертные голоса. Мы сделаем все, чтобы быть достойными вашей доблести и чести».

Прогремел троекратный торжественный салют. Как бы могучим эхом, ему отозвался гром наших пушек. За спиной находились огневые позиции артиллерии, а впереди в нескольких километрах кипел бой. И такими живыми стали в нашем сознании погибшие панфиловцы, что казалось, будто пройдет ещё мгновенье и, блистая славой, они восстанут из могилы, чтобы устремиться туда, где идут в наступленье наши полки. Это сознание живущих и есть бессмертие павших. // А.Кривицкий. ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ.
________________________________________________
Награждение 28 павших героев («Красная звезда», СССР)***
Н.Тихонов: Сила России («Известия», СССР)*

**************************************************************************************************************************************************
От Советского Информбюро*

Утреннее сообщение 21 января

В течение ночи на 21 января наши войска продолжали вести активные боевые действия против немецко-фашистских войск.

* * *

19 января бойцы тов. Рокоссовского (Западный фронт) освободили от немецких оккупантов 4 населенных пункта и захватили 11 вражеских танков, 24 автомашины, 2 тягача, мотоциклы, велосипеды, пулеметы, десятки ящиков со снарядами, минами и другие трофеи. На другом участке бойцы тов. Голубева, ведя ожесточенные бои с противником, захватили 9 вражеских пулеметов, 6 мотоциклов, 27.300 патронов, 39 повозок с военным имуществом, вещевой и продовольственный склады, ценные оперативные документы и другие трофеи. Противник потерял убитыми 330 солдат и офицеров.

* * *

При взятии гор. Верея бойцы тов. Ефремова захватили, по предварительным данным, 11 немецких танков, 46 орудий, 87 пулеметов, 24 миномета, свыше 1.000 мин и много других трофеев. На поле боя осталось свыше 3.000 трупов немецких солдат и офицеров.

* * *

Наша часть, действующая на одном из участков Юго-Западного фронта, совершив внезапный ночной налет на укрепленный пункт противника, заняла этот пункт, захватила 3 орудия, 15 пулеметов, 10 минометов и взяла в плен 30 немецких солдат и 2 офицеров.

* * *

Разведчик-красноармеец Кашенко меткими выстрелами уничтожил расчет немецкого противотанкового орудия. Повернув орудие в сторону противника, отважный боец выпустил по врагу 40 снарядов и нанес немцам большой урон.

* * *

Успешно действуют партизаны в районах Ленинградской области, оккупированных немцами. Бойцы отряда тов. П. организовали засаду на дороге к фронту, уничтожили 6 вражеских автомашин с горючим и перебили 17 немецких солдат, сопровождавших колонну. Партизанский отряд под командованием тов. А. уничтожил на шоссе около города Т. три грузовых пятитонных машины с авиабомбами и снарядами.

* * *

Пленный унтер-офицер 3 батареи 215 немецкого артполка Бернгард Брокгауз рассказал: «Мне приходилось выдавать солдатам обмундирование. Перчатки и носки из искусственной шерсти не греют и быстро изнашиваются. Ездовой через неделю заявил, что новые перчатки пришли в негодность. Мне каждый день приходилось выслушивать жалобы и брань солдат в связи с отсутствием теплого обмундирования».

* * *

Гитлеровские бандиты начисто ограбили население Чечерского района, Гомельской области. Из деревень и сел этого района вывезено все продовольствие, скот, одежда, включая женские платки и детские ботинки. Многие дома сожжены, а владельцы их расстреляны. Только за последние дни немцы расстреляли в Чечерске служащего районного земельного отдела Беляева, секретаря местечкового совета Жулега и жителя Чечерска — Дановича. Трупы многих расстрелянных лежат на дорогах. Хоронить их немцы не разрешают.

* * *

В Эссене (Германия) расстреляно 13 немецких солдат, отказавшихся поехать на советско-германский фронт.

Вечернее сообщение 21 января

В течение 21 января наши войска, нанося противнику удары и преодолевая попытки немецко-фашистских войск закрепиться на новых оборонительных рубежах, продолжали успешно продвигаться вперед и заняли несколько населенных пунктов. Противник несет большие потери.

За 20 января уничтожено 7 немецких самолетов. Наши потери — 1 самолет.

* * *

За 20 января части нашей авиации уничтожили 3 немецких танка, 325 автомашин с пехотой и грузами, около 400 повозок с боеприпасами, 7 орудий с прислугой, взорвали склад с боеприпасами, разрушили 44 железнодорожных вагона, рассеяли и частью истребили 3 батальона пехоты противника.

* * *

При взятии города Можайска наши войска, по далеко не полным данным, захватили 20 орудий, 76 автомашин, 3 склада с боеприпасами и интендантским имуществом. Остатки разгромленных 7 немецкой пехотной дивизии, 3 мотодивизии и 321 пехотного полка 197 пехотной дивизии отбрасываются нашими войсками на Запад. Немцы несут большие потери, особенно в людях.

* * *

В боях за город Кондрово наши части нанесли тяжелое поражение 17 и 260 немецким пехотным дивизиям и полностью разгромили отдельный батальон СС. На улицах города наши бойцы захватили 5 вражеских танков, 53 автомашины, 20 станковых пулеметов и много других трофеев.

* * *

Бойцы тов. Федюнинского (Ленинградский фронт), ведя наступательные бои с противником, за два дня уничтожили 10 немецких орудий, 9 пулеметов, 2 броневика, 12 машин, 4 миномета, подбили 3 тяжелых танка, разрушили 11 дерево-земляных огневых точек, захватили много оружия и боеприпасов. На поле боя противник оставил свыше 500 трупов солдат и офицеров.

* * *

Украинские партизаны под командованием тов. И. в течение нескольких дней провели ряд успешных боевых операций. В городе Н. партизаны забросали гранатами гостиницу, где жили итальянские офицеры, и убили до десятка итальянских захватчиков. В этом же городе группа партизан взорвала 2 автомашины с боеприпасами. В деревне С. партизаны разгромили штаб итальянской части и истребили 18 солдат и офицеров. На станции X. бойцы отряда пустили под откос воинский поезд с немецкими солдатами, а недалеко от станции взорвали легковую машину, в которой находились три немецких офицера.

* * *

Пленный лейтенант 470 пехотного полка 260 немецкой дивизии Карл Эрнст рассказал: «Моему взводу было приказано занять позицию на опушке леса километрах в пяти западнее деревни Орлово и удержать ее. На рассвете мы были атакованы русскими. Взвод располагал 3 пулеметами. Мои люди сделали несколько выстрелов и стали отходить. Я приказал им остаться, но они заявили, что это бессмысленно. Солдаты разбежались, а я остался один и был захвачен в плен».

* * *

В конце ноября командование 9 немецкой армии разослало командирам соединений и частей секретное письмо за № 1440/41, в котором говорится: «По сообщению главного командования в запасных частях полностью отсутствуют следующие специалисты, и поэтому в дальнейшем бессмысленно на них подавать заявки: шоферы всех специальностей; оружейные мастера и помощники оружейных мастеров, наводчики, механики, связисты».

* * *

При отступлении из села Терентьевки, Малоярославецкого района, Московской области, немецкие бандиты остановили на улице 73-летнего крестьянина Юргова Г. П., 70-летнюю Чибисову А. и 12-летнего Сергеева Б., стащили с них полушубки и валенки, а затем расстреляли. // Совинформбюро.

________________________________________________
П.Лидов: Таня («Правда», СССР)
А.Фадеев: Бессмертие («Правда», СССР)**
Н.Тихонов: Великий рост («Известия», СССР)**
А.Довженко: Смотрите, люди! («Правда», СССР)**
Герои молодой гвардии* («Красная звезда», СССР)*
Бессмертие Александра Матросова («Красная звезда», СССР)**
Газета «Красная Звезда» №18 (5082), 22 января 1942 года

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: