Правда и победа за нами: экс-контрразведчик рассказал об истории легендарного «Смерша»

26.08.2020
Источник: tvzvezda.ru @ Егор Левин

Экс-глава Департамента военной контрразведки ФСБ РФ вспомнил о самых ярких вехах становления и развития советских и российских спецслужб.

Генерал-полковник Александр Безверхний, бывший руководитель Департамента военной контрразведки ФСБ России, рассказал о роли подразделения в военные годы. Как он заявил в эфире программы «Главное с Ольгой Беловой» на телеканала «Звезда», в день создания легендарного «Смерша», в 1943 году, советский народ ощущал обязательную победу в Великой Отечественной войне и жил этим.

«Это ощущение было в войсках у бойцов Красной армии, командиров. Этими ощущениями жили и сотрудники специальных служб советской военной контрразведки. Разгром немцев под Сталинградом положил начало перелома в войне. Стратегическая инициатива перешла к советскому командованию. По всей линии советско-германского фронта происходили очень серьезные перемены. Естественно, эта обстановка требовала дополнительного внимания со стороны военно-политического руководства Советского Союза тогда, воюющей нашей державы. Было полное сознание, что в сложившейся обстановке, естественно, немцы и Гитлер с его командой не сдадутся и, естественно, будут принимать титанические усилия для того, чтобы переломить ход истории, ход войны. Из многочисленных разведочных источников советское руководство получало информацию, что немцы серьезно готовятся к контрнаступлению, что выбрано было направление Курско-Орловского выступа. В этот период к линии фронта подтягивались свежие дивизии немецкие, новая бронетехника, учение шло, артиллерийская система, минометы, перевооружение шло мощное полным ходом», — рассказал Безверхний.

«Это было понимание того, что руководство фашистской Германии готовилось к серьезному сопротивлению и наступлению. Параллельно с этим происходил тот процесс, о котором мы сегодня с вами и поговорим. Речь идет о том, что параллельно с физической явной войной шла невидимая война. Была ожесточенная битва на так называемом дальнем фронте. Немцы к 1943 году осознали, что в период, когда начались военные действия, они массово забрасывали сюда, на территорию Советского Союза, в прифронтовую зону, малоподготовленную, необученную, случайно завербованную агентуру. Они брали не качеством, а количеством», — отметил генерал-полковник.

По его словам, в этот момент появилось осознание необходимости надежной защиты Красной армии не только во время сражений на фронтах, так как немцы создали на захваченных территориях сеть разведывательных школ.

«К сожалению для нас и к счастью тогда для них, у них была реально оперативная база. На захваченных территориях оставались и бывшие антисоветчики, перебежчики, дезертиры и, к сожалению, националисты разного толка. В Прибалтике и на Западной Украине. То есть была оперативная база для того, чтобы подготавливать агентуру для заброски в тыл», — заявил Безверхний.

«По инициативе Сталина в марте 1943 года Меркулов, бывший заместитель тогда Берии, вызвал в Москву начальников особых отделов фронтов, и было предложено внести предложение по совершенствованию контрразведкой защиты войск. Была проделана определенная работа, были заслушаны доклады, вскрыты недостатки, внесены предложения, их было большое количество, разных самых вариантов было. Сталин и его команда приняли тогда единственное и верное решение — 19 апреля 1943 года было выпущено постановление советов народных комиссаров, подписанных Сталиным, в соответствии в которым было образовано главное управление контрразведки «Смерш» наркомата обороны, управление контрразведки «Смерш» Военно-морского флота и отдел контрразведки «Смерш» НКВД», — рассказал Безверхний.

«Первая и главная задача — борьба со шпионской диверсионной и террористической деятельностью и иной подрывной деятельностью против Красной армии и учреждении Вооруженных сил Советского Союза. Вторая задача стояла очень серьезная — ограждение фронта, ограждение тыла от проникновения иностранной агентуры и антисоветских элементов. Следующая задача — борьба с предательством, изменой родине, дезертирством, членовредительством и другими проявлениями. Новой ставилась задача — организация работы среди возвращающихся пленных и лиц, входящих в их окружение. И особо стояла задача об организации выполнения специальных заданий наркома обороны, то есть Сталина. Вот такая была создана, решением правительства структура», — вспомнил генерал-полковник.

Как он отметил, ситуация развивалась стремительно. Сталин назначил Абакумова главой «Смерша» и утвердил предложенное им положение по контрразведке, в соответствии с которым ей предоставлялись широчайшие беспрецедентные полномочия: проведение оперативно-розыскных мероприятий, арестов, приведение в исполнение на месте приговоров в отношении дезертиров, предателей и террористов и многое другое.

«Надо отметить один такой очень важный момент, о котором практически нигде не упоминается, так получилось, что я недавно ознакомился с этим материалом: 19 апреля 1943 года был издан указ президиума Верховного Совета СССР «О наказании лиц, которые причастны к немецко-фашистским злодеяниям на территории Советского Союза»; в соответствии с этим указом вводилась крайняя мера в соответствии с которой к лицам, которые были замешаны в этих злодеяниях против советского народа, применялась высшая мера наказания через повешение. Это была такая суровая действительность, в соответствии с которой так жизнь тогда строилась. Дальше вы знаете, как стремительно развивалась ситуация. Готовилась уже Курская операция. И вот здесь надо подчеркнуть, что именно в этот период «Смерш» в полный рост заявил о себе. Впервые «Смерш» и его подразделения провели целый ряд дезинформационных мероприятий. В распоряжении «Смерша» было несколько агентурных радиопередатчиков, с помощью которых разведчики сумели донести до немцев дезинформацию о времени, месте, методах и путях вот этой предстоящей грандиозной стратегической операции. В свою очередь, советская разведка, военная разведка, политическая разведка и «Смерш» получили информацию о том, как немцы готовятся на Курской дуге, какие проводят мероприятия. С этого началась боевая работа «Смерша»», — рассказал Безверхний.

Он также рассказал о составе ведомства, опровергнув бытовавшее впечатление о том, что «Смерш» являлся большой и монументальной организацией.

«В соответствии с решением руководства страны центральный аппарат управления состоял из 646 человек всего-навсего. Начальник «Смерша» и четыре заместителя, 15 помощников по фронтам, а дальше уже подразделения, которые организовывали всю работу. Отдел управления контрразведки «Смерш» был всего 130-140 человек. В армейском аппарате было всего 70-80 человек. Это не такие большие силы, но они были централизованно подчинены наверх Абакумову, Сталину. Таким образом, не было параллелизма, не было затягивания и доведения информации объективно, что происходило до командования. И выигрывался тем самым эффект по времени. Сказать, что мы были сильнее (немецкой разведки. — Прим. ред.) или слабее, — это очень такой философский вопрос. До нас были, извините, те, кто победил гражданскую войну, те, кто сражался за советскую власть. ВЧК и их уже последующие предшественники, вернее, те, кто были после ВЧК, они же переиграли. У нас были свои наработки, были свои традиции. В особом отделе ВЧК был создан иностранный отдел. Иностранный отдел ВЧК состоял всего из 40 человек, но вот эти вот 40 человек — они перевербовали, извините, полмира», — рассказал Безверхний.

По его словам, «Смерш» был сильнее, умнее и быстрее учился с первых дней войны, когда немцы проводили массированную агентурную разведывательно-диверсионную деятельность против СССР.

«Могу привести такой пример, который мне рассказал Иван Лаврентьевич Устинов (военный контрразведчик, участник Великой Отечественной войны, начальник 3-го Управления КГБ СССР, генерал-лейтенант. — Прим. ред.): в Вяземской операции особый отдел 24-й общевойсковой армии состоял из 76 человек, из боя вышло восемь. Из этих восьми — двое тяжелораненые. Что касается вклада контрразведки в победу, то об этом очень хорошо сказал уже после войны, в мае 1946 года, на Лубянке в нашем клубе имени Дзержинского, заместитель Абакумова, лейтенант Бабич. Он сказал, практически дословно: «Военная контрразведка «Смерш» нанесла сокрушительные поражения немецко-фашистским органам, тем самым облегчило победу Красной армии над немецким фашизмом», — рассказал Безверхний.

«Цифры, конечно, иногда такая вещь лукавая, но вместе с тем вот то количество, которое я вам перед этим называл, они за эти  годы, за три года тяжелой, изнурительной, напряженной, очень результативной работы, вскрыли огромное количество противника. Было задержано более 30 тысяч шпионов, десятки и сотни разведывательно-диверсионных групп, предотвращено огромное количество терактов. Кстати, о терактах. Мы, наверное, помним из тех же исторических фильмов, из того, что было в недавнем прошлом. Например, в «17 мгновений весны» знаменитый Шелленберг, шеф немецкой разведки, выжил после войны. В своих воспоминаниях он говорил о том, что «Смерш» мог доводить правдивую информацию, а потом в роковое время отдать такой дезинформационный материал, веря в который немцы получали сокрушительный удар. То есть противник давал оценку «Смершу» довольно-таки высокую. Или, например, фельдмаршал Кейтель, подписавший капитуляцию. Он на Нюрнбергском процессе тоже дал очень знаковую оценку. Он говорил примерно о том, что во время войны, особенно на заключительных этапах, немецкое командование имело от своей агентуры только тактическую информацию. Стратегическую информацию агентурным путем немецкое командование никогда не получало. И наоборот, советское командование имело стратегическую информацию и знало о замыслах немецкого командования на предстоящий, определенный исторический период. И ещё одну оценку дал уникальный человек того периода, руководитель немецкой контрразведки. Он сказал, что наши многочисленные засылки, агентуры в Советский Союз в прифронтовую линию, как правило, попадали под контроль советской контрразведки, и если возвращалась, то всегда с серьезными дезинформационными материалами. Противник сам говорил о том, какой вклад внесла контрразведка в победу», — рассказал Безверхний.

«Они (немцы. — Прим. ред.) подбирали агентуру из бывших мигрантов, антисоветчиков, националистов, по определенным причинам находившихся на контролируемых ими территориях. Соответственно, они не знали советской души. Не знали, что советский народ к этому периоду был готов к жертвам. Те, которые готовили, они не знали, что происходит, они не понимали нашего состояния душевного, патриотического, человеческого. Через что прошла страна за эти вот годы гражданской войны до 1941 года. Поэтому немцы не были такими тонкими психологами. Они не понимали нашу советскую душу, советского человека, советского патриота. Потому что то воспитание, та нацеленность на обязательную победу, на то что мы сильнее, что мы переиграли, у нас впереди светлое будущее. Это было религия, реальная религия, в это верили советские люди. А те, которые немцы, они этого понять не могли. Они не могли понять, как это может быть. Люди шли на серьезные жертвы, погибали и побеждали», — напомнил генерал-полковник.

Безверхний рассказал также о том, кто сотрудничал со «Смершем». Сила советской контрразведки, по его словам, заключалась в том числе и в готовых прийти на помощь простых людях, так как если бы их не было, добиться высоких результатов было бы гораздо сложнее.

По окончании войны сотрудникам «Смерша» пришлось столкнуться с новой угрозой: идеями о новой войне у некогда союзных государств и историческим развитием государства и его устоев.

«Недавно совсем в подробностях уже стал известен широкой общественности план, в соответствии с которым американцы хотели нанести ядерный удар по 100 советским городам, применив в этих целях около 300 ядерных боеголовок. Понимаете, какие уже сумасшедшие, сумасбродные планы в головах наших вчерашних союзников творились? Естественно, в этой ситуации не просто продолжалось, а, наоборот, нарастало противоборство по линии спецслужб. Советские войска в Германии, Австрии, группы советских войск в Восточной Европе и в ГДР — они, естественно, были объектами первоочередных устремлений западных спецслужб, предпринимавших попытки по созданию агентурных позиций, по разведке театра предстоящих военных действий, по получению объективной информации о состоянии войск, вооружениях, моральном, политическом и боевом духе армии. Естественно, эта борьба продолжалась. Но вышедшая из Великой Отечественной войны советская контрразведка была преобразована в третье управление Министерства государственной безопасности, и исторически так сложилось, что войска продолжали обеспечиваться этой новой структурой с опытом противодействия спецслужбам гитлеровским и иностранных государств. А дальше уже по ходу опыт только наращивался, и мы не расслаблялись ни на минуту. Я думаю, что в жизни контрразведки никогда не было простых периодов, и 30-е годы лихие, их тоже можно называть. В 1935 году в органах военной контрразведки высокие звания комиссаров безопасности были присвоены 37 руководителям. К 1941 году из этих руководителей в живых осталось только двое. Можете себе представить, какой репрессивный, тяжелый каток прошелся по судьбам. Потом у нас военная контрразведка оказалась боевой единицей во время афганских событий. И, конечно, уже лихие 90-е — это, наверное, был такой момент истины, когда контрразведчики должны были показать, чего они стоят. Особенность контрразведки в том, что это люди в погонах, это военные люди, они принимают присягу. И это люди, которые подчиняются команде, люди подчиняются политике властей, которые существуют в тот исторический момент развития государства. Мы были действительно боевым отрядом партии, были передовым отрядом в борьбе за построение нового общества в советский период. Но и в российский период мы оказались законопослушны. Ведь очень принципиальную вещь хочу сказать: контрразведка, и вообще Федеральная служба безопасности, — это очень законопослушная организация. За нами надзирает контрольное управление. Нас контролирует, нашу деятельность, управление президента, военная прокуратура, у нас есть собственное подразделение, которое контролирует деятельность. Мы очень-очень законопослушны. И вот, возвращаясь к так называемым лихим 90-м, я, конечно, с сожалением об этом говорю, потому что это был период тяжелейшего разочарования и крушения целого ряда судеб. Молодых перспективных людей, которые приняли присягу, занимались любимой работой, знали, ради чего они служат и какие перед ними стоят задачи. И вот рухнул Советский Союз. Люди, которые не совсем понимали роль и предназначение отечественной контрразведки, считали, что вся беда именно в этой спецслужбе. Разрушишь, и все, мол, жизнь наладится. Тот же знаменитый Бокатин, он же говорил, что КГБ реформировать невозможно, его можно только расформировать. Вы представляете, что за этими словами шло? Расформировать, то есть разогнать людей, лишить людей любимой работы. К сожалению, этот период был. И военная контрразведка в этот период пережила тоже очень серьезные страницы. И, наверное, лично для меня один из самых тяжелых моментов — это первая чеченская кампания. Так получилось, что в январе 1995 года я оказался в том регионе и своими глазами увидел последствия непродуманной, страшной ошибки, которая произошла. Развязалась гражданская война на нашей территории. Естественно, горечь тех дней остается до сих пор, но ни на минуту мы не переставали работать, мы занимались главной задачей — ограждали армию, чтобы её безопасность была на высоте», — рассказал Безверхний.

Говоря о современных задачах контрразведки, генерал-полковник заявил, что как была, так и осталась необходимость делать так, чтобы защитить отечество, удар армии был сильным, но чтобы армии не нанесен был никем ущерб.

«Военная контрразведка сегодня занимается противодействием иностранным спецслужбам, ведет большую работу, связанную с противодействием терроризму, проявлениям негативным в армии, связанным с коррупцией, незаконным оборотом наркотиков, оружия. Одна из тяжелейших проблем и очень сложных задач состоит в том, чтобы в сложившийся новый технологический век сохранить военные секреты. И, наверное, основная задача, главная сегодня задача, суммирую — это субъективное информирование руководства Вооруженных сил, ФСБ, руководства страны об объективном состоянии армии, её боеготовности, боеспособности, способности применить вверенное оружие по назначению, о моральном духе. Колоссальный объем задач. И он решается в том числе и потому, что сохраняются вот те чекистские традиции, о которых я вам говорил»,- подытожил Безверхний.

Заканчивая беседу, генерал-полковник выразил убежденность в том, что в его работе есть место романтике, так как в спецслужбах присутствует ореол таинственности и героизма, который попадает в молодые сердца. Безверхний поделился, что испытывает счастье, когда в ряды военной контрразведки приходит молодая талантливая поросль, за которой большое будущее и которая находит мотивацию в защите родины от терроризма и иных разнообразных угроз.

«Мы для этого и существуем, чтобы этого не допустить. Чтобы это все пресекать. На корню», — заявил бывший руководитель Департамента военной контрразведки ФСБ России.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: