Школа Геополитики Николая Старикова
Николай Стариков

Николай Стариков

политик, писатель, общественный деятель

Ситуация на Ближнем Востоке, почему Путин сравнил США с пауком (стенограмма)

Ситуация на Ближнем Востоке, почему Путин сравнил США с пауком (стенограмма)

3115
6 ноября 2023 г.
В очередном выпуске моей авторской программы «По сути дела», что выходит на радио «Комсомольская Правда» по вторникам в 19:00, говорили о самом главном в мировой политике.
Предлагаю вашему вниманию стенограмму прямого эфира.


Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Николай, здравствуйте, где вы и что вы там делаете?


Стариков: Хочу сказать, дорогие друзья, что у нас программа очень динамичная. Еще совсем недавно Владимир Ворсобин вещал из Тель-Авива, а сегодня я нахожусь в Сургуте, отсюда вас приветствую. Но и сразу хочу сказать, что те, кто еще не подключились к нашей видеотрансляции, должны обязательно это сделать, потому что Владимир Ворсобин находится в костюме недоброго шотландского фея. Поэтому тот, кто хочет увидеть эту феерическую картину, пожалуйста, подключайтесь к нашей видеотрансляции и вы все это увидите своими глазами.


Ворсобин: Николай, не надо так жестоко водить за нос наших слушателей. Вы заинтриговали людей. На самом деле, к вам потом будут вопросы, когда вскроется настоящая правда, картинка не так вызывающа, как описал ее Николай. Ладно, Николай, нам придется начать с Дагестана. Это мы приговорены к этой истории и приговорены к Хэллоуину. О Хэллоуине мы поговорим чуть позже. Владимир Путин вчера созывал Совет Безопасности и говорил он о том, что происходит в Дагестане. Состав был такой, вы, наверное, заметили тех, перед кем выступал Владимир Путин. Казалось, что это будут очень серьезные какие-то кадровые решения или геополитические. Примерно состав был такой же, как перед началом СВО. Но ничем особенным не закончилось. То есть, Владимир Путин высказался. Сейчас мы будем говорить о тезисах этого выступления. Но никаких таких впечатляющих решений не было. Думали, что, возможно, и губернатор Дагестана может как-то пострадать или кто-то из силовиков. Вы что ожидали и что в итоге получили, Николай?


Стариков: Я думаю, что мы послушаем сегодня президента. И он сказал очень много важного, и как всегда, четко и ясно описал ситуацию. Но у нас ведь есть его синхрон, правильно?


Ворсобин: Не все выступление.


Стариков: Предваряя выступление президента, я хотел бы на ваш вопрос, конечно, ответить. Я от этого заседания ожидал четкого и ясного объяснения, что произошло, оно прозвучало. Мы его услышим и еще поговорим об этом. И, конечно, никаких кадровых решений произойти не могло по нескольким причинам. Во-первых, здесь нужно разобраться в ситуации. И кадровые решения, возможно, последуют, но позже. Потому что у нас, конечно же, есть вопросы к силовикам, к властям региона, как такое могло получиться, да и здесь нужно разобраться. Но самое главное не это. Президент Владимир Владимирович Путин никогда не принимает решение под давлением. Такого не было никогда, и мы с вами говорили об этом многократно. Поэтому, чтобы ни у кого не было такой знаете, ложной причинно-следственной связи искушения, хотим поменять губернатора в регионе, хотим поменять министра, кого-то еще хотим поменять, мы что-то делаем и сразу происходит решение. Нет, так не бывает, поэтому никаких кадровых решений вчера и не могло быть, а уж геополитических решений тем более. Потому что они принимаются все-таки за закрытыми дверями. А повод, который обсуждался, он не геополитического уровня, а уровня приведения к общему знаменателю безопасности внутри России.


Ворсобин: Сейчас, в принципе, мы послушаем Владимира Путина, который говорит об этом. Вы очень правильно говорите по поводу кадровых решений президента. Действительно, президент, он старается не делать кадровых решений под давлением. Но здесь ведь есть еще такая история, видимо, эта привычка сформировалась из-за того, что в свое время давили какие-то определенные силы и лица и так далее. Просто интересно, как будет меняться эта политика, если давить будет сама жизнь, если сама жизнь будет заставлять делать какие-то быстрые кадровые решения. Видимо, пока еще этого не случилось или что-то еще. Но теперь поговорим о геополитике. То, что говорит Владимир Путин, он примерно так высказался о причинах событий в Дагестане: нужно знать и понимать, где находится корень зла, где этот самый паук, который пытается опутать своей паутиной всю планету, весь мир и хочет добиться нашего с вами стратегического поражения на поле боя. Использует одураченных им на протяжении десятилетий людей на территории сегодняшней Украины, но сражаясь именно с этим врагом в рамках специальной военной операции мы, еще раз хочу подчеркнуть, укрепляем позиции всех тех, кто борется за свою независимость и суверенитет.


Ворсобин: Идет речь о том, что все эти события в Дагестане связывают с Украиной. С тем, что украинские сайты вывели толпу на улицу, по крайней мере, есть такая версия. И что ЦИПСО все это вообще затеяла. Путин сравнивает эту паутину, в которую попала Махачкала, как продукт этого паука мирового. Понятно, что все стрелы летят в США, а вы говорите нет никакой геополитики там. Мне кажется, геополитики достаточно было много в речи президента.


Стариков: Самое интересное, что Владимир Владимирович Путин в своем выступлении обратился к Владимиру Владимировичу Ворсобину, которому ваш покорный слуга на протяжении многих программ пытался и пытается объяснить одну вещь. Геополитические процессы, происходящие в разных частях мира, связаны между собой. И когда вы, Владимир Владимирович Ворсобин, летаете в Минск, ходите там в каске, когда вы летаете в Ереван, когда пытаетесь приехать в Тбилиси и когда приезжаете в Тель-Авив, за всеми процессами, которые вызывают в вас необходимость туда приехать, стоит один и тот же центр силы. Вот это президент вам и хотел сказать. Вы мне, как говорится, не верите, я очень надеюсь, что авторитетное мнение президента, у которого такое же имя и отчество как у вас, я напоминаю нашим слушателям, оно на вас возымеет определенные действия. Паук же — это такой образ, конечно, совершенно четкий. Паутину он плетет, он старается хаос сеять. Мы в прошлый раз с вами об этом говорили, но каждый раз в ваших глазах читаю сомнение, что как же процессы сами собой происходят. Путин еще раз вам говорит, не происходит само собой.


Ворсобин: Сомнения — это профессиональная обязанность.


Стариков: Не происходит. Но, знаете, казалось бы, где Палестина, где Дагестан? А вот то, что там происходит имеет своей целью, в том числе, дестабилизировать ситуацию в России. Мы с вами увидели, как это делается. Но это ведь не только про Россию идет речь, идет речь про Ближний Восток, про Европу, Россию, про другие страны, государства, континенты. Осуществляются действия, которые позволяют усиливать напряженность, увеличивать зону хауса. Посмотрите результаты: акции американских компаний, производящих вооружения пошли вверх. Это такой простой признак, как градусник, вы померили, что-то в организме не так, а это признак того, что они это делают. Но, конечно, не ради продажи оружия все это делается. Это делается ради того, чтобы дестабилизировать противников, но продажа оружия и как следствие увеличения стоимости компании его производящих - это первый признак того, кто стоит за этими процессами.


Ворсобин: Николай, как вы изящно сделали меня оппонентом Владимира Путина, аплодирую. Но, Николай, вам не кажется, что ваш образ паука и паутины с одной стороны эффектен и в общем-то не лишен оснований, но с другой стороны он очень удобен чиновникам. Вот что не произойди, даже, кстати говоря, в аэропорту Дагестана, как в анекдоте всегда есть Барак Обама, который гадит в подъездах. Чтобы не произошло, всегда есть Вашингтонские обкомы, всегда есть мировое зло, всегда есть какой-то паук, а мы тут вообще не при чем. Мы всегда говорим, когда выигрываем, что это мы победили, а если что-то у нас не так, то это американцы виноваты. Николай, мы сейчас не уходим в такую подсознательную психологическую защиту? Хотя в этом смысле вы и Владимир Путин в чем-то правы.


Стариков: Давайте я вас поправлю. Во-первых, образ паука не мой, а президента. Как бы авторство совершенно очевидно, я согласен просто с этим образом.


Ворсобин: Ну, вы просто сейчас использовали.


Стариков: Но самое главное, когда вы сейчас сказали, что может быть это такой способ психологической защиты и не уходим ли мы туда. Владимир Владимирович, так туда вы и уходите, а из этого вытекает один такой полемический прием, который часто используют либералы. Положить некий тезис, который якобы сказал оппонент и дальше его довести до абсурда и высмеять, вы сейчас сделали ровно то же самое. Никто не говорил о том, что во всем виноваты всегда американцы или еще кто-то. Президент сказал совершенно иное. За глобальными процессами стоят США, они попытались дестабилизировать ситуацию в Дагестане, для этого использовали определенную сетку телеграмм каналов. Но мы же с вами понимаем, что президент собрал весь, как говорится, цвет силовиков не для того, чтобы прочитать им лекцию про насекомых. Конечно, нет. А для того, чтобы сделать немедленно выводы, только выводы эти останутся за рамками нахождения журналистов.


Ворсобин: Николай, я предлагаю выводы представить через пару минут. Мы сейчас прервемся на небольшой блок рекламы и вернемся. Подумаем, что мог на самом деле силовикам сказать президент. Надеюсь, мы все-таки справимся с этой задачей. Владимир Ворсобин, Николай Стариков.


Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Николай, давайте поговорим еще немного о Махачкале. Тем более сейчас у нас будет запись, как Владимир Путин говорит об этих событиях. Давайте представим, что это версия, она имеет основания, что это все организовано российскими врагами, что там Украина и так далее. Но объясните мне, пожалуйста, даже если в каком-то там телеграмм канале опубликовали вот эту информацию, что евреи прилетают на самолете и срочно надо идти туда. Тогда почему люди повелись? Почему столько людей, я знаю, там аэропорт далеко находится, то есть еще автобусы были организованы и так далее. У меня вопрос, во-первых, где были силовики? Почему люди оказались подвержены вот этому гневу и ярости? Они ходили по взлетной полосе, искали евреев. Николай, вы как бы это описали, в чем психологизм этой истории?


Стариков: Когда я изучаю какие-то процессы, я отталкиваюсь от фактов. Я вот хотел бы напомнить, где впервые толпа протестующих захватила аэропорт? Это было где? Во время беспорядков в Гонконге, если вы помните. Там целенаправленно пришли, захватили взлетную полосу, захватили сам аэропорт и просто парализовали работу. На митинге люди ходили прямо с флагами США, чтобы никто не сомневался и была красивая картинка для всяких CNN и BBC. Потом подобную вещь мы видели в Казахстане. В январе, за месяц до начала специальной военной операции толпа в Алма-Ате зачем-то пошла в аэропорт, заблокировала его работу, вышла на взлетную полосу и дальше как-то там ушла. И тут же прошла информация о том, что принято решение помочь правительству Казахстана и наши десантники приземлились на другом аэродроме.


Ворсобин: Они разграбили аэропорт в Алма-Ате, просто я там был, видел.


Стариков: Я просто хочу вам объяснить, что захват аэропорта — это определенная технология, которая уже применялась определенными силами, которыми манипулировал Запад. Вот это первый тезис. Второй тезис - кем манипулирует? Сто пятьдесят человек примерно, я не знаю точно, сколько там пришло. Это с одной стороны много, а с другой стороны не очень много.


Ворсобин: Это в Махачкале вы сказали, пришли, да?


Стариков: Я не знаю сколько. Просто говорят задержано восемьдесят, было больше сотни. То есть мы не знаем точную информацию.


Ворсобин: По фотографии там больше сотни, там что-то около тысячи, по-моему.


Стариков: Ну, возможно, не знаю сколько. Дальше начинается процесс мобилизации, который имеет зримые признаки. То есть, во-первых, публикуются какие-то вещи, дальше людей призывают куда-то прийти. А призыв через социальные сети куда-то приходить - один из главных атрибутов цветной революции. Если надо автобусы, кто-то сделает автобусы. Вопрос не в технологии, потому что она понятна. Вопрос вот в чем, давайте представим, может ли такое произойти в Москве? Ведь такое пытались делать всевозможные навальнисты.


Ворсобин: Испугаются, скорее всего, не придут. Точно не придут, потому что знают, что здесь их тут же скрутят.


Стариков: Ну, это хороший аргумент, вы сказали. Просто не хотят делать то, что, с их точки зрения, не принесет никакого результата, кроме их персонального вреда. Правда? Ну что собрались, их за это наказали. Но дело не в этом. Дело в том, что на этом этапе должна подключаться власть и правоохранительные органы. Такие экстремистские каналы должны немедленно изыматься из обращения. Их должны мониторить сотрудники специальных служб. И как только они видят, что там идет призыв к чему-то, то ситуация должна купироваться сразу. Мы увидели, что ситуацию купировали, когда факт состоялся, вот что вызывает вопросы и как я полагаю, я не присутствовал на заседании, но я думаю, что именно вопрос: почему эта ситуация не была купирована, он и обсуждался за закрытыми дверьми. Когда мы с вами изучаем историю Российской Империи, начало двадцатого века - до сих пор во всех учебниках истории одним из самых темных пятен в нашей истории, во всех смыслах. То есть, во-первых, непонятно, откуда возникшие. Во-вторых, за которые стыдно до сих пор — это еврейские погромы, которые проходили в Российской Империи и вот вдруг на ровном месте из-за конфликта, в котором Россия занимает наиболее взвешенную позицию, это чуть опять не произошло у нас здесь. Поэтому давайте сейчас послушаем президента, он там совершенно четко акценты расставил.


Ворсобин: Да, да, конечно послушаем.


Стариков: Кто и как, вот очень важная мысль. Ну, давайте послушаем, а потом обсудим.


Ворсобин: Хорошо. Слава Богу, кстати, Николай, что они не нашли там ни одного еврея. То есть даже были они, сказали, что они мусульмане. То есть, можете представить, если бы они нашли, чтобы они с ними сделали?


Стариков: А вот хотите, я добавлю личную историю сюда.


Ворсобин: Давайте.


Стариков: У меня есть один из самых близких друзей, он еврей по национальности. Он живет в Санкт-Петербурге и на прошлой неделе у него был день рождения. Я позвонил его поздравить. Спрашиваю: «Ты, где»? Он говорит: «Мы в Дагестане. Жена сделала мне сюрприз, и мы всей семьей поехали в Дагестан». Я говорю: «Как»? Невероятно, чудесно, обалденно, гостеприимно, архитектура, кухня. Я ему посоветовал попробовать пистолеты. Кто не знает, обязательно будете в Дагестане, попробуйте, это шашлык из определенной части баранины, он похож на пистолет, поэтому так называется. Если вы скажете где-то там хотим, вас сразу там поймут. Он никакого отношения не имеет к оружию. То есть, он был в восторге. У него праздник, жена действительно сделал ему подарок. Когда я собирался в Сургут на конференцию, как раз в аэропорту, я прочитал, что что-то происходит Махачкале, Ну, я так думал, что, наверное, он уже улетел, но я позвонил и спросил. Выяснилось, что он покинул в Махачкалу за сутки, Вот понимаете, история: абсолютно русский человек, мой друг еврей по национальности, выглядевший как еврей, находится в аэропорту, и в этот момент приходят какие-то погромщики. Что там могло произойти мне не хочется думать, но вот этого в нашей стране не должно быть.


Ворсобин: Не должно. Всей стране повезло, что там не пролилась кровь. Но там есть раненые, но это из-за камней. Вот случилось то, о чем мы говорим. Давайте послушаем Владимира Путина. Его речь в Махачкале: «Вчера вечером инспирированные, в том числе через социальные сети, и в последнюю очередь с территории Украины, руками агентуры Западных спецслужб, я хочу в этой связи задаться вопросом, но разве можно помочь Палестине, пытаясь нападать на татов и их семьи. Таты, кстати говоря, это титульная нация в Дагестане. Помочь Палестине можно только в борьбе с теми, кто стоит за этой трагедией. Мы, Россия и боремся с ними в рамках специальной военной операции, именно с ними и за себя, и за тех, кто стремится к настоящей истиной свободе».


Вот Владимир Путин говорил о татах, так это как раз горские евреи. То есть одна из титульных наций, которые все время проживают в Дагестане, это очень многонациональная, действительно, республика, там сотня народов живет.


Стариков: 150 национальностей.


Ворсобин: Да, у них межнациональный мир. Это вообще впитано, в кровь, иначе бы они там не жили бы вместе, и вот удивительно, что они вот так все повелись. У меня такой вопрос, Николай, скажите, а вот ведь это все совпадает, если сказать так осторожно, с исламизацией наших южных окраин. Москва спокойно смотрит на то, что роль религии и национальных традиций растет и, собственно говоря, даже получает поддержку Москвы. Не есть ли побочный эффект вот этого. Чем больше ты соблюдаешь свои национальные традиции, тем бывает, ты отдаляешься от других народов, от другой части страны, чем больше ты развиваешь религию, тем больше у тебя внутри радикалов. И надо еще понимать, что там очень много безработной молодежи, это сейчас мы вспоминаем. Кстати, по Сектору Газа, где примерно такая же история, это уже вообще взрывоопасная штука. Как быть федеральному центру?


Стариков: Владимир, не все вопросы сразу. Значит, что касается пассионарности в Дагестане. Она большая, действительно. То, что много молодых людей, но они именно люди из Дагестана, расселяются в регионах России, которые граничат с Дагестаном и так далее. Поэтому и выходцев из Дагестана очень часто сейчас встречаем. В этом смысле хочется сказать, у вас проблемы с демографией, а в отдельном, взятом Дагестане этих проблем нет. Надо как-то изучать опыт, учиться. Я даже не знаю, чему учатся здесь. Далее, вы говорите, что Дагестан многонациональный, конечно. Еще раз подчеркну, Дагестан — это Россия в миниатюре. Коренные народы Дагестана, по-моему, двенадцать или пятнадцать, я боюсь ошибиться, вы назвали горные евреи там, например азербайджанцы и русские и так далее, пусть остальные не обижаются, на то, что всех не будем называть. И залог такого мирного существования вот в такой многонациональной республике, когда соседняя деревня, это другой народ, язык которого ты вообще не понимаешь, вот нужно понимать, что это не сто пятьдесят похожих народов.


Ворсобин: Так, Николай, продолжите вашу мысль через небольшой блок новостей, мы вернемся в том же составе.


Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин. Николай, давайте, наверное, перейдем к совету безопасности ООН или вы закончите свою мысль прошедшую?


Стариков: Я бы хотел закончить мысль, потому что она важная. Дагестан — это регион в России, в котором соседнее село это другой народ с другими традициями, поэтому там очень бережно и уважительно относятся к чужой жизни и к чужим традициям. И вот здесь начинается самое важное, интересное, когда кто-то пытается спровоцировать еврейский погром, он на самом деле не еврейский погром даже хочет сделать, он хочет взорвать все традиции многонациональной республики. Когда кто-то пытается куда-то ворваться, реагируют всегда очень жестко. Вспомните, когда банды Басаева пытались войти в Дагестан, чтобы там кого-то научить, кого-то наказать, какие-то порядки сделать. Дагестан взялся за оружие и защищал тогда не только традиции, не только себя, но и всю Россию. Когда начинают так себя вести, то взрывается межнациональный баланс, и этого никто там не хочет. Поэтому такое поведение, когда собирается толпа и идет что-то ломать, крушить, это взрыв на Кавказе. Такого там не должно быть, это невозможно в традициях. Это не от того, что кто-то сильно уважает свои традиции, а от того, что кого-то взвинтили эмоциями, там есть провокаторы, которые деньги за это получают. Но пусть органы с этим разберутся. Чем больше ты традиции свои чтишь, тем ближе к нулю вероятность того, что ты в такую ситуацию влипнешь и будешь в ней участвовать. Я напомню вам в завершение уже этой темы, что попытки взорвать ситуацию в России были в разных регионах. И в Москве на улицы точно также обманом выводили не дагестанцев, не мусульман, а девочек и мальчиков из московских школ, которые, наверное, другого вероисповедания. Поэтому здесь не надо говорить, что это отличительный признак того, что сегодня происходит, это определенно какая-то религиозная принадлежность. Нет, но для мальчиков и девочек одни лозунги и одни говорящие головы, для тех, кто, ну скажем, каждому свою пытаются подобрать эмоцию. Человек, который озвучивает это, провокатор, чтобы добиться одной и той же цели.


Ворсобин: Николай, я совершенно с вами согласен, совершенно, просто вы не договариваете одну вещь. Ведь действительно провокаторы есть, кукловоды, возможно, есть, я даже не исключаю существование «пауков». Но меня больше всего пугает тут необразованная часть населения, которая сильно подвержена таким «бей-бей, спасай Россию». То есть они видят в одном человеке, в определенном человеке олицетворение всего условного врага Израиля, они ищут в этом евреев. Почему? Это от недостатка образования, это от недостатка религиозного воспитания.


Стариков: Это не от этого. Во-первых, сегодня в интернете каждый может найти любую информацию. У меня есть, казалось, образованные друзья, которые на полном серьезе мне рассказывают, что Санкт-Петербург не был построен Петром I, а откопан, потому что Атлантида там. Люди образованные, в интернете есть некое сообщество, который такое говорит. Но это же определенное ментальное заболевание, понимаете.


Ворсобин: Я понимаю, Николай.


Стариков: Так вот те, кого вывели к аэропорту в Махачкале, они подхватили информационный вирус, им объяснили, что там что-то произойдет, что надо это сделать. И президент же правильно говорит, как вы Палестине поможете. А если вы хотите бороться с тем «пауком», то милости просим на линию соприкосновения. Потому что там тоже эта паутина, это одна и та же паутина. Что в Газе, что на Донбассе «паук» то один и тот же, вот в чем фокус. И поэтому кто-то от необразованности попадает в это, а кто-то от излишней образованности. В Москве дворники, чернорабочие выходили что ли? Нет.


Ворсобин: Николай, и снова соглашусь, антисемитами часто бывают образованные люди. Ладно, двигаемся дальше. Резолюция Совета Безопасности, которая стала поражением для Вашингтона. Все, что случилось в Совете Безопасности, они блокировали все резолюции, которые призывали к немедленной остановке военных действий без условий. Это торпедировал Вашингтон, Израиль и союзники, но генеральная ассамблея в ОНН проголосовала с подавляющим преимуществом, сто двадцать стран за пропалестинскую резолюцию, против лишь четырнадцать. То есть США и небольшая группа, поддерживающих государств. И воздержались сорок пять. И туда вошли те государства, которые поддерживали Вашингтон, часть из них — европейские государства. Николай, как вы объясните такое распределение голосов в мире. Почему в этой резолюции не критикуется ХАМАС, не говорится, что именно ХАМАС начал вот эту страшную мясорубку, не осуждается ХАМАС. Это предложила Канада, но этот отвергли, в чем логика этой резолюции?


Стариков: Ну, смотрите, было предложено несколько резолюций. Была резолюция России, в которой было осуждение ХАМАС, была американская резолюция, ее завернули Россия и Китай. Вот та резолюция, которая была проголосована, ее авторами являются арабские страны. Вы ее назвали палестинской, на самом деле она не пропалестинская, потому что опыт провала двух предыдущих резолюций привел к мысли, что нужно просто сказать самое главное. Вот главная и единственная идея, за что проголосовали сто двадцать стран, немедленное прекращение огня. И вот здесь против США, Израиля и там несколько европейских, пара латиноамериканских и куча экзотических островов. За эту резолюцию, проголосовала Великобритания. Франция, Германия воздержались, так вот степень поддержки этой резолюции зависит от количества арабского населения в той стране, о которой мы говорим. То есть это абсолютный прагматизм политический, не имеющий ничего общего с любовью или нелюбовью к тем или иным национальностям. Обратите внимание, как действовал Израиль. Его представитель стал говорить, что он потерял легитимность, потому что проголосовал. Мне удивительно это слышать, потому что это посыл, во-первых, к убийству Муаммара Каддафи, тогда перед этим все время говорили, что он потерял легитимность. И говорили, на мой взгляд, для того, чтобы легче было его убить, а потом поубивать всех вплоть до Башара Асада. Россия не дала этому сценарию воплотиться. Так вот, если Израиль говорит, что он нелегитимен. Слушайте, так и выходит, что Израиль создан резолюцией организации, которую теперь Израиль называет нелегитимной. Ну, тут как бы о неблагодарности можно говорить, а может о каких-то правовых последствиях. Ну, это с определенной стороны удивительно, сегодня представитель Израиля в ООН на себя одел желтую звезду, которую евреев заставляли нацисты одевать, то есть идет прямое давление на эмоции. Никто не спорит из нас с тем, что творили нацисты в отношении русских, евреев, цыган. Конечно, все эти страшные преступления были. Но как преступление, совершенное в середине двадцатого века, оправдывает преступления, которые на наших глазах совершают? Вот, на мой взгляд, никак.


Ворсобин: Николай, я просто задал вопрос, но вы его обошли. Почему ООН не прислушалась все-таки к Канаде, которая предложила в существующий проект, который сейчас принят 120 голосами, внести пункт об осуждении ХАМАСа. И тогда в этом случае, может быть, там было бы намного больше голосов; и тогда в этом случае не разделился ООН на такие части. Ведь на самом деле, я так понимаю, Николай, вы не будете же возражать против тезиса, что, вообще-то говоря, все началось с ХАМАСа. ХАМАС — это, по сути, по своим действиям, террористическая организация. Почему это не отметить в итоговом документе?


Стариков: Ну почему это не делают арабские страны? Мы свами можем только предположить.


Ворсобин: Ну понятно.


Стариков: Да, а Евросоюз признал ХАМАС террористической организацией 10 октября текущего года. Поэтому, когда вы говорите, что все началось с ХАМАС… Нет, Владимир у нас просто времени сегодня не хватит, может отдельно как-то поговорим. ХАМАС был создан англичанами, вместе с движением «Братья-мусульмане» (запрещённая в России организация), в 20-х годах ХХ века – это такая столетняя история создания.


Ворсобин: Вы прячетесь в историю. Мы сейчас говорим о сегодняшнем дне, о том, как ХАМАС себя ведет в последний месяц, а он ведет себя чудовищно. Ну, собственно говоря, он закрутил эту кровавую кашу.


Стариков: С этим никто не спорит, но оценки ХАМАСа никак не мешают при остановке огня.


Ворсобин: Я соглашусь с этим. Так почему бы не совместить, то есть, таким образом, выбить последнюю карту у израильтян и Вашингтона, признав резолюцией ответственность ХАМАС и при этом закрыть военные действия. Таким образом, основания у оппонентов не будет никаких отказываться. Я просто этого не понимаю, почему сто двадцать стран мира пытаются показать ХАМАС ну, как будто он не при чем. Вот это настораживает. Сейчас, Николай, мы прервемся и, конечно, договорим об этом через пару минут, оставайтесь с нами Владимир Ворсобин, Николай Стариков.


По сути дела. Николай Стариков.


Ворсобин: У микрофона Владимир Ворсобин, сейчас обсуждаем резолюцию Совета безопасности ООН и ситуацию, конечно, на Ближнем Востоке. Николай, ну, в общем-то, наверное, полностью разобрали. И в общем-то понятно, что теперь ХАМАС получил некую поддержку. В этом случае он будет опираться на международное мнение, которое уже формализовано.


Стариков: С чего вы это взяли?


Ворсобин: Ну потому что это резолюция, арабские страны дали такую дипломатическую подпорку для действий ХАМАС, который сейчас делает все, чтобы прекратить огонь израильтян.


Стариков: Подождите, значит, ХАМАС не получил никакой поддержки. Давайте сформулируем еще раз ваш вопрос, чтобы наши слушатели поняли, на что я отвечаю. Вопрос звучит так: почему с вашей точки зрения не была проголосована резолюция, которая осудила действие ХАМАС, правильно? Вы это меня спросили?


Ворсобин: Да.


Стариков: Да, объясняю на примере разных государств. Первое, берем Турцию. В Турции у власти - родные братья ХАМАС - собратья мусульмане, то есть они из одного корня, которые уходят в детище Британской разведки, в основном виде созданные в 20-е годы ХХ века. Турция не будет осуждать. Это, кстати, объясняет, почему такая горячая поддержка со стороны Турции ХАМАСу, речь даже здесь не более религиозная и даже не геополитическая, а именно вот такая. Далее – Британия. Она не будет поддерживать такую резолюцию, как вы говорите, потому что она теряет рычаг взрыва Ближнего Востока. Россия не может такое поддержать и еще десятки, сотни государств не могут поддержать такую резолюцию. Объясню почему - потому что она немедленно будет транслирована врагами России, Турции и всех остальных государств, если есть враги желающие взорвать их, как про израильскую позицию и позицию антиисламскую. А теперь возвращаемся в начало нашей передачи. Россия занимает взвешенную позицию, мы призываем выполнить резолюцию ООН и прекратить огонь. И все равно хотя бы в одном месте информационную брешь пробили и это сделали. А теперь представьте, что принимается резолюция, которую читать будет один человек из миллиона, текст. Интерпретировать которую будут украинские, американские, английские, русские либеральные и все остальные враги России и они будут это подавать, да-да, Владимир, как антиисламскую позицию России.


Ворсобин: Россия официально критиковала ХАМАС. Она говорила, что чудовищные вещи произошли на территории Израиля в ту субботу. То есть, в общем, официальная точка зрения не изменилась у Москвы.


Стариков: Россия говорит, если мужчины сражаются между собой, пусть сражаются. Если от этого сражения гибнут женщины и дети - остановите огонь. И вот в этой формулировке, с которой согласны сто двадцать стран, и есть позиция России, вот такая.


Ворсобин: Хорошо, предлагаю перейти к более легкой теме. Николай, сегодня день особенный, но его многие хотят забыть уже. День Хэллоуин, ночь точнее. Как вы думаете, вот этот Хэллоуин, иностранный праздник, который исчезнет вместе с иностранным влиянием или у него уже есть здесь корни, или, как вариант, их придется выкорчевывать, или пусть растут сами себе? В общем-то, пусть люди наряжаются вурдалаками и ведьмами, ничего не будет. Какая ваша точка зрения?


Стариков: Все-таки я надеюсь, наши радиослушатели подключились к трансляции, видят тот костюм, в который вы облачились. Он у вас в клеточку, значит, костюм недоброго шотландского фея.


Ворсобин: Они что, носят рубашки в клеточку?


Стариков: Обычно вы ласковый, добрый, мой соведущий, а сегодня вы какой-то не добрый. Я это списываю исключительно на ваш костюм, который вы на Хэллоуин зачем-то одели.


Ворсобин: Ладно, хорошо.


Стариков: Ну, смотрите, вопрос на самом деле очень сложный, потому что запретами очень что-то сложно выкорчевать. Вот я, например, помню свое пионерское детство, когда на Пасху почему-то в Советских кинотеатрах были сеансы, ночные, которых никогда не было до этого. Как-то, когда я дошел до сознательного возраста, я спросил маму: «Мама, почему в этот день такие, вот значит радости и прелести»? Мама говорит: «Так это чтобы люди не ходили на Крестный ход». «Да? А почему в другие дни этого нет?» «Потому что нет крестного хода - нет желания у власти это все перебить.» И тогда я понял, что на самом деле, как говорится к зрелому возрасту Советской власти, власть на такие уловки пускалась, то одними запретами, было понятно, что вопрос не решить. Пытались еще каким-то хитростями действовать. Так и здесь, с одной стороны. нужно объяснить государственным служащим, что это не нужно делать. Уже как бы одну часть, как говорится, проблемы решили. Ну, просто как бы сейчас не празднуют, год, два, три не празднуют, а потом уже начинают забывать. Следующее - в школах ничего не должно быть, ну, потому что это не наш праздник, бесовщина какая-то. Я даже сейчас не хочу говорить, почему этот праздник не надо праздновать. Мне кажется, это очевидно. Вопрос вы задали в другой плоскости, как избавиться от него, если он там, где-то пустил корни. А где-то, наверное, пустил корни у молодежи. Ну и вот надо объяснять людям, что это не хорошо. То есть, когда зона этого праздника будет все время сокращаться, сокращаться, сокращаться, рано или поздно она сойдет на нет. Одновременно с этим нужно что-то альтернативное двинуть, веселое. Там же вот весь ужас в том, что все самое страшное с Запада сейчас заворачивают в такие красивые яркие одежды. Ну посмотрите, там, гей-парад, все раскрашены и в перьях. Вопрос, я не знаю почему взрослые мужики в перьях ходят. Они, что, так каждый день ходят и вот именно их сексуальная ориентация заставляет их вставлять перья в одно место и с этими перьями ходить? То есть какое эта феерия имеет к их сексуальной ориентации отношение? Ответ, никакого. Следующий этап, это они уже внедрили в западное сознание, дальше начинается кастрация детей, чтобы люди меняли пол, раскрашиваются Бог знает кто, мужики в каких-то ярких платьях ходят, выступают, придумали какое-то шоу на Западе. И вот здесь то же самое зло заворачивают в очень красивую, яркую, такую, вот не присутствующую в жизни обычного человека, часто ситуацию, в такой праздник. Давайте, сделаем нормальный праздник, без вот этого всего отрицательного. Вот и все. Вот карнавал в Бразилии, он же яркий. Он имеет какую-то сексуальную ориентацию? Ну, нормальную имеет, через девять месяцев, там рождается большое количество детей карнавала. Их так и называют в Бразилии. Ну так это ж радость какая-то. А когда вот эти вот, с перьями в одном месте, которые вставили, и они прошли, через девять месяцев, что появилось? Ничего.


Ворсобин: Николай, я просто любуюсь вашей логикой. В общем-то да, в принципе, слышится логично. Николай, я хочу просто понять, в этот предпраздничный вечер, скажите пожалуйста, а что не так в Хэллоуине, сформулируйте? Что вас раздражает?


Стариков: Вам версию духовно-религиозного состояния или геополитическую?


Ворсобин: А давно вы стали священником? Я разговаривал с вами просто, как с живым человеком.


Стариков: Вот вы все время пытаетесь сказать, что вечер праздничный. Еще раз, дорогие друзья, подключайтесь, смотрите на праздничный наряд Владимира Владимировича. У меня наряд рабочий, только что закончилась двух дневная важная конференция в Сургуте, которая называется, кстати, «Сургут. Безопасность.» Праздника в Сургуте нет, у меня тоже никакого праздника нет и думаю, что подавляющего большинства наших слушателей тоже сегодня праздника никакого нет.


Ворсобин: Как-то грустно Николай, вот у большинства слушателей праздника нет. А что в этом хорошего-то? А вот скажите мне, почему бы все-таки не допустить, что один день, из 365 дней в году, был такой праздник? Вот он праздничный для части населения, что, это плохо, Николай? Вот вы просто скажите им, кто сегодня пойдет в бар, в ресторан, кто сейчас наряжается, кто готовил костюмы, в чем они не правы, в чем они ошибаются, почему это не праздник?


Стариков: Давайте попробую объяснить. Мой совет, если вам нужен повод для употребления, чего бы то ни было, лучше выбрать другой день. Ну, как-то будет полезней, если вообще нельзя от этого отказаться.


Ворсобин: Вы сейчас про алкоголь говорите?


Стариков: А это каждый в меру своей испорченности. Что вы там любите? Теплое молоко?


Ворсобин: У вас глаза блестят. Я поэтому подумал, именно об этом.


Стариков: Не знаю. Теплое козье молоко. Вот смотрите, в прошлом году на Хэллоуин была страшная давка в Южной Корее, погибло огромное количество людей. И я скажу вещи, дорогие друзья, вот на мой взгляд, это не случайность. Когда празднуется что-то со смертью, значит с чертями, дьяволом, на мой взгляд, это просто была, ну, какая-то сакральная жертва, жертвоприношение. Специально устроили давку, подавили людей. Поэтому каждый раз вот на этот день где-то будет какая-то беда, будут гибнуть люди.


Ворсобин: Доброго вечера вам сейчас пожелал Николай Стариков, услышимся через неделю с хорошими новостями.


Стариков: Сидеть сегодня дома.


Ворсобин: Вам советует Николай. До свидания, хорошего вечера.


Проект реализуется при поддержке Президентского Фонда культурных инициатив.


#Фондкультурныхинициатив


#Грантдляреактивныхкоманд

Подпишитесь на рассылку

Одно письмо в день – подборка материалов с сайта, ТВ-эфиров, телеграма и подкаста.

Можно отписаться в любой момент.

Комментарии