85 лет назад в небе над Красной площадью состоялась первая публичная демонстрация дальнего советского бомбардировщика ЦКБ-26, получившего после доработки обозначение ДБ-3. В августе 1936 года самолёт, созданный Сергеем Ильюшиным, был принят на вооружение ВВС Красной армии. В период Великой Отечественной войны эта машина стала главной силой дальней авиации Советского Союза. Самолёт отличался высокой для своего времени скоростью, хорошей манёвренностью и грузоподъёмностью. Чаще всего ДБ-3 применялся для уничтожения объектов военной инфраструктуры в тылу противника. Как считают эксперты, этот бомбардировщик стал эффективным средством авиационного поражения в тяжёлые военные годы.
1 мая 1936 года состоялась первая публичная демонстрация уникального советского дальнего бомбардировщика ЦКБ-26. Перед многочисленными зрителями самолёт пролетел над Красной площадью, где проходил парад, посвящённый празднику международной солидарности пролетариата.
Как сообщала газета «Правда», машина произвела большое впечатление на Иосифа Сталина.
После парада советский лидер и члены правительства СССР прибыли на Ходынское поле, где тогда находился аэродром. Сталин заслушал доклад создателя ЦКБ-26 Сергея Ильюшина. Прославленный советский конструктор рассказал о характеристиках бомбардировщика и ходе его разработки.
По завершении беседы Сталин попросил продемонстрировать на ЦКБ-26 элементы высшего пилотажа. Эту задачу выполнил легендарный лётчик-испытатель Владимир Коккинаки. На высоте порядка 2 тыс. м пилот совершил каскад крутых виражей с большим креном, несколько горок, восьмёрок, а также три петли Нестерова подряд, которые на двухмоторном самолёте в СССР ещё никто не выполнял.
«Оторвавшись от земли, самолёт под углом в 45 градусов врезается в небо и нанизывает мёртвые петли, глубокие виражи, иммельманы (полупетли с полубочкой. — RT). Движения машины легки и плавны, несмотря на стремительность и быстроту, несмотря на сложность фигур» — так описывала полёт ЦКБ-26 газета «Правда».
«Прорывные решения»
ЦКБ-26 создавался для поражения объектов военной и хозяйственной инфраструктуры противника. Однако в отличие от фронтовой (оперативно-тактической) авиации дальние бомбардировщики были предназначены для выполнения боевых задач в глубоком тылу неприятеля, за сотни и тысячи километров от позиций своих войск.
«Главными целями дальней авиации в те годы были резервы противника, размещавшиеся вдалеке от линии фронта. Это прежде всего склады, арсеналы, эшелоны военной техники. Большое значение имели удары по заводам и фабрикам, выпускавшим технику и боеприпасы», — пояснил в беседе с RT заслуженный лётчик России генерал-майор Владимир Попов.
Боевое крещение семейство ДБ-3 получило в период Финской войны 1939—1940 годов. Первоочередными объектами поражения бомбардировщиков стали резервы и узлы коммуникаций вражеских вооружённых сил.
Правда, армия противника не использовала истребители в массовом порядке, а пулевые пробоины, которые получали советские самолёты, практически не влияли на результативность бомбометания.
Чаще всего к потерям ДБ-3 приводили недостаточная подготовка экипажей, негативные погодные факторы, отказы техники.
«ДБ-3 был совсем новой машиной, и лётчики не успевали его осваивать в должной мере. В Финскую войну дальние бомбардировщики массово не применялись, но опыт этой тяжёлой для Красной армии кампании всё же позволил сделать вывод о том, что ильюшинский бомбардировщик Советскому Союзу однозначно нужен», — рассказал Попов. Дальний бомбардировщик ДБ-3 на взлётно-посадочной полосе РИА Новости
В начальный период Великой Отечественной войны ДБ-3 прославился как первый самолёт Красной армии, который нанёс удар по Берлину в 1941 году. Приказ Сталина о налёте на немецкую столицу предусматривал применение фугасных боеприпасов, а также зажигательных бомб малого и большого калибра.
Первая бомбардировка столицы Третьего рейха состоялась в ночь на 8 августа группой самолётов Балтийского флота. В общей сложности советская авиация совершила девять рейдов на Берлин.
Из-за значительной продолжительности полёта и необходимости держать большую высоту экипажи ДБ-3 не могли взять на борт необходимый для массированного удара объём боеприпасов. Те налёты на Берлин имели скорее морально-психологическое значение для советского народа и терпевшей в ту пору крупные поражения Красной армии, отмечают эксперты.
Кроме того, в первые месяцы войны советским ВВС приходилось применять ДБ-3 не по назначению. Дальние бомбардировщики отправлялись наносить удары по вермахту в непосредственной близости от линии фронта. Чаще всего экипажи ДБ-3 действовали днём, группами по 20—25 машин и без истребительного прикрытия.
В результате ДБ-3 нередко становились достаточно лёгкими мишенями для врага. Однако с конца 1941 года ВВС СССР начали использовать дальние бомбардировщики преимущественно по прямому назначению — для поражения целей в глубоком тылу противника.
«В самом начале войны ДБ-3 приходилось бросать прямо на линию фронта. Наши лётчики бомбили передовые подразделения вермахта, попадая под удары зенитной артиллерии и истребителей. Выполнение этих несвойственных дальней авиации задач, естественно, оборачивалось крупными потерями. Но как только ситуация на фронте стабилизировалась, экипажи ДБ-3 уже не подвергали такому риску», — пояснил Попов.
«Всю войну экипажи ДБ-3 весьма успешно сбрасывали бомбы на крупные объекты немцев в тылу и уничтожали цели в странах — союзниках нацистской Германии. Необходимо отметить мужество лётчиков дальней авиации — они зачастую выполняли очень сложные и рискованные миссии. На мой взгляд, применение ДБ-3 сыграло большую роль в победе над врагом», — подчеркнул Хазанов.
Комментарии