«Воздушный бой любит».
100 лет со дня рождения летчика-истребителя Андрея Боровых

18.11.2021

«Воздушный бой любит». 100 лет со дня рождения летчика-истребителя Андрея Боровых

Источник: tass.ru @ Алексей Волынец

«Воздушный бой любит» — такую характеристику командования получил совсем юный пилот в разгар Великой Отечественной войны. Эти три кратких, но на самом деле очень емких слова — «Воздушный бой любит» — приведены в приказе о награждении летчика Золотой Звездой Героя Советского Союза. Его первой звездой. Вторую он получит в победном 1945 году за несколько месяцев до окончания боев. Всего за годы той великой войны в СССР звания дважды Героев удостоили лишь 101 человека. Совсем молодой летчик-истребитель Андрей Егорович Боровых по праву вошел в эту сотню героев.

Курский аэроклуб и его тайны

Будущий дважды Герой родился 30 октября 1921 года в Курске. Старинный город, возникший ещё тысячелетие назад в Древней Руси, к моменту появления на свет Андрея Боровых насчитывал не более 50 тыс. жителей. Совсем недавно отгремела Гражданская война, в разгар которой Курск стал полем битвы красных и белых. Но родившемуся спустя два года после этих боев мальчику через два десятилетия предстоит поучаствовать в куда более жестоком сражении в небесах над родным городом — в знаменитой Курской битве, решающем сражении Великой Отечественной войны.

Впрочем, первые 19 лет жизни Андрея Боровых прошли вполне мирно. Сын простого рабочего, он окончил семь классов школы. Работал шофером — не самая распространенная профессия для той эпохи, когда даже в провинциальных городах основным средством передвижения для большинства все ещё оставалась лошадь. Работа с автомобилем в те годы предполагала наличие достаточно продвинутых технических знаний и навыков.

Юного Андрея, однако, больше манили другие машины — не автомобили, а самолеты. Еще школьником он записался в местный аэроклуб. Авиаторы и их крылатые механизмы тогда были на пике популярности — об их рекордах в СССР постоянно писали газеты, снимали фильмы.

Но городской аэроклуб не был просто развлечением. Все подобные клубы юных летчиков Советской страны входили в общегосударственную систему военной подготовки. И учеба в Курском аэроклубе шла вполне серьезная. По будням каждый вечер — пять часов теоретических занятий и лекций. По воскресеньям занимались с восьми утра до четырех часов дня. С весны, когда высыхала земля на грунтовом аэродроме, начинались практические занятия и тренировочные полеты. Летали с рассвета и до восьми утра — такое расписание позволяло заниматься в аэроклубе студентам и рабочим без отрыва от труда и учебы.

Ежегодно в июне и июле организовывался летний лагерь аэроклуба. Все было серьезно, почти с армейской дисциплиной — каждому члену клуба городской военкомат вручал повестку с призывом на 45 суток. По закону такой летний лагерь приравнивался к военным сборам, работодатели обязаны были отпускать своих работников на полтора месяца в загородный «клуб» с сохранением зарплаты. И следующие полтора месяца любители авиации жили по армейскому распорядку, соблюдая военную дисциплину — летали на самолетах и готовились к сдаче экзаменов, их в аэроклубах принимала специальная государственная комиссия. По итогам экзаменов выпускники аэроклубов направлялись в летные военные школы и училища.

Вот такой серьезный «клуб» в 1936–1937 годах прошел и будущий дважды Герой Андрей Боровых. Однако за время учебы он, 16-летний подросток, стал свидетелем не только лекций и тренировочных полетов. Дисциплина в клубе, особенно на полуторамесячных летних сборах, была предельно жесткая, даже жестокая.

В свободное от учебы и самолетов время участники сборов по приказу клубного начальства постоянно выполняли тяжелую и бесполезную работу — переносили с места на место бревна, доски, и так каждый день. Начальник и комиссар Курского аэроклуба считали, что так прививают своим подопечным азы воинской дисциплины. Но многие ученики возмутились и написали жалобы городскому руководству.

Быстро последовавшая реакция в стиле того сурового времени наверняка напугала и самих жалобщиков — в июле 1937 года начальник Курского аэроклуба и его заместитель — комиссар — были арестованы, обвинены в срыве подготовки летных резервов и вскоре… расстреляны.

Первые воздушные победы

Прошедший все лучшие и худшие перипетии родного аэроклуба Андрей Боровых в январе 1940 года был призван на срочную службу в армию. Естественно — в авиацию. Стал курсантом Чугуевской военной авиашколы пилотов, располагавшейся на Украине неподалеку от Харькова. Как раз к моменту поступления Андрея в эту военную школу она перешла с трехгодичной подготовки пилотов на ускоренный выпуск — уже в январе 1941 года Андрей Егорович Боровых получил звание сержанта и должность инструктора при своей же авиашколе.

Чугуевская школа готовила пилотов, летавших на уже устаревшем, но тогда ещё массовом в ВВС СССР истребителе И-16 или, как его прозвали сами летчики, «ишаке». Фанерный «ишак» был маневренным, но уже проигрывал более современным истребителям в мощи мотора и скорости.

Так что будущему герою повезло встретить роковой июнь 1941 года далеко от мест первых боев и сражений, когда наша авиация в ожесточенных воздушных битвах несла особо крупные потери. С началом Великой Отечественной войны авиашкола в Чугуеве продолжила экстренно готовить пилотов. Когда же фронт приблизился к Левобережной Украине, школу эвакуировали в южный Казахстан — в город Чимкент.

От Чугуева до Чимкента более 2600 км, и Андрей Боровых участвовал в перегоне по воздуху учебных истребителей. Впрочем, в глубоко тыловом Казахстане он задержался ненадолго. Боевые потери нашей авиации в начале войны оказались слишком велики. Фронт экстренно требовал пополнений. И в ноябре 1941 года из преподавателей эвакуированной школы был сформирован 728-й истребительный авиационный полк — 20 спешно отремонтированных стареньких И-16 с пилотами и авиатехниками.

Согласно архивным документам, авиаполк Андрея Боровых начал боевую деятельность в последний день первого года войны — 31 декабря. Первые боевые вылеты полк совершил на востоке современной Новгородской области, в районе города Демянск. Там в ходе стратегического контрнаступления нашим войскам удалось окружить немецкий корпус — создать так называемый демянский котел.

Немцы снабжали свои окруженные части по воздуху. И первой воздушной победой Андрея Боровых стал именно транспортный самолет противника. В последний день февраля 1942 года он на своем стареньком И-16 сбил немецкий Ю-52, трехмоторный транспорт и бомбардировщик фирмы «Юнкерс».

Прошло чуть более недели, и 8 марта 1942 года Андрей одержал первую победу над вражеским истребителем — в воздушном бою сбил «Мессершмитт» Ме-109, одну из основных боевых машин гитлеровских ВВС. Спустя почти три недели новый успех — в небе над городком Торопец (ныне Тверской, а тогда Калининской области) им сбит вражеский скоростной бомбардировщик Ю-88.

К тому времени Андрей Боровых пересел с устаревшего И-16 на более мощный истребитель «Харрикейн» — эти машины английского производства как раз стали поступать в СССР по ленд-лизу. На британских истребителях он пролетает почти год, затем сменит их на советский Як-7 и на разных модификациях этой боевой машины будет сражаться до конца войны.

«Он едва держался на ногах…»

Воздушная война — это не только скоротечные, стремительные боевые схватки. Куда чаще это нудная и тяжкая и тоже нередко смертельно опасная работа. Не только в небе, но и на земле.

Авиационный механик Дмитрий Горбовский, обслуживавший самолет Андрея Боровых, вспоминал уже после войны:

Февраль 1942 года. Наш аэродром, расположенный тогда под городом Торопцем Калининской области, подвергался частой бомбардировке. Морозы в ту зиму стояли жестокие. Лежать на земле под самолетом для его починки было само по себе нелегко… Сильно обмороженные руки плохо слушались. Выручала нас, механиков, высокая по тем временам норма питания, да иногда «боевые сто грамм», достававшиеся нам в случае, если летчики не возвращались с боевого задания. Механикам по уставу эти «боевые сто» не полагались. В тот памятный день, когда начался особенно яростный обстрел аэродрома, я лежал под самолетом, снимая бензобак. Девушки-зенитчицы пропустили немецкий самолет. Фашисты обстреливали нас лимонками — снарядами, которые разлетались на множество осколков. Сильно пострадал не только наш аэродром, но и землянки, где мы жили. Чудом удалось уцелеть…

Однако для пилота периодический риск на земле не мог сравниться с ежесекундным риском в воздухе. В боевой биографии Андрея Боровых есть немало эпизодов, когда он почти чудом оставался жив. Так, в августе 1942 года под Ржевом, где шли тяжелые бои, шестерка наших истребителей, включая самолет Андрея, атаковала 18 вражеских бомбардировщиков. Младший лейтенант Боровых один из них подбил. Но в это время шесть советских авиамашин были атакованы дюжиной немецких истребителей.

Почти сразу троих наших сбили, получил повреждения и самолет Андрея Боровых. Он сумел спастись лишь рискованным и неожиданным маневром — на предельной скорости, почти касаясь земли, нырнул под брюхо вражеского истребителя и ушел в сторону немецких окопов. Вражеские пилоты ждали, что русский будет уходить к своим, и упустили поврежденный самолет Андрея. Ускользнув от противника, он и ещё пара ведомых им самолетов обходным путем вернулись к своему аэродрому. «Но в каком виде вылез Боровых из кабины своего израненного самолета, какого невероятного напряжения сил стоила ему схватка! Он едва держался на ногах…» — вспоминал очевидец.

В боевой биографии Андрея Боровых есть и атака в лоб сомкнутого строя вражеских бомбардировщиков. Прорвавшись сквозь завесу немецких истребителей, он с минимального расстояния выпустил навстречу немецким «Юнкерсам» залп подвешенных под крыльями реактивных снарядов — уничтожил одну и серьезно повредил ещё две вражеские машины, летевшие бомбить наши войска.

28 августа 1942 года над Ржевом младший лейтенант Боровых в одном бою сбил сразу два вражеских самолета, истребитель и бомбардировщик. В сентябре 1942 года Андрей Боровых был переведен в 157-й истребительный авиаполк. В данный полк были сведены лучшие пилоты истребителей со всего Калининского фронта, и в этой войсковой части Андрею предстоит успешно сражаться до самого конца войны.

«Гвардейским полк так и не стал…»

В мае 1943 года полк Андрея Боровых перебросили на Центральный фронт, где вскоре разгорится крупнейшее и решающее сражение Второй мировой войны — знаменитая Курская битва. Юному летчику, которому не исполнилось ещё и 22 лет, довелось сражаться в небе над родным городом — в буквальном смысле слова защищая родной дом.

Хотя аэродромы его полка в те месяцы базировались недалеко от места жительства родителей Андрея, ему из-за череды боев так и не довелось навестить семью. Лишь однажды, пролетая над Курском, он сбросил вымпел с запиской родным — письмо с прикрепленной яркой шелковой лентой. Сообщение летчика подобрали и передали матери. Отец Андрея накануне погиб — боец пожарной дружины Егор Боровых был убит осколком вражеской авиабомбы, когда спасал от огня дома и улицы Курска.

Сын не сразу узнал о смерти отца — 31 мая 1943 года Андрей сам получил ранение левой ноги. Недолго пробыв в госпитале, он вновь вернулся в смертельно опасные небеса. В финале Курской битвы, 24 августа 1943 года, за 341 успешный боевой вылет и 26 самолетов противника, которые он сбил лично и в группе, командиру звена 157-го истребительного авиаполка младшему лейтенанту Андрею Егоровичу Боровых было присвоено звание Героя Советского Союза и вручена медаль «Золотая Звезда» №1077.

«Бесстрашный летчик. Воздушный бой любит. Смело вступает в бой с превосходящими силами противника, выходя из него победителем…» — именно так в те дни было написано в его характеристике, составленной командованием фронта.

Впрочем, у командования были к юному герою не только хвалебные слова с высокими наградами, но и серьезные претензии. Авиаполк Андрея Боровых хотя и имел массу воздушных побед и состоял из летчиков-асов, но так и не стал гвардейским. Причина — буйный характер многих пилотов полка. И 22-летний бесстрашный истребитель Андрей, первый среди героев неба, был и среди первых нарушителей дисциплины на земле. Такое с пилотами той эпохи случалось нередко — смертельный риск в небе требовал психологической компенсации. Переживший страшные опасности над облаками, стоя на твердой земле, уже ничего не боялся и мало кого слушал. Андрей не был исключением.

Раиса Фоминична Коробова встретила начало войны 19-летней девушкой, работая на одном из московских авиазаводов, позднее была призвана в армию и служила в батальоне аэродромного обслуживания 157-го истребительного авиаполка.

Гвардейским полк так и не стал, — вспоминала она позднее. — Хотя по тому, как воевал, был достоин. Почему не присвоили гвардию? Дисциплины не было. Вечно кто-то что-нибудь не вовремя отморозит. А раз так, то и не стали гвардейским… Был у нас, например, летчик Боровых. Ему то ли чай не понравился, то ли ещё что-то. Короче, слово за слово, он разозлился, взял и официантке закрыл голову её же юбкой и завязал. Это же хулиганство…

«Дважды дайте!»

Словом, юный воздушный герой и наземный хулиган Андрей Боровых имел все шансы познакомиться со штрафными частями, если бы не был великолепным боевым летчиком. В итоге ему придумали любопытное наказание — в его эскадрилью, под его начало стали передавать проштрафившихся летчиков. Едва ли юному капитану (к тому времени он был повыше в звании) было легко с такими подчиненными, но все вместе воевали они геройски.

21 октября 1944 года Андрей в одном воздушном бою сбил два немецких истребителя. Схватка происходила в небе у польского городка Дембица, где в это время располагался штаб 1-го Украинского фронта. Среди летчиков позже распространился слух, что свидетелями воздушного боя Андрея Боровых оказались сразу два маршала — командующий фронтом Иван Конев и представитель Ставки Верховного главнокомандования Георгий Жуков.

По легенде, увидев две воздушные победы подряд, маршал Жуков кратко распорядился: «Дать Героя!» Когда же ему попробовали возразить, что отличившийся летчик уже имеет одну Золотую Звезду, грозный маршал ответил столь же кратко: «Дважды дайте!»

Андрей Егорович Боровых закончил Великую Отечественную войну в небе над вражеской столицей — его авиаполк участвовал в Берлинской наступательной операции. Последний боевой вылет был совершен 1 мая 1945 года. К тому дню на его боевом счету имелось почти пять сотен боевых вылетов, свыше 130 воздушных боев и 46 вражеских самолетов, сбитых в группе и лично.

Помимо двух Золотых Звезд Героя 23-летний майор Боровых к тому времени был награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды и довольно нечастым орденом Александра Невского. Орден имени прославленного полководца Древней Руси тогда давался тем, кто не просто проявил отвагу и мужество, но и умелым командованием обеспечил успешные действия своей боевой части. Андрей Егорович Боровых заслужил его по праву — к концу войны он стал не только героическим пилотом-истребителем, но и способным авиационным командиром.

Поэтому вся дальнейшая его судьба была связана с небом и боевой авиацией. После 1945 года он успешно командовал авиационным полком, потом дивизией и корпусом. Спустя шесть лет после завершения войны окончил Военно-воздушную академию, затем учился в Высшей военной академии.

К тому времени то был уже не юный летчик-хулиган, а опытный и сдержанный военачальник. В 60-е годы минувшего века он командовал воздушными армиями на Дальнем Востоке и на Украине. В разгар холодной войны, в эпоху пика ракетно-ядерного противостояния, с 1968 по 1977 год генерал-полковник авиации Боровых занимал пост командующего авиацией войск ПВО, противовоздушной обороны, то есть отвечал за все мирное небо нашей страны.

Выйдя по возрасту в отставку, стал автором книги «Надежный щит Родины», посвященной истории войск ПВО. Героический летчик и некогда юный хулиган ушел из жизни 7 ноября 1989 года — успел отметить 68-й день рождения и через неделю скончался.

Андрей Егорович Боровых при жизни не был прославлен, как асы первой величины — например, как в советскую эпоху известные каждому летчики-истребители Кожедуб или Покрышкин. Но он был среди тех героев, которые своей храбростью и воинским искусством вытянули основную тяжесть великой войны, выковали Победу. Живой человек, со всеми достоинствами и недостатками, он не стал иконой своей страшной и героической эпохи. Но нашу благодарную память заслужил по праву и навсегда.

Обложка: Андрей Боровых / © Николай Ситников/ТАСС

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

КОММЕНТАРИИ

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: