Зима близко, а Иные уже пришли.
Какой мир строят хозяева мировой игры.
Андрей Фурсов

29.08.2022

Зима близко, а Иные уже пришли. Какой мир строят хозяева мировой игры. Андрей Фурсов

Пик научной фантастики (и советской, и западной) пришелся на 1960–1970-е годы. Однако в 1970-х годах этот жанр начал постепенно затухать и сходить на нет, уже в 1980-х на Западе начинает набирать силу жанр фэнтези. Конечно же, это неслучайно. Именно 1960-е годы стали пиком научно-технического прогресса в ХХ веке. К тому времени закончилась первая половина ХХ столетия, за эти полсотни лет было изобретено столько, что все казалось возможным, верилось, что прогресс будет нарастать по экспоненте. 1960-е — это мир безудержного социального и культурно-технического оптимизма. Человек полетел в космос, запустил искусственные спутники и задумался об освоении других планет.

Но этот порыв человечества в будущее создавал определенную угрозу для власть имущих как на Западе, так и в Советском Союзе. И уже в 1960-е годы перед сотрудниками Тавистокского института изучения человека в Великобритании (причем по иронии судьбы он располагается в графстве Девоншир, рядом с дартмурскими болотами, где разыгрывалась мрачная драма «Собаки Баскервилей» Конан Дойля) была поставлена задача притормозить научно-технический прогресс путем внедрения определенных информационно-психологических и организационных моделей. В частности, стартовала работа по созданию молодежных и женских субкультур и движений (именно в это время как по заказу появились The Beatles, The Rolling Stones, стал развиваться экологизм).

Одна из главных задач, поставленных перед Тавистоком, звучала так: to stamp out the cultural optimism of the 1960s (искоренить, вырубить, вытравить культурный оптимизм 1960-х годов). А научная фантастика, особенно советская, безусловно, была оптимистической по своему настрою. Некоторые менее оптимистические ноты (не могу их назвать пессимистическими, но они выглядели более сложными, чем просто оптимизм) прослеживались у ряда писателей в соцлагере, в частности в книгах Станислава Лема (достаточно почитать его «Астронавтов» и «Магелланово облако»). Однако общий настрой советской фантастики до середины 1960-х годов был преимущественно оптимистичным — это видно и по творчеству братьев Стругацких, и по романам Ивана Ефремова.

Но к концу 1960-х годов происходит перелом, причем на очень простом основании: номенклатура по корыстным групповым причинам отказалась от рывка в будущее и предпочла начать интегрироваться в капсистему. Наиболее проницательные наши фантасты интуитивно уловили этот поворот. Иван Ефремов пишет роман «Час Быка» (опубликован в 1968–1969 годах, отдельной книгой вышел в 1970 году), который по инициативе Юрия Андропова начинают изымать из книжных магазинов и библиотек — уж очень руководство планеты Торманс вышло похожим на советское Политбюро. На смену «Полдню…» Стругацких приходит «Улитка на склоне».  Даже по знаменитому советскому журналу «Техника молодежи» это было хорошо видно: тональность публикаций меняется со второй половины 1960-х и в 1970-е.

На Западе перелом происходит по схожим причинам: технический прогресс, бурно развивавшийся со второй половины XIX века, позволял пользоваться своими плодами среднему слою и верхушке рабочего класса — это заключало в себе угрозу для власть имущих, потому правящий класс начал реагировать. Можно сказать, что советская номенклатура и западная верхушка сработали здесь синхронно. Результатом стало торможение научно-технического прогресса во второй половине ХХ и начале ХХI века. Что изобретено за это время? Мобильный телефон, компьютер, интернет? Но это не идет ни в какое сравнение с космическими достижениями первой половины ХХ столетия.

Одним из следствий негативного эволюционного перелома 1970-х годов стало вытеснение или оттеснение научной фантастики жанром фэнтези. В фэнтезийном жанре нет ни демократии, ни прогресса — это будущее как прошлое. И подобное очень хорошо коррелирует с известным докладом 1975 года «Кризис демократии», который по заказу Трехсторонней комиссии написали Хантингтон, Крозье и Ватануки. Это очень интересный документ, я уже не раз о нем говорил.

Если коротко, основная мысль доклада сводится к тому, что Западу в большей степени угрожает не Советский Союз, а избыточная демократия на самом Западе, которой могут воспользоваться «безответственные социальные группы». «Демократическая политическая система оказывается особенно уязвимой напряжениями от промышленных и региональных групп», — декларируют авторы доклада. Поэтому, как говорилось в документе, необходимо разъяснять населению, что демократия — это не только ценность, но и инструмент, что кроме демократии существуют и другие ценности: старшинства (seniority), знания, авторитет.

Буквально это было выражено следующим образом: «Во многих случаях необходимость в экспертном знании, превосходстве в положении и ранге (seniority), опыте и особых способностях могут перевешивать притязания демократии как способа конституирования власти». В заключение доклад предлагал внести некоторую политическую апатию в массы, это полностью коррелировало с входившим в моду миром фэнтези. Ведь в фэнтези, повторюсь, нет никакой демократии — там есть только неожречество, неокороли и неорыцари.

Внутреннее пространство «Властелина колец», «Игры престолов», «Колеса Времени» Роберта Джордана, «Гарри Поттера» и других — это, во-первых, мир иерархий, а вовсе не ефремовский мир «Туманности Андромеды», где будущее носит название Эры Встретившихся Рук. Во-вторых, мир фэнтэзи — это доиндустриальный или в лучшем случае разрушенно-индустриальный футуроархаический мир. И это тоже соответствует курсу на торможение научно-технического и промышленного прогресса в интересах верхушки капиталистического общества.

Идейным обоснованием торможения стал экологизм, превратившийся в квазиидеологию. Первый доклад Римскому клубу (он создан в 1968 году) назывался «Пределы роста». В нем утверждалось, что человечество в своем индустриальном развитии достигло пределов, избыточно давит на природную среду, надо тормозить промышленно-экономическое развитие, перейдя к «нулевому росту». То есть 50 процентов всех средств должно идти на нейтрализацию негатива, который несет индустриальное развитие.

Таким образом, поворот от научной фантастики к фэнтези с ее доиндустриально-иерархическим, далеким от рациональности (еще одна черта антимодерна) миром магов и колдунов имеет четкую классовую основу. Выражаясь марксистским языком, это отражение загнивания капиталистического общества и того факта, что капиталистическая верхушка взяла курс на торможение научно-технического прогресса. То же самое сделала в своих интересах и советская номенклатура, когда в середине 1960-х годов заблокировала программу ОГАС Виктора Глушкова (разработчика первой в СССР персональной ЭВМ «МИР-1»), а также программу развития холодного термоядерного синтеза Ивана Филимоненко и еще целый ряд военных достижений КБ Челомея.

Дело в том, что реализация проектов Глушкова и Филимоненко несколько отодвигала номенклатуру в сторону, на первый план выходили люди, которых называли технократами. Кстати, я очень хорошо помню, как в конце 1960-х годов в МГУ наш преподаватель научного коммунизма критиковал ученого и фантаста Игоря Забелина за его точку зрения, согласно которой научно-техническая интеллигенция становится ударной силой прогресса. Ну что же, техническую интеллигенцию и задвинули вместе с научно-техническим прогрессом.

В этом смысле можно сказать, что мир финансиализированного и обращенного в прошлое капитализма первых 15–20 лет ХХI века — это результат параллельных, а с середины 1970-х годов совместных действий западной элиты и части советской номенклатуры. Правда, советская номенклатура этот мир не планировала, она просто реализовывала свои шкурные интересы, а вот западная верхушка именно такой мир запланировала. И мир «Игры престолов» — это одна из версий того мира, который эта верхушка предлагает нам как проект будущего, приучая к возможности такого будущего.

Зима близко, а Иные уже пришли. Какой мир строят хозяева мировой игры. Андрей Фурсов

Я часто предлагаю своим студентам сравнить четыре самых известных романа Жюля Верна, которые написаны в 1870-е годы, но отражают настроения «эпохи оптимизма» (а это 1840–1860-е годы), и четыре самых известных романа Герберта Уэллса, написанных в середине 1890-х годов.  Напомню, что кроме «Машины времени» это «Война миров», «Человек-невидимка» и «Остров доктора Моро». Дело в том, что 1870–1890 годы в Англии оказались годами экономического спада и рецессии (1873–1896), которые в значительной степени ослабили поздневикторианскую Англию и поколебали фундамент ее гегемонии. Это стало серьезным потрясением, но затем ситуация отчасти стабилизировалась. Если посмотреть на фантастику первой половины ХХ века — американскую, европейскую, то она окажется вполне оптимистичной.

Показательно, что в нынешнем мире единственной страной, где бурно развивается своя фантастика и одновременно активно переводится советская, является Китайская Народная Республика. Хотя в последние 5–6 лет даже в китайской научной фантастике возникли тревожные ноты (например, роман Хао Цзинфана «Складной Пекин», получивший престижную международную премию «Хуго»). Таким образом, китайские фантасты тоже начинают улавливать вектор развития общества в направлении, которое продемонстрировала нам «Игра престолов».

Герберт Уэллс был тесно связан с обществом Милнера — одной из серьезнейших закулисных структур, где писатель очень активно работал. И нужно помнить, что именно Уэллс в 1920–1930-е годы написал две примечательные работы: «Открытый заговор» (The open conspiracy) и «Новый мировой порядок». Описанные им схемы будущего превосходят по своим мрачным краскам даже сценарии, которые рисовал себе Третий рейх (Адольф Гитлер здесь просто отдыхает). Однако победа СССР над этим мрачным немецким проектом задала человечеству оптимистический потенциал лет на 40 вперед. Это была именно победа советской системы и вообще победа левых сил. Вот этот триумф позитивной, устремленной «в будущее со знаком плюс» фантастики 1950–1960-х годов стал прямым следствием победы Советского Союза и левых движений над темными силами Третьего рейха, а вот «Игра престолов» демонстрирует нам возвращение темных сил на историческую арену.

Вообще нужно заметить, что именно 1970-е годы стали тем временем, когда были «брошены кости», определившие судьбы мира аж на полстолетия, а может, и больше. Чтобы понять мир последних 50 лет, нужно углубиться в то время. При всей внешней благостности, впечатление которой производит брежневский «застой», в стране подспудно зрела катастрофа. Уже к середине 1980-х годов теневики как орган определенной части номенклатуры (аналогия времен НЭПа: комначальник — руководитель треста — нэпман в функции барыги), пользуясь «застоем», этим крестным отцом (во всех смыслах) перестройки, накопили средства, сопоставимые с бюджетом страны. Логично, что эти группы поставили задачу легализации данных средств, превращения их в собственность и интеграции в капсистему.

В 1970-е годы мы проедали свое будущее. Мы предали забвению колоссальный рывок человечества. Какие прогнозы делались писателем Артуром Кларком и крупнейшими американскими корпорациями! Наступающий век виделся миром техноутопий. Но вышло все совершенно по-другому, а дирижировали этим определенные группы, которые и верховодят теперь в мире, пытаясь превратить его в совокупность мегакорпораций. Они лепят мир в своих интересах. Однако ещё Гегель любил говорить о коварстве истории. Тот мир, который создали «хозяева истории» (Дизраэли), подходит к концу — вместе с их историей.

Подорвав научно-технический прогресс, данные группы подарили себе 50–60 лет жизни, не больше. Так же, как российское самодержавие, проведя в 1861 году реформу по отмене крепостного права, ударившую и по крестьянству, и по помещикам, выкроило для себя ещё полвека жизни. Оно предотвратило революцию по западноевропейскому образцу, но само заложило социальный динамит для революции по русскому образцу. Сдается мне, что то же самое случится с нынешними хозяевами мировой игры. Полвека они наслаждались своим триумфом, даже подарили себе полтора десятка «тучных лет», когда грабили территорию бывшего соцлагеря, а теперь пришла пора расплачиваться, все проедено. И сегодняшние хозяева на грани жуткого кризиса, который может обернуться миром футуроархаики в стиле «Игры престолов» или даже чего-то похожего: зима близко, а Иные уже пришли.

Комментарии