Александр Иванович Нотин в гостях у ПВО

14.12.2013

Встречи с интересными людьми, которые ПАРТИЯ ВЕЛИКОЕ ОТЕЧЕСТВО организует для всех желающих пообщаться и послушать, стали уже визитной карточкой ПВО.

Совсем недавно в гости к москвичам приходил А.И. Нотин – мыслитель, постоянный член Изборского клуба, автор нескольких книг, учредитель АНО «Переправа» (просветительское движение православной направленности).

Нотин 03

Александр Нотин в ПВО


Скачать аудиозапись

Игорь Баранов  Партия Великое Отечество, партиявеликоеотечество.рф

Александр Нотин член Изборского клуба, автономная некоммерческая организация «Переправа», pereprava.org

Игорь Баранов: Добрый день, дорогие друзья! Александр Юрьевич Куринов попросил меня сегодня помочь в организации нашей встречи. Кто не знает ― я Баранов Игорь Валерьевич. Я координирую сейчас организационную и кадровую работу в московском отделении. Сегодня у нас очень интересный человек в гостях, Александр Иванович Нотин. Он член Изборского клуба, он же президент и учредитель автономной некоммерческой организации «Переправа», мыслитель и писатель и вообще ещё много можно говорить, и православный деятель. И я думаю, что, лучше предоставить ему слово, чем что-то пытаться за него сказать.

Александр Нотин: Спасибо. Очень приятно, что здесь такая обстановка. Мне хотелось бы сегодня как раз поговорить о вопросах, как мне кажется, такой стратегической важности, поскольку ваша партия и наша «Переправа» — такой архипелаг островков и кочек православного народобожия. Мы не партия, но, тем не менее, мы все работаем в одном  патриотическом национально-державном поле, в каком и возник год назад Изборский клуб,  вот как раз недавно отметили годовщину его создания. Я хотел бы сегодня больше коснуться вопросов той ситуации, которая у нас сложилась и пообсуждать с вами, подискутировать, высказать свою точку зрения относительно того, что нам делать. Потому что последнее время в наших кругах, оппозиционных патриотических кругах, мне кажется, сложился какой-то перекос в сторону изучения вопросов что произошло, кто виноват и гораздо меньше и менее плодотворно дискутируется вопрос что, собственно говоря, делать. И вот здесь я бы начал с того, что обозначил то новое, что вторглось в нашу жизнь за последние 20-25 лет вместе с перестройкой, вместе с теми очень болезненными изменениями, которые испытывает наше поколение, каждый из нас испытывает их на себе. И из этих вот капелек, из этих ручейков, из этих струек складывается довольно мутная река  нашего национального бытия сегодняшнего и нашего национального сегодняшнего сознания. Но разбираться надо именно в плоскости ответа на вопрос ― что нам делать.

Из таких новых моментов принципиально важных, я бы естественно отметил, во-первых, распад СССР и целого социально-политического уклада, который существовал в стране. Во-вторых, это попытка имплантации России западной модели, цивилизационной модели со всеми её атрибутами и «прелестями». А именно системное, глубоко эшелонированное, прекрасно финансируемое наступление нигилизма, наступление сатанизма, всякой прочей духовной мерзости на просторы бывшего СССР и, прежде всего, на наши российские просторы через рухнувший железный занавес. Это новое явление, мы его все прекрасно ощущаем. Достаточно посмотреть на наши федеральные СМИ, которые финансируются за счет всего населения, а обслуживают интересы либерального меньшинства, которое Господь называл в беседах патриархами мерзостью. Вот эта мерзость запустения сейчас обрушилась на нашу жизнь, на наше сознание, это, безусловно, явление новое. Некоторые наши депутаты, в частности, Евгений Фёдоров, всем вам хорошо известный и мы с ним несколько раз встречались, обсуждали этот вопрос, называет ещё одно новое явление —  это оккупация. Оккупация, которая выразилась в том, что практически все ключевые посты, все институты, все сферы государственного управления, государственной власти в России захвачены людьми, которые вольно или невольно, осознанно или неосознанно обслуживают интересы вот этой западной, ну, кто-то её называет закулисой, кто-то её называет мировое правительство. Но, тем не менее, эти люди действительно реально контролируют все ключевые сферы.

В этой связи я бы сказал, что основную тревогу вызывает факт, что, во-первых, эти люди контролируют сферы образования и воспитания, потому что с моей точки зрения именно эти участки являются решающими. Здесь формируется образ русского будущего, здесь воспитывается и взращивается наша молодёжь. Мы можем сколько угодно триллионов вкладывать в создание железа военного, но если им не будет управлять полноценный, как говорил Владимир Владимирович Путин в недавнем своём выступлении, физически и духовно здоровый человек, а будет им управлять растение, то понятно, что толку от этого железа будет немного.

Как выясняется, несмотря на то, что четыре фракции Госдумы очень настойчиво рекомендовали президенту и через его голову премьеру Медведеву убрать Ливанова с поста министра образования. Ничего не получилось, что как раз довольно ярко показывает, что кадровая ситуация не вполне находится в юрисдикции нашего президента. И далеко не все вопросы он может решать так, как этого хочет профессиональное сообщество, на которое он любит ссылаться, я имею в виду ― педагогическое, воспитательное сообщество или политический наш бомонд в лице депутатов Государственной думы, каких-то известных ярких политических деятелей и так далее.

Вроде бы согласие есть внизу, а верхи оказываются неспособны это сделать. Что тоже, конечно, вызывает вопросы. Я здесь придерживаюсь другого мнения, нежели Евгений Фёдоров. Я считаю, что проблема нынешней элиты существует реально, что действительно она обслуживает не всегда и не везде национальные наши интересы. Но слишком акцентировать этот вопрос, мне кажется, не стоит, потому что есть опасность создания неких фобий внутри нашего российского общества. У нас и без того полно проблем психологического плана — и уныние, и депрессия, и разочарование. А тут ещё создание очередного монстра в лице этой закулисы и её адептов, её эмиссаров в высших слоях и высших сферах государственной власти. Тем не менее, сам факт по себе, такой имеет место быть и это новое. Новым является и освобождение нашей церкви из большевистского безбожного пленения. Это новое. И мы видим, как стремительно растет церковь на протяжении того же самого периода. Под церковью я понимаю не только иерархию не только архиереев, но и церковные низы, церковный народ, церковное общество. У меня была дискуссия  несколько лет назад на страницах газеты «Завтра» с Сергеем Георгиевичем Кара-Мурзой, которого я очень глубоко уважаю, и который в одной из статей заявил, что в России нет ни одной социальной общности, которая находилась в бы в состоянии положительного роста, если не считать криминальные сообщества, но тут вряд ли   можно говорить о каком-то положительном социальном звучании.

Я возразил Сергею Георгиевичу тоже публично, со страниц газеты «Завтра», что такая общность есть, это народ божий. Под народом божьим я подразумевал, конечно, не только священство или монашество, но и ту огромную массу людей, которые в последние  двадцать пять лет пришли в церковь. Я их называю блудные сыны,  себя тоже отношу к их числу. Это люди, которые пришли к богу через те или иные потрясения. И тем самым подтвердили известное евангельское высказывание о том, что многими скорбями подобает влиться в Царство небесное.  То есть скорби есть проводник к Богу, к познанию  его бытия и его присутствия в нашей повседневной жизни.

Церковь десятикратно практически выросла именно в том понимании, о котором я говорю за те же самые годы. И вот это новое пополнение блудных сынов, оно очень интересно, поскольку это люди из разных сословий, разных социальных страт, разного возраста, разного пола, разного образовательного ценза, разной национальности. И они вот каким-то потомком влились в освобождённую после 1991 года церковь. Поэтому мы не можем говорить о либеральном периоде сугубо в отрицательных характеристиках, много есть положительного, хотя, в основном, конечно все негативно.  Но, тем не менее, волна начала подниматься и количество людей, которые начали действительно вести такую глубокую церковную духовную жизнь, оно стало возрастать.

С девяностых годов по некоторым  статистически оценкам, почти в десять раз. И в относительном измерении, то есть с двух процентов тех, кто причащается хотя бы несколько раз в году до примерно десяти процентов. И в абсолютном измерении, сейчас почти семьдесят пять-восемьдесят  процентов россиян считают себя православными, из них такая активная церковная доля, доля людей активных, составляет примерно двадцать-двадцать пять процентов. То есть это серьёзная уже сила. Это миллионы людей. И мы видели во время пребывания в Москве пояса Пресвятой Богородицы этих людей. Не думаю, что какая-либо политическая партия ― ни правящая, ни оппозиционная, смогла бы вывести этих людей в тот ноябрьский стылый день для того, чтобы прикоснуться, приложиться к святыне.

Новое, конечно, и то, что страна погрузилась в системный кризис. Мы находимся в состоянии, в центре этого кризиса. Причём, особенно беспокоит наблюдателей тот факт, что этот кризис уже видят как слева, так и справа, причём оценивают его практически в одних и тех же выражениях. И Проханов говорит о том, что технологические катастрофы, вот эти флажки, он любит образно выражаться, флажки, которые можно расставлять в местах, где прорываются трубы, падают самолёты, тонут корабли, взрываются магистрали и так далее. Вот их сейчас становится с каждым годом все больше, что свидетельствует, конечно, о нарастании кризиса по всем статьям ― национального, социального, инфраструктурного, политического, культурного и так далее. С другой стороны, справа тоже самое говорит либерал академик Рыжов, который заявляет, что путинское ручное управление приводит страну на грань катастрофы, и мы все ощущаем  в той или иной мере, что это так, что очень серьёзное внутреннее напряжение существует и оно, так или иначе, может себя проявить.

Кризис внутри и это тоже новое, дополняется глобальным кризисом вовне. Глобальной тектоникой, о которой сейчас много говорят. Я не буду это повторять, думаю, что, если брать экономический, финансовый аспект, может быть, Валентин Юрьевич Катасонов как-нибудь тут выступит и расскажет. Это все понятно. Понятно, что нарастает турбулентность. Я бы даже сказал, что наш кризис является, скорее, следствием того кризиса.

Мы уже говорили о западных имплантах, которые пытались здесь привить нам. Поэтому Запад вторгся в наши пределы  после крушения СССР и, в значительной мере, открылись шлюзы, через которые западные болячки начали проникать в разных видах в наши пространства, мы погрузились в этот системный кризис. Но этот кризис является вторичным, с моей точки зрения. По отношению к внешнему кризису.

Конечно, наши средства массовой информации, которые практически тоже оккупированы либералами и не могут дать объективную картину происходящего, пытаются нам внушить, что мы вот  такие никуда не годные, у нас все плохо, а у них все хорошо. Это глубочайшее заблуждение. Я не буду подробно на этом останавливаться, потому что не это тема нашего сегодняшнего разговора, но на самом деле, ситуация прямо противоположная. В России она намного лучше, чем на западе. Взять ту же самую долговую проблему ― она несопоставимо лучше. Другое дело, что та деформированная, однобокая, чрезвычайно зависимая экономика, которая за эти четверть века сложилась у нас, экономика, которая фактически стоит на одной ножке ― на нефтегазовом секторе. И в силу сильнейшей зависимости бюджета от этих источников поступлений, безусловно подвержена серьёзным колебаниям.

Мы прекрасно понимаем, о чём идёт речь —  сейчас может в результате замирения с Ираном  и урегулирования ситуации вокруг Сирии начаться процесс снижения нефтяных цен. Я бы даже сказал, что, возможно, это и является подлинной целью американцев в их изменении курсу по отношению к Ирану. То есть, не  Иран, собственно говоря, и не Ближний Восток, а, наверное, всё-таки сюда где-то ближе, к России, к Москве. Так вот, снижение нефтяных цен может драматичным образом сказаться на нашем бюджете. А заодно и снижение объёмов поставок, скажем, углеводородов из нашей страны. И это будет сразу очень серьёзным ударом и серьёзным испытанием для нашей вот  такой расстроенной, расшатанной, сильно ослабевшей, потерявшей советский запас прочности экономики.

Кстати говоря, если говорить об инфраструктурных проблемах ― мы каждый раз слышим там трубы прорвало, сям трубы прорвало, самолёты, поезда, всё это. Мы фактически доели инфраструктурную мощь, которую в наследство нам оставил Советский Союз. Мы её промотали из-за коррупции, некомпетентности нашего государственного аппарата, как внизу, так и вверху. Накопились огромные издержки. Не были произведены необходимые мероприятия по модернизации, по поддержанию жизнестойкости, жизнеспособности этой инфраструктуры советской. И хотя в ней был заложен колоссальный, наверное, пятикратный, может быть, и более запас прочности, она, безусловно, не вечная и она нуждалась в уходе, нуждалась в развитии. Не получив этого ухода и развития она сейчас даёт признаки и усиливающихся сбоев, и усиливающихся проблем.

Конечно, новое ― это попытки создать новый мировой порядок. Мы сейчас видим, что делают американцы в мире, мы видим политику двойных стандартов, мы видим, как от нас пытаются отхватить наши естественные сферы влияния —  ту же Украину, Молдавию. Грузию. Те же страны, не будем забывать о Казахстане, где постоянно ведется подрывная деятельность, чтобы заставить Казахстан изменить свою политику в отношении России. То есть, мир остался прежним.  Это мир конкурентный, эти мир заклятых друзей. И здесь, как говорится. Особенно щёлкать клювом не приходится.

Но политика Запада, который сейчас нагло вторгается в чужие пределы и устанавливает свои представления о счастье, о добре и зле, это политика, безусловно, вполне антихристианская. Это политика Антихриста. Это попытка уже начать процесс срубания, ликвидации национальных границ, национальных культур, национальной самобытности насаждения вот этих самых западных ценностей, которые и нам тут усиленно насаждают и постепенного превращения, унификации. Накрыть всё это электронным колпаком, установить  контроль над всеми сферами как частной, так и корпоративной и общественной жизни и постепенно приводить, через хаос,  конечно, через разрушение устоявшихся национальных государственных структур, приводить это всё к одному знаменателю. То есть тезис, антитезис и  синтез. Тезис ― ликвидация национальных государств. Антитезис ― хаос и путч. Синтез ― установление нового мирового порядка, которому все народы будут аплодировать после того, как будут разрушены вот эти устои.

Полная версия стенограммы встречи: скачать

* ИГИЛ/ДАИШ — запрещённая на территории Российской Федерации террористическая группировка

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: