Открытое письмо Президенту России Владимиру Путину

13.05.2012 318

Аллы Бут, супруги российского бизнесмена Виктора Бута, находящегося в американской тюрьме.

"Уважаемый Владимир Владимирович,

Обращаюсь к Вам, как к Главе Российского государства, за помощью в возвращении домой моего мужа, российского бизнесмена Виктора Бута, осужденного в США на 25 лет тюрьмы за выдуманное американской прокуратурой преступление.

В эти майские дни вся Россия праздновала День победы.

День Победы всегда был в нашей семье главным праздником года. Уже в пятый раз мы – моя дочь, мама и брат моего мужа, и я – встретили этот праздник без Виктора, который все эти годы находится в тюрьмах, сначала в тайской, а теперь в американской, не совершив никакого преступления ни против Таиланда, ни против США.

Виктора осудили в США за «намерение вступить в сговор с целью убийства американцев». Я не верю в его виновность и считаю, что осуждение судом присяжных – результат пропагандистской кампании, развернутой как против Виктора, так и против России, в 2000 – 2008 годах. Если бы Виктор не был россиянином, и в прошлом –  российским офицером, его не сделали бы в глазах американской и мировой общественности «мировым злодеем» и «торговцем смертью».

«Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой», — поется в песне из всеми любимого фильма «Офицеры».

У нашей семьи, как и у большинства семей на территории бывшего Советского Союза, есть своя собственная военная история. Дед Виктора, старший лейтенант Советской Армии, пропал без вести в боях на Курской Дуге в 1943 году. Бабушка Виктора после того, как муж не вернулся с войны, вырастила семерых детей, получая лишь небольшое пособие от Министерства обороны.

Мой дед, также старший лейтенант Советской Армии, тоже пропал без вести – в боях под Ленинградом. Бабушка пережила в Ленинграде всю блокаду и тоже воевала. Она получила награды за оборону Ленинграда.

Немалую роль в том, что Виктор выбрал судьбу российского офицера, и после срочной службы в армии поступил в Военный институт Министерства обороны, сыграла военная судьба его деда.

Если бы Советский Союз не развалился в тот момент, когда Виктор только вернулся домой после долгой службы в Мозамбике в качестве переводчика при аппарате советских военных советников, его дальнейшая судьба сложилась бы иначе. Виктор любил армию и не хотел уходить, но к моменту его возвращения из командировки прокормить семью на офицерское жалование стало уже невозможно. Именно в силу этих обстоятельств мой муж занялся бизнесом.

У Виктора оказался настоящий талант к бизнесу, и его дела скоро пошли хорошо. В его фирмах, помимо него самого, работали многие бывшие офицеры Вооруженных сил, которым, как и Виктору, нужно было кормить свои семьи. Виктор никогда не отказывал в помощи бывшим сослуживцами и товарищам по Институту, когда у них дела шли хуже, чем у него.

Тогда, в начале 1990-х, многие офицеры вооруженных сил выживали только благодаря своим друзьям, успевшим построить бизнес, как мой муж Виктор. Это сейчас, благодаря Вашим усилиям, офицерам не приходится думать о том, что завтра будут есть их жены и дети, и будет ли у них крыша над головой. В те времена, когда складывался бизнес Виктора, государство было не в состоянии обеспечить офицерам вооруженных сил и их семьям достойный уровень жизни. Виктор все делал сам, и еще помогал товарищам, которым, как и ему, пришлось уйти из армии, чтобы как-то прокормить свои семьи. Тогда военным приходилось переучиваться на новые, гражданские профессии, и Виктор, как человек, который сумел добиться в своей гражданской профессии определенного успеха, стал как источником надежды и помощи, так и образцом для подражания для многих бывших офицеров.

Несмотря на то, что мой муж давно снял с плеч погоны, он всю жизнь остается тем, кем был всегда – российским офицером, радеющим за судьбы своих товарищей и подчиненных, преданным своей Родине, всегда готовым дать отпор ее врагам.

Это не просто слова: именно он сыграл одну из главных ролей в освобождении из талибского плена российских летчиков в 1996 году, а после того, как экипаж оказался в безопасности, приземлившись в аэропорту базирования его авиакомпании в ОАЭ, скромно отошел в сторону, предоставив другим получать награды Родины, и после этого молчал о том, что сделал, пятнадцать лет.

За годы работы в Афганистане, в Африке и на Ближнем Востоке Виктор неоднократно и всегда резко отвергал предложения западных разведок, интересовавшихся его клиентурой и грузами, которые он перевозил. Он вел свой бизнес честно, никогда не обманывал партнеров, и никогда не совершал сделок, которые противоречили бы его принципам. Западная пропаганда обвинила его в беспринципности и отсутствии моральных норм. Американские «писатели» Даглас Фара и Стивен Браун сделали «умозрительный вывод» о том, что раз российским летчикам удалось так «легко» вырваться из талибского плена в 1996 году, это значит, что Виктор заключил с талибами сделку о поставках оружия в обмен на беспрепятственный побег экипажа. Эта «логика», может быть, подойдет «прагматичному» среднему американцу, но не российскому офицеру, который осознает, какую опасность для России представляют талибы, и который в течение нескольких лет перевозил грузы для правительства Афганистана, воевавшего с талибами.

Западная пропаганда, также, «логически», от обвинений в связях с талибами, без всяких доказательств, перешла к обвинениям в перевозке грузов для террористической сети «Аль-Каида». Появление в западных СМИ материалов такого рода и побудило американскую наркополицию DEA, получившую после 11 сентября 2001 года полномочия в борьбе с терроризмом, начать разработку провокационной операции, целью которой был арест Виктора и его осуждение в США.

Сторонники «охоты на Бута» среди политиков и высших чиновников США за несколько лет, с 2002 по 2007 год, раскрутили маховик американской пропагандистской машины до такой степени, что вслед за ним начал проворачиваться и маховик государственной машины США. Сейчас, после осуждения судом присяжных и 25-летнего приговора, оба эти маховика в деле моего мужа раскручены до такой скорости, что остановить их сможет только стремление к справедливости и политическая воля на самом высшем уровне.

На суде в Нью-Йорке судья Шира Шейндлин официально, под запись в протоколе, назвала Виктора «бизнесменом, а не террористом, никогда не использовавшим методы насилия» и потребовала перевести Виктора из строгого одиночного заключения в тюрьму общего содержания, где он сейчас находится. Несмотря на это, и оставив без внимания письменную рекомендацию судьи направить Виктора для отбывания наказания в тюрьму общего режима, по последней информации, Департамент коррекции США собирается отправить Виктора в тюрьму максимально строгого режима Florence ADMAX в штате Колорадо. Это одна из самых страшных тюрем США, каждая камера в которой – это одиночный бетонный гроб, в котором заживо хоронят человека. Большинство заключенных тюрьмы составляют члены «Аль Каиды» и других террористических организаций, осужденные на пожизненное заключение, и уголовные преступники, ранее совершившие убийство охранников и заключенных в других тюрьмах. По словам самих американцев, тюрьма «Флоренс» в Колорадо устроена таким образом, чтобы оказывать наиболее сильное угнетающее психологическое воздействие на заключенных.

Владимир Владимирович,

На сегодня я абсолютно уверена в том, что только Вы, Глава российского государства, сможете уберечь моего мужа от погребения заживо в этой страшной тюрьме. Только Вы сможете совершить поворот в его судьбе и судьбе моей семьи, и восстановить справедливость.

В Америке, видимо, действует «телефонное право». Иначе я не могу расценить такой беспрецедентный факт, как полное игнорирование рекомендаций федерального судьи департаментом коррекции. В Америке есть кто-то, кто ненавидит Виктора настолько, что, даже зная, что его вина ничем и никем не доказана, и что в суде было абсолютно ясно сказано, что Виктор не террорист и никогда не прибегал к насилию, все-таки пользуется этим «телефонным правом», чтобы отправить моего мужа в самую страшную тюрьму в стране. Это не укладывается в голове: Монзер Аль Кассар, в прошлом – настоящий торговец оружием, который был арестован в Испании в результате подобной же провокации, экстрадирован в США и осужден на 30 лет тюрьмы, отбывает наказание в тюрьме общего режима, а Виктора, которого торговцем оружием сделали «эксперты»-недоучки из ООН и американские СМИ, собираются отправить в тюрьму максимально строгого режима, находящуюся на таком расстоянии от всех российских консульских учреждений в США, что регулярные посещения Виктора российскими дипломатами заведомо исключены.

Я верю, что не всех в Америке, и даже в американской администрации, вердикт присяжных убедил в виновности моего мужа. Однако в условиях США сегодня, чтобы правда и справедливость победили, у них должны быть очень сильные союзники.

Владимир Владимирович,

Я не очень верила в американское правосудие и до суда, а теперь не верю в него совсем. Как укладывается в голове такой абсурд: судья, единственный человек, досконально разобравшийся в обвинениях и представленных «доказательствах», не имеет права приговорить Виктора к меньшему сроку, чем 25 лет, не говоря уже о его освобождении, хотя прекрасно понимает, что Виктор не причинил никому вреда и не сделал абсолютно ничего для реализации придуманного американскими спецслужбами «заговора»?!

Мой муж не совершал никаких преступлений ни против США, ни на территории США, ни где-либо ещё в мире. На суде прокуратура воспользовалась эмоциями присяжных, на которых годами валилась пропагандистская «лапша» о Викторе – всемирном злодее. Никаких разбирательств по поводу обвинений СМИ в его адрес суд не рассматривал, никаких доказательств его, якобы, преступной деятельности никто не продемонстрировал.

И, тем не менее, Виктора осудили.

«Дело» Виктора Бута – это не только беда нашей семьи, но и наглое посягательство на суверенитет России.

Я никогда не поверю, что Россия, великая держава, готова позволить американцам бездоказательно арестовывать своих граждан в третьих странах и судить на своей территории за притянутые за уши преступления. Если позволить это один или два раза, спецслужбы США начнут считать такое положение вещей нормой.

Владимир Владимирович,

Мы все – мама и брат Виктора, мои родители, наша с Виктором дочь Лиза и я – надеемся теперь только на Вашу помощь и участие в судьбе Виктора. Пожалуйста, помогите нам вернуть его домой!

Помогите сделать так, чтобы следующий День победы мы могли встретить вместе с Виктором дома, в России!

С глубоким уважением,

Алла Бут, жена российского бизнесмена Виктора Бута, несправедливо осужденного в США на 25 лет тюрьмы.

11 мая 2012 года, Нью-Йорк.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Поделитесь

Новые видео

Instagram Николая Старикова

Комментарии