"Обнаружить и следить за нами у США не получалось". Секреты от командира подлодки "Борей"

"Лед прочнее металла"

Что касается всплытия подлодки во льдах, то у нас и американцев [этот процесс] значительно отличается. Мы выполняем эти маневры самостоятельно при обеспечении определенных сил. А у них сейчас в основном идет так: перед всплытием прилетает вертолет, на месте делает оценку обстановки, толщины льда и все остальное, потом устанавливает приводящие системы, которые непосредственно обеспечивают точность всплытия. Там готовится площадка для всплытия.
У нас все строится на основании прогнозов и оценки ледовой обстановки, накопленного опыта подледного плавания. Все остальное лежит на плечах экипажа, который постоянно ведет ледовую разведку, анализ, оценку и контроль ледовой обстановки. У нас нет помощников. У подводников надежда только на себя и свой крейсер — мы сами себя обеспечиваем.
Подводная лодка "Александр Невский" © Олег Кулешов
Подлодка типа "Акула" может пробить лед толщиной до 2,5 м, но у нас на "Борее" таких задач не было. Однако есть многолетний лед, а есть молодой. Его до 2,5 м легко взять, а вот многолетний лед дай бог 1,5 м "Акула" возьмет.
Нам не рекомендовали в процессе эксплуатации проламывать лед, да и надобности в этом не было, мы отрабатывали вопросы маневрирования при всплытии в полыньях и разводьях, маневр приледнения и подготовку к маневру проламывания льда. Отрабатывали действия как оператора, так и всего экипажа в целом.
Если ты находишься в айсбергоопасном районе, то подводная часть айсберга может достигать (по опыту наших подводников, которые в том районе ходили) 200 м.
Что касается стрельбы ракетой "Булава" из-подо льда, то это фантастика, которая может быть реализована в будущем (улыбается). У меня был учитель Шевченко Анатолий Иванович — вице-адмирал, который был одним из крупнейших специалистов подводного плавания в Советском Союзе. И по настоящее время им остается и продолжает передавать свой опыт. Его трижды представляли к Герою Советского Союза, но лишь назначали на вышестоящие должности. Лучший специалист подводного плавания говорил так: "Лед прочнее железа, лед ломают только дураки".
Подлодка "Александр Невский" в акватории завода "Севмаш" © Пресс-служба ПО "Севмаш"
Лед — вроде бы вещь хрупкая, но ломает железо, поэтому, конечно, это неплохо было бы — стрелять из-подо льда... Если бы я под лед не ходил, не осознавал, что это такое, то, наверное, поверил бы, что такое возможно. Да и есть ли необходимость этого? Опять же мы понимаем, что лед находится по ходу движения лодки, и все должно быть одновременно — весьма и весьма.

"Бореям" нет смысла далеко ходить"

Плюс ко всему "Борей" — подлодка-тренажер. Есть очень много систем, которые позволяют создать определенную обстановку по управлению кораблем в режиме боевого тренажера, можно создать реальные условия и те возмущения, которые возникают при пуске всего боекомплекта ракет, и тем самым отработать действия по управлению кораблем в данной ситуации.
Я испытывал много чего интересного, если говорим о полном залпе ракет, то это серьезно, там корабль управляем. "Борей" — позволяет приобрести хороший опыт плавания, отработать действия экипажа, то есть отработать практически, а не теоретически. Раньше были только береговые тренажеры, но на береговых тренажерах ты не ощущал, что ты находишься на корабле, ты сидишь в классе, что-то происходит, какие-то выполняешь условные действия, команды, а тут вероятность произвести пуск ракет, грубо говоря, сымитировать его, есть возможность отработать операторов боевых информационных систем, отработать рулевую команду, операторов гидроакустического комплекса. "Борей" — хорошая машина.
Подлодка "Александр Невский" в акватории судоверфи "Севмаш" © Олег Кулешов
Я скажу, что по определенным сейчас нашим свойствам, опять же по скрытности, мы превосходим американцев. По оружию? Вы давно слышали, что они провели какие-то стрельбы? А мы два-три раза в год проводим стрельбы баллистических ракет. Я был на программе испытаний, мы стреляли ежегодно. Не факт, что у них что-то полетит, а у нас все летает потихоньку и на достаточное расстояние, наши районы позволяют выполнять задачи. Техника у нас надежная, нормальная, что бы ни говорили злопыхатели.
На "Невском" мы стреляли в 2013 и 2014 годах. Два пуска: первый — в Белом море при государственных испытаниях, а второй — в Баренцевом. После этого больше с этого корабля никто не стрелял.

 
А с Камчатки готовы стрелять, оттуда "Борей" еще не стрелял пока. Это зависит не от корабля, а от береговой инфраструктуры в основном. Есть небольшие сложности, не все проработано и отработано. Корабль готов, может и способен.
Что касается дальности выходов в Тихий океан, то могу сказать по себе: я не слишком далеко ходил. Смысл далеко бегать, то есть отдаляться от берега? Ходили относительно базы далеко вдоль берега — вверх-вниз. Ну не совсем вдоль берега, в определенные районы. Поэтому бегали хорошо, мы-то стратеги — нам не надо. Я могу сказать, что многоцелевые лодки ходили и ходят к нашим заокеанским друзьям и там дежурят.
А "Бореям" нет смыла туда ходить, потому что межконтинентальная ракета "Булава" позволяет производить пуски и с базы. Даже не надо будет и с базы выходить. У нас высшая форма боевой подготовки боевой службы: потенциальный противник не знает, где мы находимся, и не знает, куда ты идешь. Чтобы были в тонусе (улыбается).

"Корабль по струночке ходит, не шелохнется"

Что касается скорости подлодки, то все зависит от того, какие задачи выполняем: уклонение от противника при применении оружия, либо противник применил оружие. Скорость в 29 узлов в принципе реальная, если корабль содержать в соответствующем состоянии. Это позволительно, наши старенькие кораблики намного меньше давали.
Что касается ощущения этой скорости, то все зависит от того, где ты находишься. Если на центральном посту, для тебя это филигранная работа боцмана, механика. Любая перекладка руля, создание всяких несущих моментов, то есть можно очень глубоко провалиться, а можно быстро всплыть. Поэтому только на это особое внимание. Пристальное внимание ко всему в процессе управления, все это дело надо контролировать. А корма — турбина воет, летит, системы и механизмы на номинальных параметрах, поэтому ощущения свои. Не был, не могу сказать, потому что не мог оставить центральный пост, но я подозреваю, что там весело (улыбается).