Английское золото на русской крови.
Кто стоял за Ленским расстрелом 1912 г.

21.04.2022

Английское золото на русской крови. Кто стоял за Ленским расстрелом 1912 г.

Источник: aif.ru

110 лет назад, 17 апреля 1912 года, мирное шествие рабочих золотых приисков Ленского золотопромышленного товарищества, намеревающихся подать петицию с просьбой освободить своих арестованных в ходе стачки товарищей, было остановлено окружным инженером Витимского горного округа Константином Тульчинским.

Вместо слов — пули

Передние ряды рабочих окружили Тульчинского. Кое-кто уселся на штабеля леса, закурив самокрутки. Назревала обстоятельная беседа — инженера рабочие знали и уважали. И кто знает, как оно могло повернуться, если бы не команда помощника начальника Иркутского губернского жандармского управления, ротмистра Николая Трещенко. Команда была простой: «Пли!»

Первый залп уложил на месте нескольких человек. Остальные бросились врассыпную, но быстро залегли, поскольку огонь вели непрерывно. И прицельно — впоследствии выяснилось, что штабс-капитан Санжеренко «обходя сзади солдат, грозил пристрелить того, кто будет плохо целить». Однако парой-тройкой залпов дело не ограничилось. Стреляли достаточно долго — солдаты успели сменить по две обоймы. И, в общем, качественно. Убитых насчитали 250 человек, раненых — 270 человек. Как обращались с последними, можно судить по свидетельству священника, причащавшего умирающих: «Я увидел поразительную картину: кругом на полу лежали в беспорядочном виде груды раненых рабочих. Пол покрыт кровью, кое-где видны клочки сена, служившие постелью раненым. Перевязки, сделанные, вероятно, с вечера, потерявшие свой вид до неузнаваемости, у некоторых были заменены собственной материей из одежды…»

Осмотр 200 раненых дал интересные результаты — 117 из них схлопотали пулю уже в лежачем положении. Раненых в переднюю часть туловища насчиталось лишь 14 человек. Все остальные были расстреляны со спины — когда пытались бежать или ползти.

Власть власти рознь

Беспрецедентная карательная акция с первых же дней получила название «Ленский расстрел», которое прочно укоренилось в отечественной и мировой историографии. Да и в нашем сознании тоже — этот сюжет в обязательном порядке входил в курс школьной программы по истории.

Другое дело, что именно в этом самом сознании укоренилось. Судя по всему — некая абстракция. Что-то вроде: «Власти, отдав приказ расстрелять рабочих, совершили чудовищное преступление, всколыхнувшее общественность и широкие народные массы, что привело к подъёму рабочего движения». Впрочем, такая картина осталась в памяти у тех, кто учился в советской школе. Сейчас, похоже, предпочитают более нейтральные формулировки. Например, «трагические события на Ленских золотых приисках».

Самое интересное, что всё это правда. Но правда, которая ничего не объясняет. В частности, совершенно непонятно, почему такое рядовое явление, как забастовка рабочих, требованием которых было всего лишь соблюдение договора найма, вдруг вызвало со стороны власти применение самых крайних карательных мер вплоть до массового убийства.

Тут надо понимать, что власть власти рознь. Скажем, иркутский губернатор Фёдор Бантыш, на чьей территории находились соответствующие прииски, не раз сигнализировал «наверх», что бизнесмены из компании Лензото, то есть Ленского золотопромышленного товарищества, ни в грош не ставят местные власти: «Налицо неприглядная зависимость правительственных органов от усмотрения и своевластия частных предпринимателей… Край этот, по сути, отдан в полное владение Ленскому товариществу».

Более того — когда рабочие начали стачку и ознакомили со своими условиями ту самую «власть» в лице губернатора, тот нашёл их требования справедливыми: «Прошу доложить министру, что вина создавшихся обстоятельств всецело должна быть отнесена на счет Ленского золотопромышленного товарищества, бесконтрольно эксплуатирующего Витимский золотопромышленный район при полнейшем игнорировании насущных нужд рабочих. Для ликвидации забастовки необходимо выполнение правлением Лензото законов и подписанных им контрактов».

Что нарешали «в верхах»

Однако очень скоро тон губернатора сменился. Он внезапно признаёт, что виноваты в стачке сами рабочие. Конкретно — какие-то зловредные агитаторы, сформировавшие стачечный комитет, который надлежит «немедленно арестовать, хотя бы и пришлось прибегнуть к силе оружия».

С чего бы вдруг такая перемена? Всё просто. Вопрос решили в тех самых «верхах», куда недотёпа-губернатор жаловался на беспредел бизнесменов. И решили виртуозно. За несколько дней до этой самой перемены министр торговли и промышленности Российской империи Сергей Тимашев сообщил министру внутренних дел Российской империи Александру Макарову: «К губернатору в Иркутск послан член правления Ленского золотопромышленного товарищества для действительного освещения тех фактов, которые могут быть иркутскому губернатору ещё неизвестны».

Что именно говорил гонец министра губернатору? Этого с доподлинной точностью установить уже не получится — никаких протоколов не велось. Вероятнее всего, зарвавшемуся провинциалу попросту указали его реальное место в административной пищевой цепочке. И открыли глаза на то, как по-настоящему устроена система Ленского золотопромышленного товарищества, какие там крутятся деньги и на каких «серьёзных и уважаемых» людей вздумал тявкать паршивый губернаторишка.

Система была проста. К 1910 году 71,5% акций Лензото принадлежали «уважаемым зарубежным партнёрам» — компании «Lena Goldfields», имеющей штаб-квартиру в Лондоне. То есть в выкачивании сверхприбылей и в давлении на русских рабочих была заинтересована даже не Российская империя, что ещё можно было бы хоть как-то оправдать, а Великобритания.

Англичане имели богатейший опыт колонизации, из которого вынесли несколько важных правил. В частности, следующее. Если хочешь добиться бесперебойного поступления сверхприбыли из колонии, надо делиться с местными «серьёзными и уважаемыми» людьми. Они и делились. Среди миноритарных акционеров Лензото числились, например, бывший премьер-министр Российской империи граф Сергей Витте, бывший министр торговли и промышленности Российской империи Василий Тимирязев, а также мать царствующего императора Николая II, вдовствующая императрица Мария Фёдоровна. Из числа активных, действующих высших чиновников империи акционером был — внимание — министр торговли и промышленности Сергей Тимашев. Тот самый, который и послал гонца к губернатору для разъяснения текущего момента.

«Уважаемые зарубежные партнеры»

А момент был не из весёлых. Продолжающаяся стачка наносила впечатляющий ущерб. Процент, который давала компания «Lena Goldfields» держателям своих ценных бумаг, был исключительно высокий. Так, в 1910 году был выдан дивиденд в 56%. Сейчас из-за стачки «какого-то быдла» под угрозу был поставлен личный доход каждого из поименованных «серьёзных» людей.

И, что, пожалуй, даже важнее, забеспокоились в Лондоне. «Уважаемые зарубежные партнёры» забили тревогу — такие надёжные акции вдруг стали падать в цене. Требовалось срочно принять самые крутые меры — просто показать биржевому сообществу, что в далёкой России всё в порядке. Что «русских варваров» местные власти держат в ежовых рукавицах, и малейшая попытка рабочих качать права будет пресечена. Да так, что другим будет уже неповадно.

Словом, как говорят в американских гангстерских фильмах, «ничего личного, только бизнес». В данном случае — бизнес на крови русских рабочих. Уже на следующий день после Ленского расстрела акции «Lena Goldfields» подскочили в цене на 115 рублей и достигли прежнего уровня.

Обложка: Фрагмент картины «Ленский расстрел». Художник К. Юон Public Domain

Комментарии