«Кольцо Анаконды» вокруг России и Нобелевская премия мира

15.10.2020

В очередном прямом эфире программы «По сути дела» на радио «Комсомольская правда» речь зашла о современной геополитике – «кольце Анаконды» вокруг России, новом Шелковом пути Китая, внешней политики России, а также о Нобелевской премии мира.

Хронометраж:
00:00 — О «кольце Анаконды» вокруг России
07:25 — О маршруте Шелкового пути Китая
11:44 — Заинтересована ли Россия в дестабилизации Китая
17:13 — О важности авторитаризма на постсоветском пространстве
24:00 — Кому вручили Нобелевскую премию 2020 и почему
28:46 — Был ли выдвинут Навальный на Нобелевскую премию
29:52 — Кто определяет кому присудить Нобелевскую премию мира
31:35 — Как США борются с голодом в мире
34:15 — О поэтессе Луизе Глюк

Скачать аудио

Текстовая версия:

Источник: Комсомольская правда


Д. Делинский:

— Здравствуйте! Я – Дмитрий Делинский, со мной Николай Стариков. Украина, Грузия, потом снова Украина, Армения, Таджикистан, Киргизия, снова Киргизия. Что происходит?

Н. Стариков:

— Легче говорить, где ничего не происходит.

Д. Делинский:

— В Казахстане.

Н. Стариков:

— Пока. В данный момент, но почему там попытается что-то происходить, мы чуть позже.

Происходит поджигание по периметру вокруг некоего населенного пункта, который называется Российской Федерацией. И у нас есть универсальная система пожаротушения, например, ракета «Циркон». Но она предназначена для тушения пожаров, которые потенциально большие, глобальные. А вот что делать с этими маленькими пожарами, здесь «Циркон» не подойдет.

Д. Делинский:

— А ничего, что это ракета морского базирования?

Н. Стариков:

— Ну, вот взяла вода, зачерпнула, отнесла во вражеский авианосец.

Д. Делинский:

— В Белоруссию, в Украину.

Н. Стариков:

— На Украину. Это ведь так? На Кубе, на Украине. Мы же и Украину любим, и Кубу любим.

Д. Делинский:

— Только Куба – остров, Украина нет.

Н. Стариков:

— Почему вы называете Балоруссию Беларусь? Говорим мы «а», пишется «Белоруссия», правильно?

Д. Делинский:

— Белорусы пишут «малако».

Н. Стариков:

— Но Беларусь – это сегодняшнее название союзного государства. И когда мы говорим Белоруссия, тут нет ничего обидного. Я специально говорил с лингвистами: в русском языке нет буквы «а» в качестве связующей две части слова.

Д. Делинский:

— Хорошо. Про поджигание, да.

Н. Стариков:

— Происходит попытка дестабилизации ситуации, поводы разные. В Киргизии выборы, в Белоруссии выборы, но совершенно другие. В Армении борьба за часть территории, кстати, непризнанной Арменией Нагорного Карабаха.

Смысл один и тот же: Россия в центре, вокруг нее выстраивается так называемое «кольцо анаконды», давний термин, который говорит об удушении. Анаконда сдавливает, стальные тиски. Именно это и делают сейчас вокруг России.

Обратите внимание, Россия была одним из инициаторов, главным составляющим двух блоков. Одного – общественно-политического и экономического – Евразийского экономического и таможенного союзов и военного – ОДКБ.

Мы с вами перечислили три названия государств – Киргизия, Армения, Белоруссия. Это три из пяти членов Евразийского союза. Совпадение? Не думаю. Остается Казахстан, о котором мы с вами сказали. И Россия.

Д. Делинский:

— А кто поджигает? «Кольцо анаконды» — кто?

Н. Стариков:

— В каждой аналогии по-своему. Что касается анаконды, понятно, она хочет кого-то сожрать. Она же душит не из-за любви к искусству. И не потому, что кто-то надел неправильные носки, а потому что ей хочется кушать. К анаконде у нас и претензий-то… Не ведает, что творит.

А вот что касается тех, потерявших разум, кто поджигает целые регионы, страны, ввергает их в хаос, то здесь мы должны говорить о большой международной политике.
Конкуренты. Если мы с вами берем ЕАЭС и видим, что в трех государствах союза одновременно начинаются беспорядки, войны и хаос, мы можем легко предположить, что конкуренты стараются сделать ЕАЭС не дееспособным.

Д. Делинский:

— У нас есть конкуренты на геополитической арене, на экономической конкурентов нет. Есть Китай, США, есть Евросоюз, но с экономической точки зрения мы с ними не можем конкурировать.

Н. Стариков:

— Вы хотите сказать, что мы в экономике не столь сильны, сколь в военном деле? Я с вами согласен. И поэтому у нас нет конкурентов. Начало правильное, окончание неверное.

Украинские заводы по производству самолетов, например, они реально конкурируют с «Боингом»?

Д. Делинский:

— Конечно, нет. «Русланы» не производят…

Н. Стариков:

— «АН» тоже не производят. Вопрос: зачем эти завода ликвидированы? Для того, чтобы открыть рынок сбыта. Кондитерская фабрика имени Пупкина, производящие конфеты замечательной старой технологии и распространяющая их на территории части украинского государства не дает конфетам с современной химико-технологической начинкой занять этот рынок. Значит, если вы хотите продавать свои хуже по качеству конфеты, вы должны закрыть фабрику-конкурента. Так и уничтожают экономических конкурентов. Не только потому, что они опасны, а потому что они занимают место под экономическим солнцем.

Сплошная деиндустриализация. Закрывают фабрики под видом скупки, покупают конкурента, а потом что-то не заладилось. Закрыли завод, из него получился бизнес-центр. А иностранная продукция завозится. Это было сделано на территории восточной Европы, теперь это дошло до Прибалтики. И сейчас происходит на Украине. И эта машина сбыта – ей надо двигаться дальше. Это консервный нож для вскрывания других рынков, чужих.

Есть одна проблема. Наша планета конечна. Поэтому начинаются кризисы, войны, как говорил Ленин: империализм, война за рынки и тому подобное.

Д. Делинский:

— Война – это продолжение политики и все дела.

Н. Стариков:

— Возвращаемся к ЕАЭС. Это конкурент. Пока слабый, но потенциально большой, сильный, потому что речь идет об обеднении всего евразийского пространства. Конкуренты НАТО, Евросоюз не хотят, чтобы это было.

Д. Делинский:

— А Китай? Разве он не проводит политику экспансии в Азии, в Африке? Китай не скупает все, что плохо лежит?

Н. Стариков:

— Прекрасно! Китай здесь, конечно, прямо сейчас надо о нем вспомнить, спасибо, что вы это сделали. Только я предлагаю вспомнить о Китае с другой стороны. Я думаю, что вы прекрасно помните, что в Китае существует глобальный проект «Шелкового пути».

Д. Делинский:

— Пару лет назад они запустили этот самый «Шелковый путь» в обход российской территории.

Н. Стариков:

— Прекрасно! Давайте вспомним его маршрут. Хочу напомнить, в чем смысл этого китайского проекта? Он заключается в том, чтобы товары, произведенные в Китае, очень быстро и не морским путем, который контролируется англосаксами, могли быть доставлены в Европу. Это одна из основных целей.

Д. Делинский:

— А железная дорога, по которой проходит этот «Шелковый путь», она тоже пролегает через не самые стабильные страны.

Н. Стариков:

— Давайте посмотрим, какие у Китая есть географико-политические варианты. Вариант первый – через территорию России, в том числе, используется Северный морской путь, а так Транссибирская магистраль. Вариант хороший, рабочий, но Китай не хочет быть в зависимости от Российской Федерации.

Д. Делинский:

— Точно так же, как и не хочет быть зависимым от англосаксонского мирового океана.

Н. Стариков:

— Поэтому Китай сразу готовит несколько вариантов. Вариант через Россию есть, его Китай имеет в виду, но основной путь этого «Шелкового пути» идет так: Китай, дальше Казахстан. И мы сейчас с вами вспомнили, что это одно из государств, где все пока, слава богу, стабильно. Но попытки дестабилизации Казахстана были.

Дальше. Территория Казахстана, по железной дороге товары довозятся до Каспия, там переправляются на территорию Азербайджана. И мы с вами вспомнили название государства, которое сейчас в центре нестабильности. Дальше через территорию Азербайджана товары попадают в Грузию, в грузинском порту они перегружаются, должны доплыть до украинского порта. Из украинского они должны попасть по железной дороге в Европу.

И смотрите. Украина дестабилизирована – первый удар по этому пути нанесен. Азербайджан оказывается в центре глобальной нестабильности. Армения и Азербайджан оспаривают право принадлежности какой-то территории. Но в случае развития этого конфликта, последствия будут у Китая – китайский «Шелковый путь» будет остановлен. Поэтому мы с вами сейчас подходим к одному из ключей, может, самому важному, которым открывается эта сложная геополитическая дверь. И нам приоткрывается конкуренция между США, объединенным Западом, Китаем, где Россия и Евразия – это всего лишь поле реализации этой конкуренции. Иными словами, дестабилизировать Евразию, Азербайджан, чтобы китайские товары никак иначе не могли попасть в Европу, кроме как морем. А если им удастся дестабилизировать и Казахстан, тогда уже вариантов останется мало. Только Россия или только море.

Д. Делинский:

— То есть, Россия тоже заинтересована в том, чтобы в Средней Азии на традиционном пути этого «Шелкового пути» была нестабильно?

Н. Стариков:

— Россия точно не заинтересована в дестабилизации обстановки, потому что логика вашего вопроса следующая. Если «Шелковый путь» из Китая в Европу, который пролегает через Казахстан, Азербайджан, Украину, Грузию будет дестабилизирован, а Азербайджан грозит погрузиться в хаос, руководство страны, конечно, не хочет этого. И, наверное, Эрдоган, который подталкивает Азербайджан к жесткой позиции, тоже решает свои задачи. Но те, кто подталкивает Эрдогана подтолкнуть Азербайджан, решают задачу прекращения транзита китайских товаров. Вот надо понимать эту многоходовочку.

Д. Делинский:

— Эффект домино такой.

Н. Стариков:

— Россия не заинтересована во всем этом, потому что, представьте, Казахстан. У нас огромная граница с ними. Хаос, война, не дай бог, там 5 миллионов русских и много миллионов людей других национальностей. Это проблема, которая немедленно становится нашей.

Россия – это единственная страна, которая заинтересована в стабильности всего этого, потому что убедить Китай пользоваться нашей Транссибирской магистралью мы всегда сможем, а вот договориться с теми, кто государства разрушает, очень сложно.

Предлагаю, когда мы говорим о «кольце анаконды», мы должны надеть стереоскопические очки, да, душат Россию, да, поджигают членов ЕАЭС, все это есть. Но есть ещё один уровень, почему они хотят делать все это. Потому что, в итоге, им нужно остановить Китай.

Сегодня читаю прогнозы китайских экономистов. К 2032 году китайская экономика превзойдет экономику США и пойдет дальше в светлое коммунистическое будущее.

Д. Делинский:

— А до сих пор не превзошла?

Н. Стариков:

— По всем показателям, но это же прогноз дается в 2020 году, а речь идет о десятилетии позже, поэтому надо остановить Китай сейчас. А для этого надо прервать китайские глобальные проекты. И, конечно, у России особая роль в силу огромности и пространства, в силу истории. Мы должны по плану наших геополитических «партнеров» стать их инструментом антикитайской политики. Кстати, почему Китай опасается складывать все китайские яйца в одну российскую корзину? Потому что Китай не может быть уверен, что через 15-20 лет Россия не будет по-другому настроены по отношению к Китаю. Вы можете дать такую гарантию китайским товарищам?

Д. Делинский:

— Я не сижу в Кремле, более того, я не знаю, что там будет сидеть через 15-20 лет.

Н. Стариков:

— Давайте по-другому сформулируем вопрос: кто-нибудь может сказать, что будет в России не через двадцать лет, а через пять?

Д. Делинский:

— Никто.

Н. Стариков:

— Заострим вопрос совсем. Кто-нибудь может сказать, что в мире будет через пять лет?

Д. Делинский:

— Очень хороший вопрос. Никто.

Н. Стариков:

— Думаю, что горизонт планирования три года, год. И если вы выстраиваете китайское экономическое чудо, вы можете зависеть от того, что произойдет в соседнем государстве? Нет. Поэтому вы вырабатываете несколько вариантов. Надо понимать, почему китайцы делают такие решения. И использовать особенности сегодняшнего момента.

В мировой геополитике обижаться на кого-то глупо. Люди играют в большие шахматы, но это страшные шахматы, тем не менее, они делают это не потому, что они злодеи, а потому что достигают своей цели. К сожалению, для этого, чтобы безработный негр в Америке хорошо кушал, нужно, чтобы между Азербайджаном и Арменией началась война. Вот связь между этими событиями, казалось бы, уловить сложно. Но если вы все разложите по полочкам, вам станет понятно, как эти страшные шахматы работают.

Д. Делинский:

— Еще одна тенденция, на которую нельзя не обратить внимание. Страны, в которых это все происходит, это либо страны, в которых изначально не было авторитарных режимов, либо страны, в которых авторитарные режимы оказались изначально слабы, чтобы противостоять либо внутренним противоречиям, либо внешнему воздействию. И только страны, где рука сильна, например, рука Назарбаева, Лукашенко, там относительно стабильно последние 10-15 лет.

Н. Стариков:

— Дмитрий, вы сейчас воткнули штыковую лопату в исторический чернозем. Я предлагаю копнуть чуть глубже. И что мы там увидим? Пусть на нас не обижаются наши уважаемые соседи, мы их очень любим, но какая государственность была в Азербайджана? Он до вступления в Российскую империю, а это было после двух мирных договоров 1813 и 1826 года, входил в состав Персидской империи. То есть, государственности давно не было.

Армения. Древнее государство Урарту, безусловно, оно было. Но после этого Армения была частью Византийской империи. И были целые династии блестящих византийских императоров, этнических армян. Но армянской государственности не было. Армения была частью в последнюю историю Российской империи. И это прекрасный пример взаимопроникновения культур, переженились, здорово.

Киргизия. Государство возникло в 1991 году, поэтому это не государства, это образовавшиеся в результате огромной геополитической катастрофы осколки. Разной степени успешности.

Д. Делинский:

— И чем сильнее рука, которая подобрала этот осколок, тем более стабильна его судьба?

Н. Стариков:

— Это к вопросу о пользе авторитаризма.

Д. Делинский:

— На постсоветском пространстве.

Н. Стариков:

— Авторитаризм играет свою роль, безусловно, тем более, что вот Киргизия. Можно говорить о европейском выборе, но Киргизия – это Азия или Европа? Азия. Для меня, как для жителя России, слово «Азия» несет исключительно положительный оттенок.

Владивосток – это Европа или Азия? Азия, конечно. У нас полстраны в Азии лежит, зачем её тащить в Европу? Это глупо. Где находится, где господь бог её создал, там и пригодится. И здорово.

Для азиатского менталитета авторитарность – это норма. Это единственно возможный вариант. Представьте демократию в Дагестане. Она закончится стрельбой. И не потому, что традиции, а потому что 115 национальностей. И нужно, чтобы было 115 представителей 115 национальностей. И желательно в соотношении сколько и какой национальности есть. Представляете, как сложно? Это можно только путем назначения, причем, желательно из отдельного центра, который все признают в качестве арбитра. И так и было. Белый царь назначал наместников на Кавказ.

Дикая дивизия. Командует царь, вернее, его брат. Уважение – это важно. Обычаи? Пожалуйста! Никто не трогает. Веру? Никто не трогает. Народ воинственный? Пожалуйста, защищайте Родину — доблесть, ордена и уважение. И когда вы опускаете решение этого вопроса на уровень новообразовавшейся Киргизии, там вот эти кланы начинают между собой сражаться. И договориться они не могут. Там это безобразие будет происходить всегда.

Д. Делинский:

— Тогда получается, что судьба такая. Условный Казахстан до тех пор, пока Назарбаев жив и может передавать власть по наследству, ну, не обязательно по близкородственному, у Казахстана все будет хорошо?

Н. Стариков:

— Вы только что ответили на вопрос, почему Назарбаев провел транзит власти. Потому что Казахстан входит в этот самый «Шелковый путь». И умному Назарбаеву понятно, что Казахстан – это мишень номер один в ситуации резкого обострения китайско-американских отношений. Вот Украину взорвать – это ещё не остановить проект, Азербайджан – ещё можно найти какой-то путь, а вот если в Казахстане бахнет, тогда этот путь, на нем полный китайский крест можно ставить.

Казахстан успешно провел передачу власти раньше всех, но это не значит, что стабильность обеспечена на века. Авторитаризм, ну, требовать то, что невозможно, можно, но с какой целью вы это требуете? Проведите выборы всех в таком сложном регионе. И что там получится? Давайте понимать, что регион вокруг российских границ, постсоветское пространство, которое мы сами разрушили и сделали независимыми государствами, стало теперь удобным футбольным полем для того, чтобы американцы старались забивать мячи Китаю, а Китай их с разной степенью успешности отбивал.

А здесь находимся мы. Но играют они не в футбол, они поджигают. Американцы поджигают. Потому что это палево, оно не только разрушит китайский «Шелковый путь», но и в сам Китай зайдет. У Китая есть болезненные точки – это две. Населенная этническими китайцами, но исповедующая ислам провинция. И Синьцзян-Уйгурский автономный округ. Тибет в сторонку сейчас оставим.

Д. Делинский:

— Гонконг уже нет, уже не болевая точка.

Н. Стариков:

— Ну, что? Там, как говорится, время лечит. Когда гонконгские китайцы говорят, что они не китайцы, господь им судья, а время их вылечит.

Д. Делинский:

— А мы говорим о том, что значит Нобелевская премия мира 2020. Ее получила Всемирная продовольственная программа «за усилия в борьбе с голодом, за вклад в достижение мира в зонах конфликтов и за деятельность в качестве ведущей силы в действиях по предотвращению использования голода, как орудия войны и конфликтов». Это политизированная премия, это политизированное решение до мозга костей.

Н. Стариков:

— Советский анекдот есть хороший. «Что, будет война?» — «Нет, будет борьба за мир, но такая, что не останется камня на камне». Понятно, что политическая составляющая в этой премии равна 99%. Давайте вспомним, что премию мира дали президенту Бараку Обаме.

Д. Делинский:

— Авансом. Мы это помним.

Н. Стариков:

— Да. Но он после этого воевал. Вопрос сразу — почему все-таки приняли такое решение, которое, на мой взгляд, просто компромиссное? Как бы красивая программа борьбы с голодом… хотя, если у нас останется время, мы поговорим о том, как американцы борются с голодом и от этого голода становятся больше. Кто был соискателем? Дональд Трамп. Говорили о выдвижении Владимира Путина.

Д. Делинский:

— Путина на 2021 год…

Н. Стариков:

— Ну, Дональда Трампа на 2020 год выдвигали? Выдвигали. Прекрасный вопрос. Смотрите, можно ли дать Дональду Трампу премию прямо-таки за пару недель до выборов в США?

Д. Делинский:

— Скорее всего, нет.

Н. Стариков:

— Это же вмешательство в американские выборы. Прямо весь нобелевский комитет можно брать и срочным рейсом вывозить в кандалах в США. Причем, какой бы результат ни был, можно сказать, что вы повлияли. Выиграл Дональд Трамп? Ну, так вы его сделали святым Франциском в глазах избирателей, ввели их в заблуждение, потому что он этим Франциском не является, уж тем более святым. Проиграл Дональд Трамп? Так это ж вы повлияли на то, что те, кто хотел голосовать за Трампа, решили, что не будут голосовать за него, потому что премию давали Обаме, который из другой партии.

Д. Делинский:

— Результат с нулевой суммой, да?

Н. Стариков:

— Это значит, что Трампу точно нельзя давать премию. Даже если бы он был весь борец за мир, премию ему сейчас давать нельзя, потому что будет от этого много проблем. Поэтому что? Трампу давать нельзя. А если дать какому-то конкретному человеку, получается, что вы Дональда Трампа обидели.

Д. Делинский:

— По поводу конкретных людей. Навальный фигурировал в списке, по версии норвежского института по исследованию проблем мира, который каждый год составляет список фигурантов, список претендентов…

Н. Стариков:

— Мы с вами говорили о том, что президента России выдвигают на 2021 год. А величайшего мыслителя современности, которым называли Навальным в 2011 году, один американский журнал… его выдвигали когда? Год назад?

Д. Долинский:

— Ну, судя по всему, да. До отравления.

Н. Стариков:

— Слушайте, у меня мысли возникают — представляете, как красиво было бы сейчас — погиб, убит кровавым режимом лауреат Нобелевской премии мира! Это ж не то что Северный поток остановить. Это ж все сразу остановить можно. Вот, мне кажется, мы сейчас с вами подкинули идею тем, кто хочет понять, что произошло. Если год назад действительно Навального выдвинули на эту премию, то дата выборов примерно понятна, значит, дата, когда он должен впасть в кому или отправиться к праотцам тоже может быть каким-то образом нарисована. Сразу понятно, в этом заинтересованы кто угодно, но только не российское руководство.

Д. Делинский:

— Официального подтверждения о том, что Навальный был выдвинут на Нобелевскую премию мира, нет и не будет в ближайшие 50 лет. Потому что комитет вообще-то засекречивает все эти данные.

Н. Стариков:

— Вот как удобно. Если ты оказываешь влияние на этот комитет, говоришь — ребята, надо, здорово. Потом начинаешь прорабатывать все то, что, возможно, мы говорим с вами, а потом все это сильно засекречено. Вот объясните мне, в чем секрет, кого рассматривают? По всем премиям обычно говорят — рассматривали такой, такой и такой… или там кинофестиваль. Вот список фильмов… победитель. А здесь что такое? Так что, дорогие радиослушатели, покрутите, пожалуйста, эту мысль. Мне кажется, что, если величайший мыслитель современности был выдвинут на эту премию, может, как раз к этому времени многие очень хотели, чтобы в списках живых его не было. Или он был где-то в состоянии таком, что можно трогательно показывать по телевизору — вот он, уже не может мыслить, потому что злодеи сотворили с ним такой ужас.

Д. Делинский:

— То есть, выдвинуть претендента на Нобелевскую премию мира…

Н. Стариков:

— …выдвинуть можно. Задвинуть обратно нельзя.

Д. Делинский:

— …в общем, по большому счету, может любой человек, любая организация?

Н. Стариков:

— Грету Тунберг выдвинули?

Д. Делинский:

— Выдвигали. По крайней мере, были сообщения тех людей, которые выдвигали.

Н. Стариков:

— Но опять никто не знает точно.

Д. Делинский:

— Смотрите, решение о том, кому присуждать Нобелевскую премию мира, принимает очень узкий, очень тесный коллектив. Он состоит из пяти человек. Это бывшие норвежские политики, в основном отошедшие от активной деятельности, и этот комитет назначает парламент Норвегии.

Н. Стариков:

— Какой кошмар? Я думал, что в Норвегии все производится демократично. Что все норвежцы идут и кидают в какую-то урну все, что туда надо кидать и честно выбирают. Как это пять человек? Это тоталитаризм какой-то… даже авторитаризм в чистом виде. Как это так, пять человек решают то, что потом озвучивают всей планете? Честно говоря, не знаю, как вы, а я глубоко возмущен.

Д. Делинский:

— По крайней мере, такой механизм в завещании Альфреда Нобеля прописан.

Н. Стариков:

— Знаете, как говорят, время империй прошло. 21 век на дворе! Правда, я не понимаю, чем 21-й лучше 20-го или там 17-го… Так, значит, подредактируйте что-нибудь в регламенте-то, что ж такое-то…

Д. Делинский:

— Ладно, возвращаемся к нынешним лауреатам. Всемирная продовольственная программа. Что это за люди, что это за организация такая?

Н. Стариков:

— Надеюсь, что люди достойные, которые действительно борются с голодом, не так, как это делают США. В двух словах, как это делают американцы. Выделяет деньги американское государство на помощь голодающим в стране. Дальше должно быть закуплено продовольствие на эти деньги только в США, отвезено на кораблях под американским флагом, а дальше начинается самое интересное. Если вы думаете, что привезенную помощь начинают раздавать голодающим, вы не понимаете, как работает машина Соединенных Штатов Америки. Привезенную гуманитарную помощь под угрозой выставления людоедами и негодяями, заставляют покупать руководство голодающей страны, но по очень низким ценам. То есть, американцы простимулировали свою экономику, помогли своему флоту, сделали зависимой ещё одну страну, заставили купить это продовольствие, после чего купленное по дешевке продовольствие выкашивает местного производителя, разоряет фермеров и на будущий год голода в этой стране ещё больше. Что и было конечной целью помощи голодающим. Таким образом создается тот самый бесконечный рынок сбыта, о котором мы с вами косвенно говорили. То есть, вы помогаете голодающим, а на самом деле вам на них плевать. Вы помогаете своим фермерам, своим морякам, своей экономике, создает спрос на доллары. А если диктатор или демократический лидер отказывается покупать у вас помощь и говорит вам — ну, раз вы привезли помощь, отдайте нам её бесплатно, вы размещаете его фотографию на обложках ведущих журналов мира и рядом — пухнущие дети, по которым мухи ходят, и крупные слова — убийца! И все, он нерукопожатен. Ну и там государственный переворот, все, как положено, приходит совестливый президент, которого вы привели к власти, который делает все, как надо, — покупает у вас эту самую гуманитарную помощь и тем самым уничтожает своего собственного производителя продовольствия.

Д. Делинский:

— Чудесная история! Всемирная продовольственная программа — это люди, которые ходят под Организацией Объединенных Наций?

Н. Стариков:

— Я сказал, что так помогают американцы, американское государство. Вот как работает эта программа, я надеюсь, она работает действительно так, что заслуживает премии. Привозит помощь и раздает её тем, кто голодает.

Д. Делинский:

— Хорошо. Еще одна нобелевская премия по литературе, которая была вручена на прошлой неделе. Луиза Глюк, американская поэтесса, получила ее. Вы читали когда-нибудь Луизу Глюк?

Н. Стариков:

— Нет. Но фамилия у меня вызывает определенные ассоциации. Она немецкая, она означает слово «счастье». А вообще вот слово глюк в каком-нибудь таком сленговом варианте — это все то, что происходит в последние, наверное, года два-три вообще с миром. Такое впечатление, что мы спим, сон какой-то не очень приятный происходит. Ну, мы с вами уже как-то говорили, что, если бы нам сказали, что мы будем жить в эпоху, когда прекратится туризм, когда полеты прекратятся, когда люди будут сидеть дома, когда на работу нельзя будет ходить, вас будут штрафовать, если вы попытаетесь на работу прийти, вы бы, наверное, сказали, что кто-то глюк поймал по какой-то причине. Так что кто хочет изучить творчество этой замечательной поэтессы, пожалуйста. Мне приятно, что там нет какого-то очередного русофоба. Очень надеюсь, что госпожа Глюк ничего плохого про Россию не говорила.

Д. Делинский:

— Совершенно точно не говорила ничего плохого про Россию, но вот маленькая цитата, буквально в несколько строчек, в переводе нашего с вами коллеги Олега Кашина. Он очень был удивлен тем, что Луизе Глюк присудили Нобелевскую премию по литературе, и вот что он перевел.

«Давным-давно я была ранена. Я жила, чтобы отомстить своему отцу. Не за то, кем он был, а за то, кем была я. С начала времен, в детстве, я думала, что боль означает, что меня не любят. Она означала, что любила я». Это стихи.

Н. Стариков:

— Ну, я надеюсь, что по-немецки это все-таки как-то больше похоже на стихи…

Д. Делинский:

— Нет, это по-американски. Там нет ритма, там нет рифмы. Это вот как бы современная американская культура.

Н. Стариков:

— Ну, что ж. Я предлагаю на этой оптимистической ноте и закончить сегодняшнюю нашу программу.

Д. Делинский:

— Читайте классику. Читайте хорошую литературу. Берегите себя и будьте здоровы!

P.S. Предыдущие выпуски:

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: